Забытый чародей. Лабиринт воспоминаний (СИ) - Бахтиярова Анна - Страница 28

Что ты забыл в аэропорту с чужими документами? Кто-то прислал. Зачем? Кто? Мысли неслись в голове со скоростью света и моментально тянули нужные нити: женщина в темных очках, подсевшая на переднее сидение неприметного серого авто, пачка денег, никакого электронного следа.

«Я организую суматоху, действуй быстро. Оставшуюся сумму получите с напарником после дела».

«Странный план», - бросил он небрежно. - «Хотите кого-то попугать?»

Она усмехнулась. Криво. Опасно.

«Напомнить о себе».

Мне не узнала сообщницу парня. На первый взгляд. Но что-то в выражении лица, в интонации тянуло в прошлое - на поиск в среди миллиардов вспышек ту единственную, что связана с ней.

Вибрация чужого мобильного потревожило навязчивым насекомым, но я не отпустила плетение, краем глаза заметила, как Глеб Вениаминович вышел из кабинета, приложив телефон к уху. Важный звонок, иначе бы не ответил.

Кто эта женщина? Каких действий ждет от наемника?

Она протянула парню конверт. Тот открыл его небрежным движением. Внимательно посмотрел на снимки: немолодой тучной дамы в очках и светловолосой девочки, чересчур бледной, кожа вот-вот просвечивать начнет.

Меня шатнуло, ногти царапнули кожу задержанного.

Я поняла, кто его сообщница. Узнала снисхождение на лице, уверенность в собственной исключительности и в нерушимости власти. Я видела всю гамму черных эмоций, встретив в мае доктора Симакову, чье тело позаимствовали для разговора со мной и чародеем.

Я поняла, за кем она пришла.

- Яна!

Глеб Вениаминович влетел назад в кабинет. Белый, как жертва магички.

- Это Оля. Ей Инесса Павловна позвонила. Она здесь - в аэропорту. Планировала в Барселону лететь. На этом самом рейсе. С Верочкой. Это ведь не случайность. Девочка...

- Пропала в суматохе, - подсказала я и схватила парня за ворот. - Где Вера?

Вербального ответа не требовалось. Картинка вернулась.

«Заберите девчонку», - с ненавистью процедила наемнику Аля Дементьева, вновь завладевшая чужим телом. - «Отвезите в парк на Проспекте - рядом с метро. Оставьте там, родные сами ее найдут...»

- Поехали! - велела я сыщику и оглянулась на его друга. - Никакой бомбы нет. Позвонили ради эвакуации. Парню заплатили за похищение девочки. У него есть сообщник. Похоже, он довел дело до конца, умыкнул Веру. Нанимательница велела оставить ее в парке. Это послание. Нам.

...Глеб Вениаминович гнал машину, наплевав на все дорожные знаки и ограничения скорости. Я сидела рядом, мысленно проклиная прыть неприятельницы. И беспечность магов заодно. Додумались отпускать бухгалтершу с ребенком за границу. Без присмотра! И это после Алиных угроз! Обещала же поквитаться со всеми, кто дорог чародею!

- Почему Ольга не сказала, что Инесса Павловна с Верой в аэропорту?

Сыщик выругался.

- Я не говорил, куда и почему еду. Спрашивал об отце, когда до самого не дозвонился. Далась им эта поездка! Не сидится дома! Ну, Алексей!

Машину бросили в запрещенном месте, подъехав максимально близко к парку. Внутри решили не разделяться, вдруг сюрпризы не закончились. Вспоминая майские Алины финты, я не особо рассчитывала на легкую победу. Наверняка, устроит подвох.

Вера сидела на скамейке недалеко от входа. Беззаботно болтала ногами и беззвучно шептала под нос. Пальчики правой руки что-то чертили в воздухе. Рисунок без красок и карандашей? Или что-то иное? Опасное? Вдруг не Вера это вовсе?

- Не спешите, - я не дала сыщику приблизиться к девочке.

О, да! Она удивилась. Ждала Устинова. Не меня. Светлые детские бровки по-взрослому изогнулись, губы сложились в уродливой усмешке. Тварь рискнула завладеть телом маленькой магички, несмотря на прошлую неудачу.

- Однако... - протянула она хрипло.

- Убирайся, - велела я не громко. Не хватало, чтобы прохожие решили, что двое взрослых собираются причинить вред ребенку. У сыщика знатная ксива, но тем не менее.

- Попробуй прогони, - оскалилась Аля, превращая лицо ребенка в демоническое. - Силенок не хватит, воровка.

Она не подозревала, что меня «примирили» с Мирой. Однако и я сомневалась, что недавняя инициация перетянет удачу на мою сторону. У Али опыт и покровительство темного мага. У меня - сплошные инстинкты.

- Чего ты хочешь?

- Того, что ты дать не сможешь. Где чародей?

- В недосягаемости. Говори со мной.

- Не много ли чести?

- Тогда приходи в другой раз.

Пикировка грозила затянуться, и Глеб Вениаминович осторожно кашлянул. Аля рассмеялась. Смехом злых ведьм из сказок.

- Помощничек, - протянула она издевательски. - Любимую спасти не сумел, но смеет считать, что убережет девочку.

Ударила по больному, но сыщик стойко выдержал пропитанный ядом выпад.

Я сделала шаг вперед, задаваясь вопросом, почему Аля рискнула вновь вселиться в тело Веры. В прошлый раз с управлением магической «оболочкой» возникли трудности. Не проще ли для передачи сообщения воспользоваться Инессой Павловной?

- Не приближайся! - велела Аля. - Стой, где стоишь!

Я не послушалась. Ринулась вперед. Сжала детские плечи.

Мир вокруг заколыхался. Деревья и высотки за ними погасли. Остались белые стены и потолок. Как в кино, когда главный герой попадает в чей-то разум для диалога, недоступного остальным. Остались только я и Аля - в истинном обличье. Но не живая. Кукольная. Как Лида Арсеньева из полустертого детского воспоминания.

Я обошла неприятельницу кругом, вглядываясь в аристократические черты. Даже застыв в фарфоре, они отражали ненависть. Желание разорвать всех и вся.

- Сколько же злости, - прошептала я.

- И боли...

Кто-то ещё был в комнате. Летал невидимкой. Из-за эха я не сразу узнала голос.

- Мира?

- Я.

- Что происходит?

- Хочу показать кое-что. Её воспоминания. Смотри.

Она не спрашивала разрешения. Делала по-своему. И кто тут хозяйка: я или дар?

Из комнаты высосали белый цвет. Подчистую. Оставили черноту, как после пожара. Фарфоровая Аля исчезла. На смену пришла она же. Другая. Растрепанная женщина сидела в громоздком старом кресле, обняв колени. По лицу бежали тени, словно за окном в свете яркого фонаря качались густые ветви. Но не было ни окон, ни деревьев. Лишь стены. И мужчина в черном сюртуке, ходящий туда-сюда, заложив руки за спину.

- Значит, у меня был дар? - спросила Аля хрипло. Она отвыкла говорить.

- Ключевое слово «был», - отозвался Вольдемар Литвинов, останавливаясь. - Ты больше над ним не властна. Но не расстраивайся. Он и прежде тебе не подчинялся. Точил изнутри и, в конце концов, убил.

Аля нервно засмеялась. Её позабавило последнее слово.

Убил? Как глупо звучит. Она же сидит здесь. Ощущает тело. Дышит. Мертвые гниют в земле, превращаясь в прах. У них нет будущего. Нет шансов, нет прав.

Но это не о ней. Больше не о ней.

- Ты сказал, можешь дать мне другую силу. Взамен той, что ушла.

- Могу. Мы заключим сделку. Ты получишь мощь, и сможешь отплатить обидчику. Магу, которому полагалось защищать тебя любой ценой, но допустившему беду. Он поставил себя выше, чем ваши с матерью жизни.

Волна ярости прокатила волной, способной накрыть в шторм целое судно.

- Ты тоже обидчик.

Где-то выл ветер, как предвестник беды. Но Аля не боялась. Никого. И ничего.

- Верно. Ты стала разменной монетой в моей игре. И мне не жаль. Извинений ты не дождешься. Я получил, что хотел. Наказал старого врага, перетянул успех на свою сторону. Но это я вернул тебя из праха и забвения, самоубийца. С легкостью отправлю назад, если условия сделки тебя не устроят.

- Нет! - она поспешно вскочила. - Я слушаю.

Аля не кривила душой. Готова была согласиться на всё, чтобы остаться в мире живых. Главное, жить и получить силу. Остальное приладиться. Кто сказал, что не получится наказать убийцу позже? Наказать обоих магов?

Литвинов прочитал Алины мысли.

- Способности, что ты получишь, не позволят причинить вред мне. Ударят по тебе рикошетом. Я же не идиот, чтобы подставляться. Это мужчины действуют сгоряча. Вы, дамы, умеете ждать подходящего случая. Долго ждать.