Блеск чужих созвездий (СИ) - Доброхотова Мария - Страница 125

— Ах ты бурундово отродье! — заревел мужчина с грубым голосом, и послышался топот ног. Раздался еще выстрел, а за ними крики боли.

— Ты прострелил мне колено, ублюдок!

— Я предупреждал, — ледяным голосом поинтересовался Мангон. — А ты? Тоже хочешь?

— Нет, нет, — послышался еще незнакомый Тане голос. — Давай уйдем, Лысак. Ну же, вставай!

— Я убью его! — рычал разбойник с простреленным коленом.

— Или он тебя. Пойдем, Бурунд тебя забери!

— Это я возьму, — сказал Мангон. — Ано, продолжаем путь. Смотри, как будешь отъезжать, чтобы они не покалечили лошадей.

Дверца открылась, и он вернулся на сиденье рядом с Таней, хмурый, раздраженный. Слуга прикрикнул на грабителей, чтобы убирались с дороги, щелкнул вожжами, и экипаж снова тронулся. Мангон некоторое время прислушивался, все ли в порядке, а потом откинулся на спинку и отбросил цилиндр.

— Не испугалась?

— Я смотрюсь, что я теряю сознание? — спросила Таня, складывая руки на груди. Она чувствовала досаду от того, что Мангону пришло в голову обращаться с ней, как с нежной барышней.

— “Я выгляжу”, пора уже запомнить, — ответил он. — Никак не привыкну, что ты чуть что лезешь в драку.

— Что это?

— Кремниевый пистолет. Довольно старый, но все еще в хорошем состоянии. Отобрал от грабителей.

— Дай его мне.

Мангон нахмурился.

— Зачем тебе? Ты не умеешь стрелять.

— Ты объяснишь, как. Я злюсь, если не могу себя защитить, как было сейчас.

Адриан некоторое время смотрел на темное лицо Тани, но она была упряма в своей затее. Ему осталось только вздохнуть, признав, что рациональное зерно в ее желании есть. Он отодвинул шторы с боковых окон, позволяя лунному свету проникнуть внутрь, подвинулся ближе к Тане и положил ей в руки пистолет.

— Смотри, это кремниевый замок. Его нужно вот так отвести и нажать на спусковой крючок. Кремний ударит по замку, пойдет искра и подожжет порох. Там сейчас капсульная пуля, но всего одна, больше нет. Вот это предохранительный крючок, чтобы не было непроизвольного выстрела. Вот так я его снимаю, вот так ставлю.

— Снимаю, ставлю. Правильно? — она посмотрела на Мангона.

— Правильно, — кивнул он. — Теперь ты вооружена и опасна. Может, наконец отдохнешь?

— Я попробую. Я имею странное чувство, что нужно ехать быстрее. Скажи Ано.

— Хорошо. Клади голову мне на плечо.

Таня так и сделала. Шерстяная ткань пальто приятно колола щеку, экипаж подпрыгивал на каждой рытвине, но, несмотря на поселившееся в груди беспокойство, Таня через некоторое время уснула.

Ей снился залитый лунным светом двор замка, на котором лежал дракон. Его чешуя казалась черной, но Таня откуда-то знала, что она на самом деле изумрудная, а лужа под животом — темно-бордовая, как застывшая кровь. Дракон медленно опустил шипастую голову на лапы и закрыл глаза.

“Менив-Тан, поспеши. У меня так мало времени”.

Глава 22. Черный меч судьбы

В очередной раз Таня открыла глаза, когда серый рассвет проник в экипаж сквозь неплотно задернутые шторки. За ту долгую ночь она просыпалась не один раз, то жестко подпрыгнув на деревянной скамье, то почувствовав боль в затекшей шее, то увидев дурной сон. Вдоль горизонта протянулась оранжевая полоса, которая быстро расширялась и становилась все светлее, и обсидиан неба светлел, наливаясь темно-синим цветом. Возделанное поле стояло пустое, обнаженное, и птицы перелетали с одного места на другой в поисках остатков урожая. Дальний лес ощетинился верхушками елей и понемногу светлел, выступая из полумрака.

Таня поежилась от утреннего холода и решила больше не спать. Адриан сидел рядом, серьезный и напряженный, и смотрел в окно, отогнув угол шторки.

— Доброе утро, Татана.

— Да уж, доброе, — ответила Таня, потирая шею. Во рту пересохло, и вообще она не отказалась бы сейчас от горячего душа и хорошего кофе, но мысли о комфорте только еще больше испортили настроение.

— Мы почти приехали.

Экипаж давно свернул с широкого тракта и ехал по проселочной дороге, медленно, качаясь из стороны в сторону так сильно, что иногда казалось, что он вот-вот перевернется. Через некоторое время раздалась команда кучера: “Тпру! Стой!” — и лошади встали. Адриан странно посмотрел на Таню, взволнованно и немного дико, и сказал:

— Пора выходить.

— Постой, — Таня положила руку на его плечо. — Помнишь свой обещаний?

— Что еще за обещание?

— Не важно, что там произойдет, обещаешь спасти Росси и Жослена. И будешь заботиться о них.

Адриан повернулся к Тане, сжал ее холодные пальцы.

— Ничего не случится, — вкрадчиво сказал он. — Если Аррон откажет нам в помощи, мы просто уйдем.

— Нет, обещай, — упрямо повторила Таня.

— Хорошо. Если случится что-то дурное, я спасу Росалинду и художника и осыплю их золотом. Клянусь. Ты довольна?

— Сыпать не надо. Можно просто купить им дом.

— Им хватит одного дома? — улыбнулся Адриан. — Или мне придется покупать два?

— Хватит, — ответила Таня, вылезая из экипажа. — Они решили жениться.

Снаружи было свежо и морозно. Приближалась зима, и осень становилась все злее, отчаяннее. Она покрыла грязь на дорогах корками льда и бросала с неба редкие горсти снежинок, заменяя их иногда холодной мерзкой изморосью. Таня огляделась. Она рассчитывала увидеть широкую подъездную дорогу, парк, похожий на тот, что вел к замку Мангона, но ничего подобного не было. Вокруг простирались поля с редкими кучками деревьев, а вдалеке поднимался холм, словно нарыв на коже, и на нем стоял замок. В рассветных лучах он казался ненастоящим, вылепленным из песка неумелыми детскими ручками: небольшой, низкий, и над стенами возвышался крепкий донжон с безвольно повисшим флагом.

— Здесь дорога заканчивается, — сказал Ано. — Дальше я не проеду, дэсторы… Ох, тэсса.

Кучер увидел, что из экипажа, вопреки словам Трошер, показались вовсе не двое мужчин, а мужчина и женщина. Она была странно одета в широкополое пальто и шляпу треуголку. Увидев удивление на лице Ано, девушка широко улыбнулась и коснулась двумя пальцами полей шляпы.

— Спасибо за помощь, Ано.

— Спасибо, — вторил ей дэстор в цилиндре, низко опущенном на лоб. Он достал несколько банкнот из кошеля и протянул слуге. — Вот, это тебе. Постарайся, чтобы о нашем путешествии не узнал никто, кроме баронессы.

— Конечно, дэстор. Благодарю, — вдруг севшим голосом сказал Ано, принимая деньги, которых ему теперь наверняка хватит, чтобы сыграть свадьбу с любимой. Он взял вожжи и принялся аккуратно разворачивать лошадей, стараясь не повредить хозяйский экипаж. Справившись, он в последний раз посмотрел на странных господ и, щелкнув поводьями, отправился в обратный путь.

— А как мы будем ехать назад? — спросила Таня, наблюдая за удаляющимся экипажем.

— Я рассчитываю на помощь Аррон, — ответил Мангон, плотнее запахивая шерстяное пальто.

— Ну что ж, тогда идем и закончим это. Вместе.

Замок оказался дальше, чем Таня ожидала. От быстрого шага по неровной земле, которую покрывала высокая пожухлая трава, холод отступил, стало даже жарковато. Солнце быстро поднималось по небосклону, звезды потускнели и пропали, месяц скатился к горизонту и стал совсем бледным. Адриан шел рядом и был молчалив и серьезен. Таня занимала себя тем, что пыталась угадать, что увидит за стенами замка, как поведет себя Арррон и что нужно сказать, чтобы добиться ее доверия. Она понимала, что предугадать развитие событий, когда в них участвуют столь странные существа, как драконы, практически невозможно, но ей требовалось чем-то занять голову, в которой то и дело всплывали безнадежные мысли. Таня часто вспоминала сон, и мертвого дракона, и лужу крови под ним. Это Аррон, сомнений не было, но Таня прекрасно знала, что сны — всего лишь отражение чаяний и страхов. Очень хотелось поделиться ими с Адрианом, но тот наверняка просто снисходительно отмахнется, а глупой представать совсем не хотелось.