Непростительно красива, или Лекарство Его Высочества (СИ) - Обская Ольга - Страница 65

И она не может оставить Крайдана…

Снежана стремительно поднялась и вышла из беседки. У входа поджидал Мёрфиль.

– Трудное решение, моя прекрасная Анабель? – склонился он в комичном поклоне. Тело кривлялось, а глаза оставались серьёзными.

– Это было не трудно, – почему-то вспомнились слова песни Мумий Тролль: «Это по любви»…

Глава 74. Зачем продолжать этот фарс?

Глава 74. Зачем продолжать фарс?

Когда Снежана вернулась на пикник, он уже шёл к завершению. Циркачи показывали финальный коронный номер. Она догадывалась, почему мероприятие решено было не делать слишком долгим – король тревожится о состоянии сына. Снежана понимала Арттерика – Твинсен выглядел уставшим. Нежели опять жар?

Беспокойство заставляло снова и снова прокручивать в голове информацию о болезни принца и вспоминать всё, что Снежана знала по токсикологии. У неё никак не получалось совместить одно с другим. Яды не дремлют в организме, чтобы начать отравлять через несколько лет. Они действуют сразу. А уж если организм пережил первые самые тяжёлые дни после отравления, то здоровье постепенно начинает улучшаться.

Можно было бы заподозрить, что нападение кобры не было решающим фактором в теперешнем состоянии Твинсена, а болезнь спровоцирована тем, что кто-то постоянно подливает принцу отраву в еду или питьё. В исторических фильмах часто встречаются подобные сюжеты. Тогда яд накапливается постепенно, а затем убивает. Но такое предположение тоже пришлось отбросить, потому что болезнь у всех, кто подвергся нападению чёрной кобры, протекает одинаково – именно так, как у Твинсена. У всех бывает достаточно долгий бессимптомный период и только потом резкое ухудшение. Тельмар скрупулёзно собирал информацию о десятках подобных случаев. Не могли же все те люди тоже оказаться жертвами намеренного медленного отравления злоумышленниками.

На вечер у Снежаны была договорённость с Тельмаром вместе навестить Твинсена, чтобы Снежана смогла, наконец, провести профессиональный осмотр. Захватив каждый по медицинскому чемоданчику, они отправились в покои Его Высочества.

Снежану сильно насторожило, что принц встретил, лёжа в постели. Видимо, ему совсем нехорошо, если не стал подниматься. Они с Тельмаром приблизились. Целитель сел на край кровати, положил руку на лоб принца, нахмурился. Снежана стояла поодаль, и ей не нужно было касаться Твинсена, чтобы понять, что его сильно лихорадит.

– Ваше Высочество, – начал Тельмар. – Я готовлю госпожу Анабель в свои преемники. У неё сильный дар целительства, но без практики она не сможет стать опытным лекарем. Его Величество позволил мне обучать её, и с этого дня она будет наравне со мной осматривать всех моих пациентов. Надеюсь, что вы отнесётесь с понима…

– Оставь нас, Тельмар, – перебил принц.

– Ваше Высочество, – терпеливо возразил целитель, – моя задача направлять действия ученика…

– Оставь нас, – грозно повторил Твинсен. Свёл брови, подобно отцу. Сделался мрачным и решительным. Чувствовалось, что давалось ему это не легко – его всё сильнее знобило. – Обещаю, я не сделаю ничего подобного тому, что случилось в прошлый раз, – глаза принца лихорадочно блестели и смотрели прямо на Снежану.

Тельмар вопросительно глянул на подопечную – хотел убедиться, что она готова остаться с Твинсеном наедине. Она кивком показала, что справится.

– Хорошо. Подожду за дверью, – целитель поднялся и вышел из покоев.

– Подойди ко мне, – слова звучали уже не как приказ, скорее, как просьба, но решительно. – Сядь.

Снежана не стала упрямиться. Не только присела на край кровати, но и, подобно Тельмару, положила руку на лоб принца. Отметила невесело, что жар очень сильный – под сорок.

– Я всё понял, – безэмоционально произнёс Твинсен. И от этой безэмоциональности у Снежаны в груди похолодело. – Тельмар не скажет мне правды. Но в тебе, я знаю, достаточно мужества, чтобы не лгать мне. Я умираю?

Вопрос застал врасплох. Каких неимоверных усилий Снежане стоило не отвести глаза, остаться спокойной и невозмутимой.

– С чего вы взяли, Ваше Высочество?

– Сопоставил свои детские обрывочные воспоминания с тем, что происходит сейчас – этот стремительно навалившийся недуг и эта необъяснимая спешка с фестивалем…

Снежана с горечью подумала, что как ни жаль, но когда-то это должно было произойти. Принц умён, и рано или поздно догадался бы.

– Я был достаточно мал, когда произошёл тот несчастный случай в саду. Меня убедили, что яд чёрной кобры попал только на королеву. Но ведь это не так? Всё сходится. Моя болезнь точь-в-точь похожа на болезнь мамы. С ней всё происходило также. Сначала симптомов не было, но по прошествии нескольких лет она вдруг резко сдала. Слабость, головокружения, лихорадка. Она сгорела за несколько месяцев. То же будет и со мной?

Снежана смотрела ему в глаза и впервые видела в Твинсене не юношу, а мужчину. Он сильный. В нём есть стержень. С каким хладнокровием принц спрашивал о своей смертельной болезни. Не бился в истерике, не паниковал. Ни интонацией, ни жестами не выдал своего отчаяния. Он заслужил услышать правду.

Она сжала его руку:

– Ваше Высочество, я не знаю, смертельна ли ваша болезнь. Скажу вам честно, Тельмар считает именно так. Но не я. Я должна тщательно обследовать вас. Тельмар – одарённый целитель, но поверьте, я разбираюсь в медицине гораздо лучше него. Я шесть лет обучалась у самых опытных лекарей, на счету которых много спасённых жизней. Не спрашивайте где, я не могу вам этого сказать. Я сделаю всё, чтобы вылечить вас. Не буду лукавить, я не знаю, получится ли это у меня. Но я буду бороться до последней секунды.

Они долго молчали. Снежана знала – принцу нужно время принять эту горькую правду. Но он опять удивил её. Нашёл в себе силы на улыбку.

– Если бы ты знала, Анабель, какая это пытка – быть влюблённым в собственного лекаря, – он откинул одеяло. – Осматривай.

Надо отдать Твинсену должное – сегодня он был образцовым пациентом. Не позволял ничего лишнего. Снежана провела тщательнейший осмотр – насколько позволяли допотопные инструменты. Сначала – как современный врач, потом – пользуясь ментальными методами, которым обучил Тельмар. Пришла к неутешительным выводам. В лёгких и бронхах она услышала хрипы, горло гиперемировано, лимфоузлы увеличены, суставы болезненны. Чёрная эолла, как и рассказывал Тельмар – буквально везде. Если бы подобное состояние она диагностировала у пациента на Земле, назначила бы немедленную госпитализацию и дообследование – УЗИ, МРТ, анализы. Но что она могла сделать здесь и сейчас? Ведь даже курс антибиотиков не пропишешь. Она, конечно, поручит немедленно собрать образцы местной зелёной плесени, чтобы сделать из них вытяжку. Ведь именно зелёная плесень продуцирует пенициллин. Но Снежана помнила, что на Земле потребовалось несколько лет работы целых научных коллективов, прежде чем получилось изготовить из плесени по-настоящему высокоэффективный препарат.

Пока же она не придумала ничего лучшего, чем попытаться влить в принца немного белой эоллы, чтобы сбить температуру. Снежана спалила ладони до волдырей, прежде чем ощутила, что озноб начал понемногу спадать.

– Я закончу, – Тельмар беззвучно появился в покоях. – Ступай, Анабель, отдохни.

Твинсен чувствовал жуткую слабость. Но хотя бы жар спал. Тельмар порывался остаться дежурить у его кровати на всю ночь, но принц прогнал его. Ему хотелось побыть одному. Когда ты один, есть большое преимущество. Не надо ни перед кем казаться сильным. Можно закрыть глаза и предаться слабости – вспоминать её ласковые ладони на своей груди. Тогда безысходные мысли на время отступают.

– Вы спите, моё мечтательное высочество? – бубенец звякнул совсем рядом.

Край кровати чуть прогнулся, принимая вес Мёрфиля.