Симбионт (СИ) - Ровская Екатерина - Страница 51

Долго рассиживаться на полу мне не дали. Я думала первым среагирует скарр, который уже поднимался на ноги. Или Глэвиус. Но нет, их опередили. Раш.

Рывок, не очень резкий, можно сказать аккуратный, и я стою на своих двоих. Ну как стою, пытаюсь. Странная слабость в теле, похожая на ту, что была после "лечения" Раша, качнула меня в сторону. Тут же вокруг талии обвился гибкий хвост, помогая удержаться в вертикальном положении, и я с благодарностью прижалась щекой к прохладной чешуйчатой груди. И этот момент совсем не напрягал. Чешуйки я имею ввиду. А скажи мне кто еще хотя бы сутки назад, что я буду с удовольствием обниматься с зеленым чешуйчатым инопланетянином, я бы уверенно покрутила пальцем у виска. А сейчас мне это даже нравилось. Более того, я в этом нуждалась сейчас. Раш воспринимался своим, невероятно родным и тёплым, очень тёплым. И плевать, что тело у него всегда холодное. Это тепло шло у него изнутри, согревая меня, помогая бороться со слабостью и головокружением. С ознобом.

Тепло… Снова тепло… И перед тем как всё это произошло, я ведь… Я его согреть хотела. Мурфенка. Я не дура и прекрасно понимаю, что детеныш очнулся благодаря мне. Отрицать очевидное нет смысла. Это я его спасла. Но вот что именно я сделала? Выходит, что своё тепло отдала. Именно так я это ощущала. Он холодный был, очень холодный. И в тепле нуждался, я чувствовала. А у меня оно было. И всё произошло будто само собой. Настолько естественно, будто именно так и было задумано. Будто так правильно. И я поделилась теплом. Поделилась и теперь сама тепла ищу… У Раша… И слабость эта… Я словно не тепло отдала, а силу… Жизненную. Или энергию? Что-то там ведь кэп про энергию до этого вещал, что девчонка даже отца таким образом лечить пыталась. Энергокристаллы… Энергобраслеты… Тут возможен вот такой обмен энергией? Для меня это было из разряда фантастики. Но одно дело слышать от кого-то об этом, и совсем другое на самой себе испытать. И ведь Раша тогда спасая, я получается тоже энергией делилась? Хотя там еще обмен кровью случайный был и укус тот странный… Боже, как все сложно! Хотя с малышом ничего сложного не было. Я практически интуитивно ощутила, что он нуждается в тепле, и также интуитивно им поделилась. Словно сработал так и не пригодившийся мне на земле материнский инстинкт… Стойте-ка! А почему мне никто не сказал, что мурфеныша реанимировать можно было? Ладно я, совершенно незнакомая с основами их бытия! Но остальные то чего молчали? Почему не сказали, что его ещё можно спасти?! И Глэвиус… Он ведь говорил…

Мысленно поблагодарив Раша, я высвободилась из его объятий и развернулась к остальным. Лечение объятьетерапией, или, как любила говорить Надя, обнимашками, дало результат. По крайней мере меня не шатало больше как матроса, впервые за долгое время ступившего на твёрдую землю.

— Глэвиус, ты говорил, что он мертвый…

Глэвиус, так же как и я сейчас, смотрел на стайку счастливых мурфов. Они уже не прыгали и не скакали, визжа и попискивая… Не выхватывали друг у друга громче них самих пищащий свёрток… Они стояли компактным полукругом вокруг роженицы, и восторженно взирали на детёныша выглядывающего из моей супружеской рубашки. Их невероятные глаза светились от счастья. "Няшная картина", как сказала бы Надя…

— Нет, Лэйра, я говорил, что не чувствую его тепла. А это разные вещи.

— Почему не сказал, что его можно спасти?

Задавать этот вопрос похоже не стоило. Кажется ответ на него был из разряда тех, что должен знать каждый. Потому что в ответ Глэвиус посмотрел на меня очень внимательным прямым взглядом, словно хотел что-то спросить, но не решился. Зато решился кэп:

— Это дарки, да? Что они сделали с вами, Лэйра?

После его слов возникла оглушительная тишина. Соляными столбами в ожидании моего ответа замерли все. Даже мурфы повернули свои яркие, пушистые головы.

А ответить нужно. Я уже не раз спалилась, и на мелочах и по-крупному. Не знать элементарных вещей, скорее всего знакомых с детства каждому? Они уже давно поняли, что со мной не всё в порядке. По крайней мере с головой точно. Странная дамочка в невообразимом наряде, босая, лохматая… Спокойно разгуливающая по просторам этого жуткого плотоядного корабля… Проходящая сквозь его стены, как-будто они из воздуха и открывающая двери, которые никому кроме тварей открыть не под силу… Приручившая свирепого и кровожадного реплаха… У всех на глазах целующая грозного командира скарров… Угощающая баснословно дорогой настойкой всех желающих…

Я утверждала, что мне чужд эпатаж? Ха… тридцать три раза! Да я побила по нему все рекорды! И дело не в эпатаже вообще. Спалиться сильнее, чем уже спалилась я, невозможно! У них у всех вероятно была куча вопросов, но мне они не задали ни одного. За что им всем спасибо. Разговор получился бы долгим, а время и место явно были не подходящими. Они и сейчас не подходящие, да и времени у нас нет, но ответить хоть что-то я должна.

— Я не знаю… Не знаю, что со мной сделали, но явно ничего хорошего. Я очнулась сегодня в этом месте среди трупов и умирающих. Я не помню ни кто я, ни к какой расе принадлежу. Ни как попала сюда. Ни что со мной делали. Ясно, что ничего хорошего. Я подозреваю, что на мне могли ставить какие-то эксперименты. Но даже это я не могу утверждать с уверенностью, потому что тоже не помню. Ничего не помню… кроме имени. Анастасия.

Про эксперименты я упомянула специально. Легко можно будет списать свои иномирные странности, которые скрыть не удастся, на дарков с их экспериментами. Мол это они что-то не то там навертели. Я же сама ничего не помню, не знаю, я вообще без сознания была. Хорошее прикрытие, по крайней мере на первое время, а там глядишь втянусь, освоюсь и подставляться по глупому перестану.

А имя… Да, я вроде как решила сменить старое имя, и момент был подходящий. Стоило лишь промолчать и можно было спокойно выбрать любое другое имя, взамен забытого. Какое-нибудь привычное для местных, чтобы не слишком резало слух аборигенам. Но в последний момент меня будто что-то дёрнуло за язык. Наверное просто захотелось, чтобы осталось хоть что-то от меня прежней.

Кстати, об имени… Я заметила, как при упоминании моего имени Глэвиус и кэп понимающе переглянулись. Как будто что-то для себя поняли. Я поставила себе мысленную зарубку на будущее — узнать, что не так с моим именем. Но это уже не сейчас…

— Об остальном поговорим, когда выберемся отсюда. Что насчёт корабля, Глэвиус?

Да, я банально перевела тему, опасаясь неудобных вопросов. Зачем вываливать всю свою подноготную на тех, кого возможно вижу первый и последний раз в жизни… Кто возможно скоро сядет на корабль и улетит на другой край этой галактики. Зачем им знать лишнее? А вот тем, кто останется со мной можно будет рассказать… чуть больше… со временем… быть может.

— Мне нечем вас порадовать, Лэйра. Кораблей здесь конечно много, очень много. И мы смогли осмотреть хорошо если десятую часть, но… Даже при самом беглом внешнем осмотре становится ясно, что выйти в космос ни один из них уже не сможет. С них многое поснимали, но в основном, как я понимаю дарков интересовали кристаллические установки и сами кристаллы конечно же…

Вздохнув, посмотрела в глаза Глэвиуса:

— Что за кристаллы?

— Вы даже этого не помните?

— Ни-че-го. Ни что такое кристаллы, ни для чего они нужны. Про энергобраслеты, о которых говорил кэп тоже ничего не помню. Также не помню и того, в какой галактике сейчас нахожусь… в какой вселенной… Не помню какой сейчас год… Представь вобщем, что память у меня чистая как у новорождённого младенца и объясняй так, чтобы этот младенец тебя понял.

— Я понял, Лэйра. И обещаю, что в будущем помогу вам восполнить пробелы в знаниях. Помогу восстановить забытое. А что касается кристаллов… Все в этой вселенной держится на энергии. И живое, и искусственно созданное. Это важнейшая основа нашего мироздания. Относится всё этом и к космическим кораблям. Ни один из них не выйдет в космос без действующей энергетической установки, которую также называют кристаллической. Она передаёт энергию от кристаллов кораблю. Кристаллические установки буквально выдраны с мясом, а от кристаллов не осталось даже намёков….