Оборотни и документооборот, и Даша (СИ) - Антоник Татьяна - Страница 50

— А если они начнут настаивать, приведут свои неоспоримые аргументы?

— Они есть? — немного насторожилась.

Если быть совсем честной, то идея связываться, пусть и фиктивными отношениями с обманщиком и лжецом, меня не прельщала. Но, клянусь, де Ричмонд не создавал подобного впечатления. Наоборот, я чаще радовалась его обществу. Не всегда... В первую встречу оборотень меня знатно выбесил.

— Нет, только то самое письмо, но и его может быть достаточно.

А вот это вряд ли. Сколько ссор я застала у своих подруг из-за несчастной переписки в телефоне, когда парень сообщение от доставщика пиццы прочитал и его же и не понял. В этом плане мужики глупые. Проверять сообщения надо не с левыми парнями, а с конкретными дорогими подруженьками и сестрами. Вот где полет мысли, грязные фантазии и невероятные подробности. А лучше вообще ничего в чужих письмах не читать — седина не всем к лицу.

— Расслабься, Кристофер, — сама не ожидала от себя, но дернулась в сторону волка, едва не упав со стула. — Меня такая записулька заботить не будет.

Мне ли не знать, как плохо поданная новость сработает без контекста?

Он успел меня подхватить, спасая несчастную ведьму от падения на холодный пол и, скорее всего, от болезненного удара. Прижал к себе и застыл, внимательно вглядываясь в мои глаза.

— Никак не могу понять, Даша, — голос его неожиданно стал хриплым. — Как ты такая уродилась? Иногда мне кажется, что я тебя не заслужил.

А вечер определенно переставал быть томным. Да и неловкости практически не было... почти.

— Язвой, колдуньей и со всяческими заскоками?

— Умной, сообразительной ведьмой, и да, со всяческими заскоками, — он подтвердил, перефразировав мою сбившуюся речь.

Стало очень жарко. У меня что ни день, так борьба со своим внутренним я. Поутру я хочу убивать и калечить, в обед работать и созидать, а к вечеру странное влечение проснулось. Биоритмы, у вас механизм сбоит?

— Кристофер, у меня просьба... — не договорила, сама испугалась внезапно возникшего желания.

— Ты что-то хотела? — До этого думала, что ближе стоять мы не можем, но оборотень нарушал законы физики, продолжая меня удерживать.

— Эм, нет. — Опомнилась и замотала головой.

Все-таки струсила, колдунья пугливая, а могла бы сейчас в углу с красавчиком позажиматься.

Зато он отлично все понял и принял инициативу на себя. Выпрямился, подтянул вплотную и провел пальцем по моему подбородку, после зарылся в волосы, а второй рукой коснулся талии.

Мы наклонились, не оставляя между нами ни одного свободного миллиметра и... поцеловались. Так жадно и жарко, что показалось, будто у меня пульс остановился. Напряженность меня быстро оставила, и я полностью обмякла в уверенных ладонях.

Не так я представляла поцелуй за миг до его свершения, совсем не так. Считала, что весь такой из себя правильный и немного растерянный Крис будет робко пробовать меня на вкус и проверять дозволенность. А тут до потемнения в глазах, до ощущения сердцебиения в кончиках пальцев. Сминал, играл моим языком, чувствуя свою безнаказанность, ну и что там говорить, мое явное согласие.

— Матерь божья, а я думал, что это вы притихли? — раздался откуда-то снизу писклявый голосок. — А щенята будут?

Собака сутулая, весь момент романтический испортил.

Отпрянув от мужчины, я поправила сбившиеся волосы и недовольно взглянула на пса.

— Сейчас что угодно будет, но больше связно с кастрацией, умертвлением и моим конченым характером, — пригрозила верному фамильяру.

— А я тебя, как никогда, поддерживаю, — кивнул рядом сидящий де Ричмонд, пряча взгляд в фарфоровой сахарнице.

Либо сладкого захотел, либо в песке мечтал засыпаться. Первое, я, пожалуй, не против повторить. Зато Бали, оказалось, совсем не растерялся.

— Было бы о чем волноваться, ну не будет щенят и не будет. Чего кричать-то?

Чего кричать? Чего кричать? Я, конечно, не музыкант, но в бубен настучать сумею.

— Дорогой друг, надо ли тебе напоминать, что довольствие и хорошее расположение твоего духа и тела зависит от вот этих вот добрых людей? — Обвела нашу несостоявшуюся пару рукой. — А мы, к сожалению, ни разу не в настроении.

— Намек понят, — склонил голову собакен и засеменил от миски обратно в комнату.

Вину, скотина, не признал, просто решил самоустраниться. Но мгновение-то уже было упущено. Я жалела о содеянном, а что чувствовал Кристофер, понятия не имела.

— Дарина, — он как-то по-другому взглянул на меня. Без желания, без влюбленности, без вдохновения. — Все в порядке?

— Да, — махнула рукой и постаралась выбросить произошедшее из головы. Мало ли в моей жизни поцелуев было? Считать не буду, а то если количество называть, местные жители меня гулящей девкой назовут. — Я спать.

И твердо отправилась в свою комнату, а пока никто не видел, коснулась указательным пальцем губ. Сама себе врала и не краснела. Никуда ничего не делось, до сих пор чувствую прикосновения оборотня.

Предварительно выпихнув всех псов с кровати, я добрела до душа, смывая с себя прошедший день. Он принес мне многое: уроки магии, надежного партнера и, внезапно, откровения Кристофера. Как бы ни старался де Лиев, но вместо ссоры он только нас сблизил. Узнав получше волка, я всецело ему доверилась и не помысливала, что тот может лгать. Зачем ему? Обелить себя? С точки зрения Аридии, история и так звучала чудовищно. С точки зрения Дарьи Антоновой, я видала и похуже.

Москва слезам не верит, она ими умывается.

Была ли я готова на подобный шаг? Раскрыться и признаться в своем положении? Пока он погружался в свои воспоминания, я все больше задумывалась, насколько завралась перед всеми. Пусть я для этого мира странненькая и неугомонная, но все же большинство жителей относились ко мне с непонятной любовью, включая господина начальника. Перестав на меня рычать, Крис открылся с неожиданной стороны — ранимой и очень чувствительной.

Прознав про мою ложь, он окончательно зароется в свою раковину, но...

Я до сих пор не верила в его способность к пониманию.

Святой единорог, это что? Меня к нему влечет? После вечернего происшествия домыслы казались лишними, но чем черт не шутит. Сама себе жаловалась на нехватку внимания.

Через некоторое время я заснула, а утро меня порядком ошарашило.

***

Все началось спокойно. Мы успели вместе позавтракать, корчась от моих кулинарных экспериментов. На ближайшие часы я наметила работу в конторе, после обеда встречусь с дорогим преподавателем, а к вечеру собиралась заехать к тролльчихе.