Главное – не влюбляться (СИ) - Веленская Наталия - Страница 36

— Добрый день, — Саша подходит к мужчине и приветствует его крепким рукопожатием. Беркутов приветствует его и пожимает в ответ руку. — Марин, Елизавета, пока подождёт в приёмной. Предложите ей чай, кофе и прочее, пока мы с Владимиром обсудим дела.

— Лучше сока, — отвечаю я, замечая, как у меня до сих пор дрожат руки после поцелуя. Стакан горячего чая или кофе будет опасен сейчас и мне, и всем окружающим. Да и вид у меня, наверное, до сих пор безумный. В глазах периодически всё расплывается, щёки горят огнем. Очень надеюсь, что хотя бы волосы у меня на голове не слишком спутаны после нашего с Корсаковым безумия. Но зеркальца увы, нет, чтобы проверить.

— Хорошо, Александр Романович, — отвечает личный ассистент.

Саша кидает напоследок на меня умоляюще-извиняющийся взгляд. Я лишь пожимаю плечами и слегка улыбаюсь, ведь как никто другой понимаю — важные клиенты и встречи не терпят отлагательств.

Всё-таки нужно дойти до женского туалета и оценить свой внешний вид. Марина с интересом наблюдает за мной, и мне становится не комфортно под её пристальным взглядом.

— О, Лиз, ты ещё тут! — в приёмную врывается Ярослав, освещая всё во вокруг своей улыбкой, как лампочка Ильича.

Чёрт, с этими поцелуями я совсем забыла об обещании зайти к Мереминскому.

— Д-д-да, — чуть заикаясь, говорю я. — Мы не закончили разговор.

— Меня тут срочно вызывают телевизионщики, — вздыхает Ярослав, подходя ко мне. — Я уже рву когти. Есть одно заманчивое предложение насчёт завтра. Обсудим вечером?

Стоит ли говорить, что я в курсе вечеринки и точно на неё не пойду? Я вижу, что Ярик действительно спешит, и мне не хочется задерживать его. Отказать я могу и по телефону в спокойной обстановке.

— Хорошо, беги, — улыбаюсь я.

— Лизок, ты — чудо! Тогда до связи, — Мереминский неожиданно берет мою руку и оставляет лёгкий поцелуй, как настоящий джентльмен. Я испытываю удивление, но в груди ничего не ёкнуло… совсем ничего. Где-то на фоне я слышу, как Марина звякнула посудой. Похоже, ассистент Корсакова удивлена не меньше меня поведением Мереминского. Надо что-то сказать или поблагодарить Ярика, но слова застревают у меня в горле под действием шока. Пиарщик подмигивает мне и стремительно уносится из кабинета.

Как минимум вечером нужно разобраться, что нужно от меня Мереминскому. В симпатию Корсакова мне и то больше верится, или в его желание поиграть и добиться своего, с учётом истории нашего знакомства. А вот какая муха укусила Ярика?

Почему моя жизнь вдруг стала похожа на какой-то мексиканский сериал? Честное слово, я вообще не удивлюсь, если сейчас в приёмную заявятся ансамбль Мариачи с гитарами и маракасами. Где та самая кнопка, чтобы это всё отмотать обратно? Я этот дурдом не заказывала!

— Ваш сок, — ко мне подходит Марина с подносом, на котором стоит стакан сока и какие-то снеки. Рядом с небольшим столиком она картинно спотыкается на своих высоких каблуках. Я, как в замедленной съёмке наблюдаю, что содержимое стакана устремилось прямо на мой свитер.

Секунда, две. Мы смотрим друг на друга. Я вижу в её глазах злорадство.

— Прошу прощения, я такая неуклюжая, — наконец выдаёт секретарша, всем своим видом показывая, что выдавливает из себя эти слова чисто для проформы. Но обманчиво жалостные речи оставляют меня абсолютно равнодушной. Вот ведь с…штучка! Значит порхать по этажу на своих каблучищах это она может, а два шага до меня сделать запнулась? Вот ни хрена не поверю!

— Ничего страшного, — цежу я в ответ, понимая, что оранжевое пятно стремительно расползается у меня по груди. Стало мокро и неприятно. — Где здесь туалет?

— В конце коридора и направо.

Кидаю на неё злобный взгляд и замечаю, что девушка еле сдерживает улыбку. Нет, я не буду показывать ей свое раздражение. Обойдётся! Если она хотела вывести меня из себя, то пускай видит, что ничего у неё не получилось.

— Спасибо, — улыбаюсь я, стараясь добавить в свою улыбку как можно больше сахара. Подхватываю сумку и направляясь в указанном направлении.

Что ж, ассистент Корсакова не сильно скрывает своё истинное отношение в адрес моей персоны. Версия с любовницей мне кажется все менее глупой.

Вместо женского туалета ноги принесли меня к лифту. Я не хотела возвращаться и видеть нахально довольное лицо Марины, или слушать нелепые объяснения Корсакова. На сегодня с меня точно хватит!

Глава 43

Если все идёт наперекосяк, то сразу скопом, охватывая все сферы жизни. Эту истину я в очередной раз поняла в четверг после обеда.

— Лиз, ты зачем звонила в «Наши алые паруса»[1]? — вопит на весь кабинет Коваленко, едва успев положить трубку. Я слышала краем уха, что у неё был какой-то напряжённый разговор, но не думала, что это по мою душу.

— Как зачем? Прозванивала турбазы в тему номера, — искренне не понимаю я её возмущения. Выглядываю из-за монитора и вижу, что Таня сидит вся покрывшись красными пятнами.

— Подойди, пожалуйста, — говорит она после того, как жадно отпила воды из своего бокала.

Да что не так-то?

Настя и Оксанка удивленно проводили меня взглядом, пока я шествовала к столу руководителя отдела продаж, как на казнь. Лана лишь ехидно ухмылялась, глядя в монитор, но делала вид, что предстоящий разбор полётов ей не интересен.

Сажусь на стул рядом с Коваленко.

— Ты ведь знаешь же, что это Тольяттинская турбаза? — начинает Татьяна. Я киваю. Тольятти — один из крупных городов в Самарской области. Места там очень живописные, поэтому турбаз и домов отдыха пруд пруди. — Они размещаются в тольяттинском «ГородКе». Мне сейчас звонила их директор по продажам, и истошно вопила в трубку десять минут, почему мы переманиваем у них клиентов.

Опа! А вот это уже серьёзно.

— Я никого не переманивала, я просто предложила разместиться в тему номера и спросила нужен ли им выход на самарскую аудиторию, — устало вздыхаю я.

Я очень плохо спала этой ночью. Корсаков вчера пытался выяснить почему я его не дождалась, и когда мы спокойно поговорим. Пришлось врать, что меня срочно вызвали в офис, поэтому я убежала. Сегодняшнюю встречу с ним я тоже отменила. Саша пытался узнать причину и в лоб, и обходными путями, но я отвечаю сухо, стараясь свести разговор на нет.

Валька с Аринкой единогласно признали, что в моей жизни творится какая-то фигня, и нужно быть осторожнее. Райкова правда добавила, что не чувствует от Саши какой-то фальши и слабо верит в историю с любовницей. А вот с Ярославом она посоветовала быть начеку. Интуиция Вальки — вещь хорошая, но и она иногда даёт сбой. Поэтому думать надо в первую очередь своей головой.

Пока что я приняла решение на пару дней взять таймаут от общения и с Сашей, и с Яриком. Успокоиться, выдохнуть, возможно собрать чуть больше фактов, если получится, и уже потом вызывать на разговор обоих.

Как и предполагалось, Ярик пригласил меня вчера на вечеринку, которую устраивал кто-то из его близких друзей. Ту самую, на которую собралась и Зубкова. Но я вежливо и настойчиво отклонила приглашение. Пускай Лана повеситься от души, не жалко. Может быть вся эта Санта Барбара на неё перекинется.

— Ничего, Лиз. У меня есть предчувствие, что в ближайшие дни мы с тобой обязательно увидимся, — говорит Ярослав. А я не замечаю в его голосе беспросветной грусти по поводу моего отказа. И зачем, спрашивается, тогда звал? Мереминский — ходячая головоломка.

Возвращаюсь из своих тяжёлых мыслей и натыкаюсь на раздражённо усталый взгляд Татьяны.

— Это то же самое, что и переманивание.

— Тань, да почему они не могут разместиться у нас в теме номера?

— Потому что они уже размещаются в нашем журнале, — поясняет Таня, — Только в другом городе.

— Как будто к ним самарские отдыхать не ездят! — бурчу я. Да между нашими городами расстояние всего сто с небольшим километров.

— Ездят. Но у нас они размещаться не будут и точка. Обзваниваем самарские турбазы.

— Но ведь им же это только в плюс! — не могу успокоиться я. Так бесит, когда правда на твоей стороне, а тебя уверяют, что ты не прав! — О них узнает больше людей, начнут чаще приезжать. Больше клиентов, больше денег.