Главное – не влюбляться (СИ) - Веленская Наталия - Страница 44

— Может я всех так целую, — пожала я плечами. Воспоминания о наших с Сашей поцелуях, резали сейчас точно ножом по сердцу.

— Да ну?

— Ага, я очень… кхм, любвеобильная.

— Тогда поцелуй меня, — хитро подмигнул мне Ярослав, не особо ведясь на мой показной сарказм. И даже неожиданно придвинулся поближе. А вот я автоматически отодвинулась от него.

— Нет, спасибо.

— Почему? Я классно целуюсь. От меня ещё ни одна девушка не уходила разочарованной, — широко улыбнулся Мереминский своей фирменной плутовской улыбкой. Ярко-голубые глаза откровенно смеялись над моим нелепым смущением.

— Поверю тебе на слово, — буркнула я, на всякий случай отворачивая лицо в сторону.

— А почему не опытным путем? — продолжал потешаться Яр. — Или перед Корсаковым будет стыдно?

— Да не хочу я с ним встречаться, ясно тебе?!! — я не выдерживаю и вскакиваю с лавочки. — Мы с ним слишком разные!

Не может быть у меня ничего общего с человеком, который так откровенно может играть другими людьми! Притворяться, разыгрывать чувства, поцелуи эти…

— Найди своему Корсакову очередную модель, а меня оставьте в покое!

— Лиз, да ты чего?.. — Мереминский явно ошарашен такой моей внезапной вспышкой ярости. — Я, может, что-то не то ляпнул, прости, это я могу…

Что-то не то? Да у меня вся жизнь перевернулась за один вечер!

Ярослав попытался удержать меня за руки и заглянуть в глаза, которые так некстати предательски стали слезиться.

— У меня… тоже есть не самые приятные моменты в прошлом, — решаюсь сказать я. Почему-то бездарно законченные трехлетние отношения с Лёшкой сейчас абсолютно никак не отзываются в моей душе. Как будто та боль ушла на второй план. Но мне нужно было хоть как-то объяснить Ярику свою излишнюю эмоциональность, и ничего лучше я не придумала. — И я так до сих пор и не отошла от прошлых отношений. Знаешь, я понимаю Сашу, работа действительно помогает. И мне этого достаточно, правда. Ничего нового я начинать не хочу. Я просто пока не готова.

Я аккуратно высвободила свои руки и отошла чуть в сторону. Личное пространство было сейчас дико необходимо, как воздух, как единственная имеющаяся у меня в наличии броня.

Мереминский задумчиво взлохматил свою шевелюру.

— Иногда мне кажется, что Маришка права, и когда я куда-то лезу, то становится только хуже… — послышался тяжёлый вздох. Я обхватила себя руками, стараясь унять дрожь. — Ладно, разбирайтесь сами. А я с интересом за этим понаблюдаю.

Маришка — это та самая кобра из приёмной Корсакова? Почему-то столь ласковое сокращение непривычно резануло мне слух. С таким-то характером, называться Маришкой ей абсолютно не шло. Но в данном случае, я была с ней полностью согласна. И лучше бы иногда Мереминский держал и рот на замке. И заодно свои добрые помысли помочь ближнему.

— Спасибо. Да, мы как-нибудь сами, — криво улыбнулась я в ответ.

— Тогда пойдём, нужно возвращаться. Но знай, что крёстный фей будет очень сильно болеть за вас, ребятки, — подмигнул Яр, и его глаза вновь искрились весельем.

— Ты скорей как недокупидон, — хмыкнула я. — Навел смуту, всех перебаламутил и улетел. Ладно, пошли уже.

Мельком взглянув на время в телефоне, я обнаружила, что до конца стендапа осталось чуть меньше двадцати минут. Не хило мы так поговорили с Ярославом. Значит, скоро приедет Александр третий на не менее занимательную беседу.

Внутри бушевали смешанные чувства. С одной стороны — глаза бы мои его не видели, с другой — почему-то дико хотелось прижаться к нему и крепко обнять. Может быть, в последний раз. Пока ещё окончательно не растворился образ милого и заботливого парня, который я же сама себе и придумывала.

Хотя нет, не сама. Мне его просто навязали без моего ведома, когда я невольно стала объектом для достижения цели. Боже, неужели какой-то грёбанный Порше стоит таких огромных усилий? И кстати…

— И когда состоится торжественная передача ключей? — не удержалась я от вопроса. — Ты ведь теперь получается полноправный владелец Порше?

— Да вот знать бы ещё когда. Корсаков молчит как партизан. Будто вообще не собирается их отдавать…

Я невольно остановилась. В смысле не собирается? Так что, их спор еще не закончен? И Корсаков уверен, что у нас с ним обязательно что-то будет?!

— Но пока может, оно и к лучшему. До июля я могу и потерпеть, — Ярик замечает, что я отстала и тоже замедляет шаг. — Мне так даже спокойнее будет, что я точно не разобью тачку к нужному дню.

— К какому дню?

— Да так… хочу порадовать одного человека.

Мне показалось или Мереминский сейчас впервые покраснел? Серьёзно? Я думала, таких, как он, ничем нельзя смутить. Способность к смущению просто напрочь отсутствует в их генетическом коде.

— Подробностей я так понимаю, можно не ждать, — усмехаюсь я возникшей паузе.

— Прости, Лиз, но это очень личное… Но я обязательно расскажу, когда мне удастся провернуть всё то, что задумал.

— Понятно. Значит — ищите женщину.

— Не просто женщину, а особенную женщину, — улыбнулся Ярик.

Ага, и судя по всему, отличающуюся особой меркантильностью.

— Лиз, а чего это мы встали посреди дороги? Пойдём! — наконец опомнился Мереминский и потянул меня за руку.

Я тяжело вздохнула и включила автопилот, чтобы следовать за Яриком и при этом полностью погрузиться в свои мысли. Получалось не очень.

И как теперь быть? Закатить Корсакову скандал? Спокойно поговорить на чистоту? Просто поставить точку без каких-либо объяснений? Ни один из этих вариантов мне не нравился. Нельзя играть с жизнями и чувствами других людей, и потом не нести за это никакой ответственности! Не важно, сколько денег в твоем кошельке и какие сердечные драмы ты пережил в своём прошлом.

Понятия не имею, что на самом деле творится в голове у Саши — хочет он просто поразвлечься, потешить свое эго или сохранить свой драгоценный Порше. Сейчас я точно знала лишь одно — ни хрена у него ничего из этого не получится. Уж я об этом позабочусь!

Конец первой книги