Его Луна, или Переговоры с последствиями (СИ) - Наперсток Янина - Страница 96

— Хорошо, так и впишу: «Моя личная невеста, штука одна»…

Рэд получил щелбан по носу и ойкнул. Затем сел и обнял девушку. Селена положила голову ему на плечо:

— Знаешь, — неожиданно серьезно проговорила она, — я всегда думала, что Земля будет мне домом. Но это твоя планета. А моя планета — это ты.

— А ты тогда моя Луна.

[1]Едем в Валинор? (синд.)

[2]Я тебя люблю (синд)

_________________________________________________________________________

Дорогой читатель! Это еще НЕ последняя глава, хотя так могло и показаться. Завтра будет Эпилог, и почти уверенна, что он вас удивит! И как всегда, буду рада любому знаку внимания в комментариях)

P.S А еще, если Вас интересует визуализация к книге, добро пожаловать в блог https://author.today/post/294068 и в блог https://author.today/post/335281

ЭПИЛОГ

— Ник, что случилось? Ты видел, который час? — даже не открывая глаз, тихим сонным голосом пробурчал Рэд, переводя звук в наушник, чтобы не разбудить сладко спящую Селену.

— Ну, — растерялся брат, — у вас и правда четыре утра…

— И мы заснули всего пару часов назад, — назидательно перебил Рэд.

— У вас какой-то бесконечный медовый месяц! — съязвил Ник.

— Завидуй молча.

— Тут, короче, такое дело. Даже не знаю, с чего начать, — продолжил уже серьезно парень. — Рейв сейчас позвонили из нотариальной конторы «Кодрингер и Адамс». Три дня назад от сердечного приступа на Интегре скончался Грег Ходжес. Послезавтра в 14.00 здесь, на Сохо, будет оглашено его завещание. Просили оповестить и тебя. Сказали, что это была личная просьба канцлера.

— Меня? — озадаченно переспросил Рэд.

— Тебя. И Рейвен. И еще кто-то будет представлять Интегру, так как родственников у него не осталось. Если вы вылетите прямо сейчас, то должны успеть.

— Что, подъем? –зевнула Селена и еще удобнее устроилась у Рэда на плече.

— Да, родная. Хочешь подождать меня дома? — но девушка уже чмокнула Рэда в нос и, потянувшись, встала. После всего, что им пришлось пережить, она ценила каждую минуту вместе.

— Как ты думаешь, что он тебе решил оставить? Ходжес же знал, что в деньгах ты совершенно не нуждаешься. И почему?

— Ну, несмотря ни на что, мы с ним неплохо понимали друг друга. И что-то мне подсказывает, что от его наследства будут проблемы.

К аэрокару Рэд с Селеной вышли налегке. Когда живешь на два дома, в этом есть свои удобства. Все, что могло пригодиться в ближайшее время, было и на «Виктории».

В небольшом зале нотариальной конторы было несколько рядов стульев. Однако помимо братьев Леграсс, Рейвен и Селены в помещении был только Филипп Монди, один из членов правительства Интегры, с телохранителями. Он сознательно сел как можно дальше от компании, но не мог сдержаться и то и дело бросал в их сторону гневные взгляды. Видимо, тот факт, что «нанятые взломщики» подделали именно его транспорт, не давал Филиппу покоя. Наконец, наступила тишина и конверт аккуратно вскрыли.

«Я, Грэг Фердинанд Ходжес…» Слезы непроизвольно потекли по лицу Рейвен. Она никогда не забудет ни их совместные прогулки на лошадях, ни полные заботы и искреннего интереса ужины. Ни его добрые, полные гордости и грусти глаза при их последней встрече. Ник встревоженно глянул на девушку и, положив свою руку на ее, легонько сжал в знак поддержки. В это самый момент распахнулась дверь и вошел мистер Манслоу. Он сел в заднем ряду и перекинулся многозначительным взглядом с Монди. Сразу стало ясно, откуда «утекла» информация. Нотариус сделал небольшую паузу, недобро взглянув на незваного и опоздавшего Ивара, и продолжил: «…Все принадлежащие мне денежные средства в полной сумме с причитающимися процентами завещаю моей приемной дочери Рейвен Манслоу».

— А это вообще законно? — донесся с заднего ряда недовольный голос Ивара. Он уже второй раз беспардонно прервал оглашение завещания и ничуть этим не смущался. — Удочерить кого-либо при живых-то родителях?

Юрист перевел вопросительный взгляд на представителя Интегры. Филипп поморщился, но ответил:

— Да. Канцлер де-юре является отцом нации и может назвать своим приемным ребенком любого.

— Позвольте, но Рейвен гражданка Земли. Законы Интегры на нее не распространяются! — продолжил возмущаться Манслоу.

— Тут вы заблуждаетесь, — вставил нотариус, доставая еще один лист из конверта. — Вот документ, подтверждающий ее статус на Интегре, с правом совмещения с гражданством других планет и проживания на любой из них по ее усмотрению. И давайте уже продолжим: «Моему приемному сыну, Джарэду Джону Леграссу, я завещаю свое место в Правительстве Интегры, символом которого является этот камень…»

Представитель «Кодрингер и Адамс» достал из лежащего на столе бархатного мешочка бриллиант размером с перепелиное яйцо. Но куда удивительнее была не его величина — в центре камня находилась золотая звездочка. Ни одна известная технология не могла совершить это чудо. Но Джарэд сразу понял, как добились такого «эффекта». Нотариус, держа камень между большим и указательным пальцем, показал всему залу.

— Мистер Монди, вы как член правительства должны подойти и завизировать вот здесь, подтверждая, что знаете, в чьи руки перешел камень и кто теперь десятый член совета.

Лицо Филиппа исказила гримаса злости:

— Я не буду подписывать эту бумагу!

— Что ж, мистер Ходжес нас проинформировал о таком варианте событий. И просил напомнить: в Кодексе Интегры прописано, что страной управляет Совет из десяти человек. Канцлер выбирается из них же. После смены канцлера на посту он имеет пожизненное право на место в Совете, которое потом переходит его наследнику. Все формальности сейчас были соблюдены, запись оглашения завещания ведется. Мистер Джарэд Леграсс, подойдите, пожалуйста.

Рэд вышел к нотариусу. Тот положил бриллиант в мешочек и передал парню:

— Право перешло при свидетелях.

— Позвольте, — выкрикнул Монди. — А что полагается Интегре? Зачем нас приглашали?

— А Интегра уже получила нового члена правительства. Для легитимности этой процедуры вы и были нужны, — невинным голосом пояснил юрист.

Выражение лица Филиппа от этой новости было невозможно описать словами. Рэд незаметно усмехнулся: вот же Ходжес! Так плюнуть бывшим соратникам в душу — это надо уметь…

— Мисс Манслоу, подпишите документы и вы. На этом все.

Рейвен уже встала и направилась к столу, как Ивар выкрикнул:

— Она отказывается! Подготовьте доку…

Ник резко встал и развернулся:

— По какому праву вы диктуете, что делать моей жене? — особенно четко выделяя два последние слова, перебил он тестя. Рейвен растерянно остановилась посреди прохода, и ее глаза заметались между отцом и Ником. Потом она заметила, как Селена подает ей знаки, мол, иди-иди, займись делом, пока они тут выясняют. Рейвен снова развернулась к столу. Это не укрылось от Манслоу, он прервал игру в «гляделки» и крикнул дочери, брызжа слюной:

— Подписывай! Может, кто-то еще не знает… Подстилка!

Телохранители по правилам нотариальной конторы ожидают в коридоре. От разбитой физиономии Ивара спасло только то, что Джарэд предвидел что-то подобное и, действуя на опережение, успел крепко схватить ринувшегося брата:

— Он специально тебя провоцирует! Возьми себя в руки, — шептал он Нику на ухо, пока тот не перестал вырываться.

— Сейчас же извинись перед Рейвен! — прорычал Николас.

— Не то что? — с усмешкой уточнил Манслоу.

— Не то будете видеть дочь и потенциальных внуков только в суде и на фотографиях, — быстро ответила Селена, пока Ник, по молодости лет под запись на камеры не сказал что-то лишнее.

В этот момент раздался громкий стук ручки. Все повернулись к столу и увидели, как Рейвен, взяв у нотариуса какой-то конверт, гордо идет по проходу. Она взяла Ника под руку и, смерив отца поистине королевским взглядом, пошла с мужем к выходу. Манслоу, как громом пораженный от такой перемены, так и остался стоять, пока все не покинули зал.