Главное – не влюбляться (СИ) - Веленская Наталия - Страница 33

Что-о-о? У меня вытягивается и лицо, и рот, и я сама сейчас готова превратиться в одну сплошную недоумевающую букву «О». Что чёрт возьми несёт Мереминский?!

Смотрю на него и вижу в его глазах, как стая бесят лихо отплясывают ча-ча-ча.

— Ярослав, я просил тебя на работе соблюдать субординацию, — Корсаков злобно чеканит каждое слово. Я не хочу смотреть ему сейчас в глаза и встречаться взглядом, который будто прожигает меня насквозь, и отнюдь не от страстного желания поцеловать.

Я хочу провалиться сквозь землю. К тем самым бесятам. Я даже готова научиться танцевать ча-ча-ча!

— Да ладно! Здесь можно сказать все свои, — отмахивается Ярослав и медленно наливает себе напиток. — Ты ведь уже знаком с Лизой? Я думаю, ты и сам понимаешь, что человек она хороший, надёжный, лишнего болтать не будет. Да и Фара за неё ручался. Лизок, тебе сока налить ещё?

Киваю в растерянности головой и молча передаю стакан. Лизок?! Какую игру затеял Мереминский? И почему он без спроса втягивает в это меня?

— Фара? — переспрашивает Александр третий. Медленно подходит к столу, скрестив руки на груди. Практически нависает над нами, от чего становиться ещё более неуютно.

— Мой однокурсник Фарид Сафин, мы вместе в КВН играли, — поясняет Мереминский. — Он теперь главред в журнале «ГородОК». Благодаря Фаре мы с Лизой и познакомились.

— Ясно.

Садиться в кресло во главу стола для совещаний.

— Санек, а я, оказывается, тот ещё счастливчик, — продолжает улыбаться главный пиарщик, не обращая внимание на молчаливое настроение друга. — И новую рекламную площадку получил, и с такой девушкой познакомился… Лиз, тебе не кажется, что это судьба?

— Ты о чём? — мне остаётся только хлопать глазами.

— Наша встреча, конечно, — отвечает Ярослав. — Ты Александра Романовича не стесняйся. Это он на людях серьёзный дядя, в жизни очень даже приятный милый парниша.

Милый парниша только тяжелее задышал и смерил Мереминского ещё более убийственным взглядом.

— Только смотри мне, не смей тут свои очаровательные флюиды источать, — строго говорит Ярослав другу, пригрозив пальцем. Придвигается ко мне и приобнимет одной рукой за плечи, как будто это поможет защитить меня от тех самых флюидов Корсакова. Я лишь тихо ойкнула. Внутренняя чуйка подсказывала, что надо сматываться. Срочно. Я не знаю, что за спектакль решил устроить Мереминский, и даже не хочу в этом разбираться, но дело дрянь! — А то я тебя знаю, включишь на максимум своё обаяние и опять уведёшь у меня девушку.

Опять? Корсаков уводил девушку у лучшего друга? В моих глазах слишком красноречиво плескается этот вопрос, поэтому Ярослав продолжает.

— Лиз, не переживай, в случае чего, я смогу защитить тебя от чар этого прожжённого Дон Жуана….

— Мереминский, ты что несёшь твою мать?! — рычит Корсаков, в ярости даже приподнимаясь с места.

— Обозначаю свои позиции. На всякий случай, — говорит Ярослав, тут же переключившись на серьёзность.

Какие еще к чёрту позиции? Нет у него никакого интереса ко мне! Я бы заметила хоть какие-то намёки на флирт при первой встрече. Но их не было, зуб даю! Или это месть за то, что он не может вывести меня на чистую воду по поводу контракта?!

Я аккуратно убираю руку Ярослава со своего плеча.

— Ты что решил свою личную жизнь устраивать в рабочее время? — уже практически рычит Александр третий.

— Почему в рабочее? У нас деловой обед, мы совмещаем приятное с полезным…

— Мы тут обсуждаем идеи для предстоящего конкурса, — наконец я робко подала голос. Надо прекращать этот фарс. Непонятно до чего они договорятся такими темпами. — Ярослав поэтому и меня пригласил в офис…

— Лиз, зови меня просто Ярик. К чему все эти полные имена? — подмигивает Мереминский. Смертник! Да что ж он творит-то? Я только попыталась вывести разговор на путь правды и благоразумия, а Ярослав вновь решил выкатить цирковую повозку. Главного клоуна вызывали?

— Какого ещё конкурса?

Вкратце, немного запинаясь, пересказываю Корсакову наши планы организовать «Корсару» совместный конкурс с журналом «ГородОК», чтобы подогреть интерес к открытию трц.

— Почему меня не поставили в известность? — раздражённо спрашивает Саша. И одаривает меня разочарованно раздраженным взглядом.

— О чём? О конкурсе, которого пока нет? — ухмыляется Ярик. — И вообще, с каких пор тебе надо докладывать о нулевых стадиях проектов?

— Вот с этих самых пор! — бьёт кулаком по столу Саша. Я с изумлением смотрю, как тихая ярость понемногу находит себе выход. Мне ещё не доводилось видеть Сашу таким. Зачем Ярослав накаляет обстановку?

— Тебе заняться что ли больше нечем? Ещё скажи тебя в рабочую группу позвать для обсуждения, вечно занятой ты наш, — говорит Мереминский, смеясь. Даже для друга всё то, что сейчас происходит — перебор. Нельзя так общаться с руководством при постороннем человеке! А что ни говори — я все-таки посторонний. Совсем неправильно изгаляться и так в открытую хамить. Даже если Корсаков когда-то увёл у него девушку… Вообще, в голове не укладывается, что Саша мог так поступить! По нему и не скажешь. Или я ничего не понимаю в людях? Мог ли Ярик соврать? И если да, то почему Корсаков не опроверг его слова?

У меня уже начала болеть голова от всех этих мыслей и гнетущей обстановки. Я вижу, как после слов Ярослава, у Саши злобно на лице заходили желваки. Но от эффекта разорвавшейся бомбы нас спасла трель мобильного Александра третьего.

Саша кидает быстрый взгляд на экран телефона, недовольно морщится и поднимается с места.

— Я не прощаюсь, — цедит он, выходя из кабинета.

Кажется, у Мереминского офигенный ангел-хранитель. Потому что он только что спас его клоунскую задницу от расправы. Ух, как я была зла! Зла и растерянна одновременно.

— Яр, ты что творишь?! — злобно шиплю я, резко поворачиваясь к главному пиарщику. Официально заявляю, что этот вопрос можно смело назвать вопросом дня.

— А что я? Я защищаю понравившуюся мне девушку от посягательств всяких там…

— Ярослав!!

— И ещё я несу ответственность перед Фарой, что у нас в компании тебя никто не обидит, — для большей проникновенности и убедительности Мереминский даже взял меня за руку, но я тут же отдернула её, как ошпаренная. — Лиз, я прекрасно знаю, какое впечатление Корсаков может оказывать на девушек. И как он ведёт себя с ними в последнее время… Он ведь был достаточно милым при подписании контакта?

Был, но в слух говорить этого не буду.

— Какое мне дело до Корсакова?! Если у тебя к нему личные счёты, разбирайтесь сами!

— Все наши личные претензии друг к другу мы уже давно разрешили, — спокойно отвечает Ярослав. Пронзительно голубые глаза смотрят внимательно и задумчиво. — Я предупреждаю на случай, если он начнёт к тебе клеиться, а он начнет…

— Как начнёт, так и закончит! — отрезала я.

— Мне нравится твой настрой, — расплылся в улыбке Мереминский. — Значит, у меня есть шанс?

— На что?

— Узнать тебя поближе, — улыбка пиарщика становится ещё шире. — Или я тебе совсем не нравлюсь? Только отвечай честно, а не как с контрактом.

Остановите землю, я сойду! Да, нет, не знаю? Что происходит? Где здесь скрытая камера, и куда мне смотреть?

— Ярослав, я не знаю, какая муха тебя укусила, и с чего вдруг у тебя возник ко мне интерес…

— Как откуда? Мне всегда нравились загадочные девушки, — искренне изумляется парень, как будто я ставлю под сомнение то, что дважды два — четыре. — А ты у нас одна сплошная загадка. Я что не могу защитить понравившуюся мне девушку?

Ещё немного и обиженно засопит. Вот только почему я ему не верю от слова «совсем»?!

— Каким образом? Устроив балаган?! — я правда не понимаю. Если он так переживает по поводу любого поползновения в мою сторону своего друга, то почему нельзя было заранее предупредить меня наедине в спокойной обстановке! Для чего это показное рыцарство и желание полезть на рожон?

— Лиз, я правда не хочу, чтобы ты потом разочаровывалась…