Отмеченный Тьмой. Рождение Жнеца (СИ) - Леонтьев Сергей - Страница 39

— Бескорыстно?! А не ты ли выплатил ему награду?

— Я, — легко согласился Хит, — Но только не выплатил. Это было полагающееся вознаграждение. По закону, заметь. За поступок, совершённый до, а не после. Ты не знал? Да, сперва парнишка избавил нас от «нечистых», а лишь потом узнал о назначенной награде. Вот так.

— Избавил… — протянул Инквизитор, — Где гарантия, что их нашествие не явилось следствием дела рук его «тёмных» сподвижников?

— Перестань, Инквизитор, ты становишься смешон… какие сподвижники? Какие ещё гарантии?

— Не смей говорить со мной в таком тоне! Смотритель, я ведь могу и не посмотреть, что…

— Вот и славно, — резко, но спокойно перебил его Хит, — Тогда я не буду говорить, ну а ты смотреть. Да поможет тебе Свет, Инквизитор, — после этих слов он спокойно развернулся и пошёл в свою лавку, весело насвистывая какой-то незамысловатый мотивчик.

— Да поможет он всем нам… — уже спокойно и как-то обречённо проговорил Самоний.

«А ведь было время, когда голос Смотрителя заставлял молчать королей, а дела рук его свергали демонов, что только богам были под силу. Да, многое изменилось за несколько веков, когда-то и я был его учеником… Если бы они все только знали, чем может это всё обернуться» — подумал Инквизитор, задумчиво смотря в спину удаляющего Хита.

Инквизитор понимал, что после произошедшего, не очень красивого инцидента, насчёт которого лично у него не было никаких сожалений, кроме чувства досады, никто из селян не станет ему помогать и идти навстречу. Однако и становиться поперёк дороги тоже не могли. Пользуясь полномочиями и властью, он беспрепятственно обошёл всю деревушку, заглянул в каждый уголок, оставив место ночлега «нечистого» напоследок. И без того хмурый Тиинер встретил его с крайне недружелюбным и недовольным лицом, не скрывая своего презрения.

— Свет твоему дому, Тиинер, — холодно поприветствовал трактирщик Инквизитор, — Укажи комнату, которую снимал «нечис…» тот, кого мы ищем.

Вместо ответа Тиинер молча положил на стойку ключ и ушёл в подсобку, не желая становиться участником происходящего, и видеть тех, кто совершил «скверну».

— Ну и ладно, так даже лучше, — сказал Самоний, забирая ключ, — Пойдёмте, — обратился он к сопровождающим его недовольной Нонель и понурому Сельду, — Сейчас вы сами во всём убедитесь.

Подойдя к двери и отперев её, Инквизитор ещё некоторое время стоял на пороге, не решаясь войти. Он боялся обнаружить То, что искал. В итоге всё же переступил порог и прошёл на середину комнаты. Дождавшись, когда следом войдут его спутники, закрыл глаза и принялся что-то бормотать. Одеяние его при этом начало источать яркий свет. Затем, резко замолчав, Самоний с силой хлопнул в ладоши перед собой, и во все стороны стали расходиться волны света. Когда вся эта иллюминация закончилась, перед ним на полу выступили нечёткие очертания некогда изображённой тут пентаграммы.

— О нет, именно этого я боялся… Мы опоздали… Вы понимаете это? Отсчёт уже начался! С каждым днём, с каждой минутой ЭТО, — указал он на пол, — Будет становиться только сильнее! Необходимо поймать и уничтожить Его раньше, чем Тьма поглотит окончательно душу и вырвется наружу!

— Хм… Самоний, а тебе не кажется, что ты слишком сгущаешь краски? Мальчик пусть и отмечен Тьмой, но в нём нет семени безумия, зла или хаоса. Я отчётливо видела это. Тьма сама по себе ещё ничего не значит, — Нонель скептически отнеслась к словам Инквизитора.

— Нет, Провидица! Скорее я даже недоговариваю, чем преувеличиваю! А Тьма, всегда останется Тьмой.

— Позвольте, Мастер, но что же это такое? — решился заговорить Сельд, — Какая-то Руна? Никогда раньше не встречал подобное писание их… Первый раз вижу этот язык.

— Увы, но это Печать, а не руна, и она уже сорвана. То, что было скрыто под ней, вырвалось на свободу. Я не понимаю, Как вы оба не почувствовали Тьму в этом отродье сразу!?

— Почему не почувствовали? Лично Мы знали о его появлении, именно по этой причине Сёстры и направили меня. Чтобы убедиться в верности видений. Как я и сказала, в нём не было предвестников. Значит, вмешиваться нельзя. Вносить волнения в существующий баланс недопустимо, — спокойным тоном ответила Нонель. — Провидицы обо всём знали и молчали?! Сокрыли Тьму?

— О, спокойней, Инквизитор. Если вы забыли, то Провидицы всегда придерживались нейтралитета и на верность Свету не присягали. Гоняться за всем, как вы выражаетесь, «нечистым» не наш удел, — Нонель была сама непоколебимость.

Инквизитор прекрасно понимал, что она права, но именно это злило его ещё больше. Да, Провидицы никогда не вмешивались, оставаясь сторонними наблюдателями. Но ровно до тех пор, пока эти события не начинали затрагивать уже их интересы. Им нельзя было приказать или потребовать что-то. Можно было только попросить и надеяться, что тебя хотя бы выслушают, не говоря о том, что помогут. С таким положением дел надо было заканчивать. Давно уже пора поставить этих зарвавшихся девиц на место!

— Ну а ты, Сельд? Стал провидцем или ослеп под старость? — Инквизитор решил отыграться на старце.

— А что я? Площадка была насыщена силами Света, между прочим. Значит «тёмный» никак не мог находиться в ней! К тому же насколько мне известно, стражник ворот через «призму Света» на него смотрел и ничего, — огрызнулся Сельд.

— Хм… а ведь и правда. Сила света просто бы не пропустила Тьму, а он смог… Да и «призма» опять же молчала. Но как?

— Возможно потому, что во Тьме сокрыт Свет? — подсказала Нонель.

— Свет? Ты не понимаешь, Нонель, — покачал головой Инквизитор, отрицая её слова и выводы, — У меня тоже было… видение. Так вот, Тьма поглотила Свет!

— Видение? Ха, Инквизитор, ты же сам знаешь, что видение — это всего лишь вариация событий. Одна из их граней, не более. Поэтому и был создан наш орден. Чтобы разбирать видения Сёстрами, чтобы найти скрытую истину, увидеть суть.

— Ты не понимаешь… — уже тихо, повторил Самоний, — Вы все не понимаете…

На секунду Самоний прикрыл глаза и вновь увидел картину, что ему привиделась. Реальность происходящего была такой, что захватывало дух и заставляла шевелиться волосы на затылке. Нет, разве можно усомниться в увиденном и трактовать это как-то иначе? Столь яркие видения не содержат намёков, текста между строк, тайного смыла и прочего. Происходящее прямо показывает грядущие события. Хотя было что-то ещё. Что-то важное, но ухватить это Инквизитору не удавалось, как он не старался. Вот по Горе богов, возвышающейся в центре континента, медленно, но уверено, поднимается силуэт в чёрном. Расстояние больше, разглядеть человек это или нет невозможно. Однако внутренне чутьё подсказывает, что идущий точно не человек, хотя до недавнего времени определённо был им.

С каждым шагом из-под ног, вместо пыли, разлетаются в стороны брызгами чёрные, мерзкие сгустки. Падая, они начинают расползаться, покрывая Тьмой всё, к чему прикасаются. Обволакивая и растворяя в себе. Земля, в след за восходящим, превращается в широкую реку Тьмы, истоком которой и служит Он. Идущий к Пику Мира. Поднявшись на вершину, он замирает в ожидании. Он спокоен, он готов. И вот, в него со всех сторон беспорядочно мчатся сгустки огня, вспышки света, воды, разряды молний и прочие проявления магии. Устремляются драконы, Горные орлы и иные хозяева неба. Казалось бы, судьба глупца предрешена… но нет. Он стоит уверенно. Кажется, даже усмехается над этими тщетными попытками его остановить. Картинка приближается, но Его лицо всё так же скрыто. Из-под капюшона стекает чёрный как копоть туман или дым? Тьма! Тьма льётся из него нескончаемым потоком!

«Человек без лица» поднимает руки до уровня пояса ладонями вверх и начинает сгибать пальцы, слово сдавливая невидимый предмет. В этот момент его руки превращаются в лапы зверя. Жуткие, с огромными когтями, ненасытные лапища, не знающие жалости и сострадания. Они могут нести лишь смерть и мучения. С них также начинает струиться Тьма, ещё быстрее покрывая землю. Разрастаясь и стекая с пика во все стороны. Из «реки» Тьмы начинает расти множество жутких чёрных щупалец. Извиваясь, словно мерзкие болотные угри. Дрогнув, они устремляются навстречу магии и существам, уже почти достигших цели.