Наследник тьмы (СИ) - Силаева Ольга - Страница 29

– Я так не думаю.

Тёмный Магистр вскинул руку – и остановился в явной оторопи, осознав, чей жезл держит в руке. Не свой собственный жезл, ставший продолжением руки, но жезл Тормана Валё, предателя.

И в эту самую секунду я бросилась на него и легко, с опытом бывалого карманника и умелого шулера сорвала с его пояса жезл. Сверкающие вспышки полетели мне в спину, но я, перекатившись, уже оказалась у ног магистра Вендрика.

Под его защитой.

– Предатель! – выплюнул один из магов, откинув капюшон. Он был необыкновенно похож на Салазара. Короткие лохматые волосы, взгляд исподлобья…

Он уже был мёртв – и понимал это.

– Прости, Себастьян, – произнесла я голосом отца. – Я сделал то, что должен был сделать.

– Сдавайся, Алексис, – произнёс Вендрик, и я отчётливо уловила в его голосе издёвку. – Твоя великая сила только что тебя покинула. Всё кончено.

Ледяной смех из-под капюшона был ему ответом.

– Пока наши дети живы, ничто не кончено, – последовал ледяной ответ Тёмного Магистра. – Я оставил сыну наследство, которое вас ещё удивит.

– Твой сын не получит ничего, идиот! А если и да, то сам отдаст нам всё, когда узнает всю правду о тебе!

Холодный смешок.

– Глупцы. Он будет ненавидеть вас каждую минуту каждого дня.

Светловолосая Лейла стояла рядом с Тёмным Магистром, величественная и грозная, и я осознала, что она тоже сейчас умрёт. Что все они, кого Торман называл друзьями, будут мертвы.

И я ничего не могу сделать. Торман Валё совершил свой выбор.

Правильный ли?

– Передайте моему сыну, – громко и ясно произнесла Лейла, – что я люблю его. Всё остальное, что я сказала, – чушь.

– Беги, дура, – бросил Тёмный Магистр. – Женщину они не тронут.

– Вот тут, – покачал головой архимагистр, поднимая жезл, – ты ошибаешься.

Порыв ветра пронёсся по залу. Чёрные плащи тёмных магов взметнулись – и капюшоны отлетели назад. Среди магистров раздались изумлённые вскрики.

Торман Валё повернул голову, глядя точно в центр зала. Он прекрасно знал, чьё лицо увидит. Я этого не знала, но Торман знал.

И не удивился, увидев ледяное презрение в лице Алексиса Волнара.

Тёмного Магистра, который оставил дома маленького сына Итана.

Мои губы, сухие, горькие, запёкшиеся, разомкнулись. Я не знала ещё, для каких слов.

И тут мощный толчок и порыв ледяного ветра вернули меня в реальность.

Глава 13

Я открыла глаза со вскриком.

– Что? – выдохнула я Итану в лицо. – Где я?

Его глаза смотрели на меня с побледневшего лица. Совсем близко.

– Там же, где и была, – проронил он.

Итан отбросил фляжку с водой, из которой, похоже, собирался плеснуть мне в лицо, и выпустил меня. Всё ещё тяжело дыша, я огляделась.

Мы по-прежнему плыли на воздушном шаре, но теперь над нами раскинулось звёздное небо. Вокруг царила тихая зимняя ночь, и холодный воздух не портил её, напротив – всё казалось звеняще-ясным, как ночная прогулка в полнолуние под сверкающим снегом.

Вот только эта красота совсем меня не радовала.

– Ты всё видел, – хрипло сказала я. – Мы видели общий сон. Нас объединило магией, и мы видели… видели…

– Видели то же, что видел твой отец, – ровным тоном подтвердил Итан. – Его предательство.

Я в ужасе смотрела на Итана.

– Я увидела Тёмного Магистра. Это твой отец! Поэтому мы проснулись? От шока?

– Я проснулся первым, – последовал прохладный ответ. – И разбудил тебя. Тебя всю трясло.

Итан протянул руку, и лёгкое пуховое одеяло опустилось мне на плечи. Чёрный куб-артефакт вновь начал нагреваться, и сразу стало намного теплее. Я почувствовала, как начинают оттаивать ноги. Вот только пальцы рук, увы, оставались белыми и холодными.

– Дай сюда. – Итан прервал мои неуклюжие попытки их растереть, и неожиданно горячими ладонями обхватил мои замёрзшие руки. – И сиди тихо.

Я молча и несколько ошеломлённо наблюдала, как умело он растирает мои пальцы. Чувствительность вернулась к озябшим суставам почти тотчас же.

– Где ты успел этому научиться? – осипшим голосом спросила я.

– Если ты думаешь, что мы с Лео, Салазаром и Тамми росли в тепле и неге, подумай ещё раз, – в голосе Итана послышались знакомые нетерпеливые нотки. – Зимы холодные. У нас было много случаев попрактиковаться.

– Да уж, – произнесла я, вспоминая чужой сон. – Вряд ли магистры после всего держали вас в тёплых и уютных спальнях.

– Сначала они относились к нам куда мягче. Но когда поняли, что мы, – Итан усмехнулся, – продолжаем их ненавидеть и не собираемся отрекаться от наших родителей, всё изменилось… не в лучшую сторону.

Мы замерли, глядя друг на друга.

– Ты меня усыпил, – произнесла я. – И себя тоже. На воздушном шаре! Тебе не кажется, что это слишком опасно?

– Шар управляется сам, и ни ветер, ни курс не должны были измениться, – спокойно ответил Итан. – А сон вышел коротким: я принял всего несколько капель. Нет, мне не кажется, что я рисковал сверх меры. Напротив, оно того стоило.

Я не знала, соглашаться или спорить. Я увидела предательство отца. Но хотела ли я его видеть?

– Как мы вообще увидели чужой сон? – спросила я, чтобы хоть что-то сказать. – Да, наша с тобой связь недавно была… ужасно сильна, – я неловко сдвинулась, сжимая колени, – но как мы смогли заглянуть в воспоминания моего отца? Это потому что он мой отец и ближе него у меня никого нет? Или есть и другая причина?

Итан, хмурясь, глядел на ярко освещённые башни Эвенара вдали.

– Когда Тёмный Магистр наградил силой своих приближённых, он не забыл и про их детей, – наконец произнёс он. – Я помню, как меня корёжило каждый год во время ритуала. Отдача шла по всем нам.

– И поэтому вы с моим отцом связаны?

– Возможно. Думаю, в каком-то смысле ритуал сшил нас одной иглой.

– Скорее, общим ножом для резки пирога, – невесело сострила я. – Если вся магия мира – это пирог, и Тёмный Магистр забрал его себе и отрезал семье каждого приспешника по ломтику…

Я осеклась. Улыбка исчезла: я увидела выражение лица Итана.

Застывшее. Мёртвое.

– Мне очень жаль. – Я коснулась его руки. – Я понимаю, тебе тяжело. Зато теперь ты знаешь, кем твой отец был на самом деле.

– Я всегда подозревал, – произнёс Итан отрешённо. – Не было никого лучше его. Никого сильнее. Никого, кто мог бы встать с ним вровень. Мой отец не подчинился бы никому. Разве что смерти.

И это в итоге с ним и произошло. Я опустила голову. Я бы выразила Итану свои соболезнования, своё сочувствие… вот только я помнила, как Тёмный Магистр обещал отдать меня «достойнейшему» из своих приближённых.

И отдал в итоге. Точнее, я сама отдалась. Тьфу! Точнее…

Я тряхнула головой. Сейчас было не до глупых шуток.

– Итан, – тихо сказала я. – Что ты будешь делать?

Вместо ответа Итан вытянул руку, поправляя покрывало на моих плечах.

– Не знаю, – неожиданно произнёс он. – Но это ничего не меняет.

Я моргнула.

– Что?!

– Я собирался и собираюсь сделать одно, – произнёс Итан очень спокойно. – Возродить своё имя. Вернуть мой дом. Если отец говорил правду в этом сне, если он оставил мне наследие, я собираюсь найти его и использовать. Магистрам оно не достанется.

Я невольно вздрогнула, оглядываясь. Но на воздушном шаре были лишь мы двое.

– Здорово же ты мне доверяешь, если делишься со мной такими планами, – произнесла я хрипло.

– Во-первых, это моё слово против твоего. А во-вторых, ты сказала, что не будешь свидетельствовать против меня, пока у тебя на руке печать. Я это слышал.

И хоть бы поблагодарил за это, между прочим! Он что, думает, мне легко было держать оборону против архимагистра?

Я открыла рот, но Итан неожиданно достал из ниоткуда ещё одно покрывало из пуха, такое же тёплое, как моё. И, притянув меня к себе, закутал в него нас обоих. Секунду спустя на свет появилась всё та же горячая бутылка горячего глинтвейна, подогретая на артефакте.