Оборотни и документооборот, и Даша (СИ) - Антоник Татьяна - Страница 21

— А женщины там есть? — почти шепотом спросила я, стараясь не обращать внимание на Дэниэла.

Он же как собака, сжалишься, на луну завоет. Да и все мои нововведения рассчитаны на них. Не хотелось бы оказаться в баре, где сплошняком восседают мужчины.

— Еще какие? — многообещающе улыбнулся Форбар. — Пойдем, тебе там понравится. Это куда лучше, чем в скучных ресторанах аристократии.

В этом я как раз не сомневалась. Обычный народ всегда умел веселиться.

Мы вошли и моему взору предстала прелюбопытнейшая картинка. В отдалении на постаменте играл не очень хороший ансамбль, в котором музыкантами были одни тролли — громилы с зеленоватым оттенком, особенно выделялся их солист, ходивший по залу и растягивавший аккордеон.

За столами сидели существа всех рас и мастей. Тут тебе и эльфы, и феи, и перевертыши с непонятной ипостасью. Обслуживали их девушки с бледным оттенком лица, дриады, кажется. Про них что-то упоминала Кейт. Парочки лихо отплясывали на танцполе, а гном повел нас к столу.

— Я бронировал, — он довольно заурчал. — И надеюсь, что ты, — он тоже решил не придерживаться формальностей, — Дарина, потанцуешь со мной.

— Не откажусь, — обозревала весь этот хаос, — но не уверена, что так умею.

Было очень шумно и тесно, но все же здесь прямо царила атмосфера веселья. В ресторане, куда пригласил де Лиев было совершенно по-другому.

— И что ты намерена делать? — перекрикивая гул, спросил Дэниэл.

— Для начала выпить, а там, как пойдет, — громко ответила ему.

Пока в даме не окажется грамм сто пятьдесят виски, она будет чувствовать себя скромницей. А вот потом...

Потом я весело проводила время вместе с близкими знакомыми Форбара. Де Римоута же, наоборот, сильно смущала моя коммуникабельность.

— Зачем ты его только позвала, — возмущался гном.

— Ну, — я взглянула на нашего сопровождающего. — как бы хорошо себя ни контролировал оборотень, алкоголь всегда найдет лазейку.

В чем-то я оказалась права. Волк притягивал взгляды местных девиц: красивый, мускулистый, а еще смущается как пятиклассник при виде глубоких декольте и вырезах, оголяющих стройные и не очень ноги. Одна из девушек расхрабрилась и пригласила Дэниэла на танец. Он с таким испуганным выражением лица воззрился на нас... в пору было ему телохранителей брать, а не мне.

— Дарина, а мы-то чего мнемся?! — воскликнул Борвасс и потянул за собой.

Эх... Говорила мне Маша, что не умею я расслабляться. Ошибалась. Умею, могу и практикую.

Через час я уже отбивалась от поклонников, и, как ни странно, от поклонниц. Барышням понравился мой диковатый и «опасный» внешний вид. Так что я долго объясняла, где можно найти наши украшения. Чувствую, послезавтра милые десаи побегут грабить магазинчик Брауна. Завтра вряд ли, утром они с дрожащими руками побегут за минералкой. Кстати, а такая здесь есть?

Вообще, было весело. Я с удовольствием проводила время, болтая с разными магами и не магами. Они, в отличие от аристократов, активно расспрашивали о том, каково это быть ведьмой, их не пугали мои манеры и отсутствие этикета, а еще пришли в восторг от моего наряда «а-ля готесса на свадьбе».

— Где же ты раньше пряталась? — подмигнула мне одна из подруг Форбара, пухленькая гномиха Эльвира с рыжей шевелюрой и такой же рыжей бородой. — Чего тебя де Эттвуд раньше не выводил? Сирота? Он тебя использует, да? — добавила она жалостливо.

Стараясь не пялиться и заодно подумав про эпиляцию, даже не ради прибыли, а моего внутреннего спокойствия, поспешно ответила.

— Нет, ты что. Робб такой рассудительный, родной. Я очень благодарна за возможность у него работать.

И это было правдой. За короткое время я добилась небывалого роста и помогла нескольким магам. Да моя самооценка до небес взлетела.

— Это что, — влез в наш разговор глава производства. — Ты бы видела глаза наших ящериц, когда Дарина им жалованье не выдала, а всем в цехах выдала.

— Даже так? — удивилась Эльвира. — А я все думала, отчего тебя в конторе недолюбливают.

Поразительная осведомленность. Пока я осмысливала невероятные познания во внутренней иерархии фабрики и сплетнях, а гном толкал ее в бок с широко открытыми глазами, она сама решила объясниться.

— Мы дружны с Юлианной, — потупила она взгляд. — Я не знала, что ей нельзя болтать. Надеюсь, ты ее не накажешь.

В целом, было не за что. Везде не любят тех, кто вносит изменения.

— А у Юлианны большой круг общения? — спросила гномиху. — Многие про меня в курсе?

Эльвира немного растерялась, но в этот момент к нам подсел уже очень веселый и довольный Дэниэл.

— А почему такие постные лица? — взглянул он на остальных. — Дарина, пошли танцевать?

Походу, волк оценил простые народные гуляния. А сколько возмущения-то было, когда я это предложила...

— Да так, — пожала плечами, — пытаюсь разговорить Эльвиру с Форбаром и высчитать скорость распространения информации по городу.

— Ты о чем? — не понял он мою мысль.

— Юля, ой, Юлианна много сплетничает?

— Аа, — протянул оборотень, — считай, что со скоростью птицы.

А вот здесь я загорелась. Надо же, какой талант не разглядела. Мне же только этого и не хватает. И не надо по паркам ходить, на всяких полоумных с собаками нарываться. Перепоручим это дело десае Эйлон. И ей хорошо, а мне и подавно.

Улыбнувшись и заверив гномов, что нашему секретарю ничего за это не будет, подошла к бару. За мной увязался и де Римоут.

— Ты что-то опять задумала? — прищурился он.

— Не задумала, а наметила маркетинговую стратегию, — пафосно объяснила я.

— Чего?

Все время забываю, что сорить американизмами и словечками из своего мира не стоит.

— Юльку повысим, — отрезала коротко, потому что почувствовала сбоку чей-то внимательный взгляд.

В таверне, в самом дальнем и темном углу сидел мой дневной кошмар и владелец несчастного шпица, словно шпион или бандит какой-то. Мамочки, а в парке показался таким приличным человеко-кем бы он там ни был.

Интересно, сколько он уже здесь сидит?

Мужчина поднялся со своего места и медленно побрел в мою сторону, обходя случайно мешавших посетителей.

— Дэниэл, будь другом, — ткнула я де Римоута, пока тот заказывал нам напитки.

— Я думал, мы уже подружились, — обиженно буркнул волк.