Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона (СИ) - Дельвейс Вера - Страница 28

Я почувствовала волнение и коснулась талисмана на груди, пытаясь успокоиться. Странное дело — металлические лепестки казались тёплыми, как будто живыми.

— Мы не знаем, почему твоя мать не спаслась. Может быть, её смертельно ранили, и всё, что она успела сделать — это вытолкнуть корзинку с тобой в другой мир, Верховная. Может, ещё что-то случилось… Так или иначе, ты — живая, здоровая, с талисманом — очутилась здесь. И теперь, — Гэрхол опять сделал паузу, на сей раз торжественную, — на тебе лежит священная миссия. Усилить наши магические способности и помочь нам в тайной борьбе против драконов.

Я чуть не расхохоталась, услышав эту нелепицу. Нет, с меня довольно!

— А теперь послушайте вы, Гэрхол, жрец Фэлани или как вас там, — я так резко поднялась на ноги, что он вздрогнул. — Я вам не кукла в театре, чтобы дёргать меня за ниточки. И я сейчас же ухожу. Не смейте меня задерживать! И не пытайтесь причинить мне вред! Я же Верховная жрица, так? А значит, — я била наугад, — могу вас проклясть! И тогда ваша магия вовсе пропадёт!

На лице Гэрхола промелькнуло смятение, и я возликовала. У меня получилось! Получилось напугать его! Только бы уйти и… Я торопливо шагнула к выходу из палатки.

— Роника, — окликнул меня Гэрхол тихим, бесцветным голосом. Впервые жрец назвал моё имя, и теперь уже я ощутила нечто сродни смятению. — Посмотри на меня.

Не в силах сопротивляться, я обернулась и уставилась ему в глаза — глубокие, засасывающие, как чёрные бездны.

— Роника, — донеслось как будто издали. — Роника, Верховная, ты будешь слушаться меня, ты будешь верить всему, что я скажу, ты сделаешь то, что я велю…

Я хотела бежать, но не смогла сделать и шага. А затем мир вокруг закачался и разлетелся на сотни мелких осколков.

III

Я пришла в себя, как от толчка. Лежать было жёстко и неудобно, под головой почему-то не оказалось подушки. Распахнула глаза и с недоумением огляделась — где я? Это не Замок-Артефакт!

— Ты в порядке, Верховная? — прозвучал высокий мужской голос, и воспоминание вспышкой озарило ум. Это Гэрхол! А я, выходит, всё это время пролежала в лагере заговорщиков!

— Что вы со мной сделали? — обескураженно спросила я, садясь на коврике. Гэрхол тотчас подошёл, почтительно опустился на колени, словно во мне воплотилась сама богиня Фэлани, и сплёл свои пальцы с моими. Но смотрел он совсем не так, как взирают на богов! Под его пристальным взглядом я почувствовала себя уязвимой и беспомощной.

— Роника, расскажи, как относится к тебе чудовищный дракон. И как ты относишься к нему. Говори только правду, Верховная, не утаивай ничего.

Талисман у меня на груди слабо засветился.

— Я… доверяю ему, а он мне, — к моему вялому удивлению, слова так и рвались с губ. Сопротивляться я не могла и не хотела. — Между нами — связующая нить.

Брови Гэрхола сошлись на переносице.

— Нить? Ты уверена? В нашем мире, когда драконы были ещё живы, случалось такое, но очень редко.

— Да… уверена. Мы с моим драконом хотим заключить брак. А ещё Дэйн — мой наставник.

— А вот это уже звучит гораздо интереснее, — оживился Гэрхол, не выпуская моих рук. — Чему он тебя обучает?

Я рассказала ему про наши тренировки. Жрец поджал губы, помолчал. И как будто окатил меня ледяной водой с ног до головы:

— А ты понимаешь, Верховная, что дракон не развивает твою силу, а потихоньку экспериментирует над тобой? Делает то же самое, что и серые драконы делали с нашим покойным другом… только по-другому? Мягче, хитрее… а конец будет один?

Я неверяще смотрела на него. Мои губы шевельнулись:

— И каков же будет конец?

Гэрхол тяжело вздохнул и ответил просто и зловеще:

— Смерть. Он изучит твою силу, потом с помощью твоего же талисмана, — жрец указал на металлический цветок, — высосет её и заберёт себе.

— Что? Мой талисман способен на такое?!

— Да. Когда ты достигнешь пика своей силы, — Гэрхол буквально пожирал мою выцветшую голубую ленту глазами, — талисман превратится в полноценный магический артефакт. Пока он работает лишь изредка — вспыхивает и гаснет. Дракон наверняка уже догадался, что это такое и как повернуть его против тебя.

Неужели это правда? Помню, Дэйн заявил, что у него есть план насчёт меня. Дескать, на первом этапе мы будем развивать мою магию, в итоге оказавшуюся антимагией. А что последует за этим, Дэйн никогда не говорил!

Больно. Как же больно. Я вырвала руки из холодных, липких пальцев Гэрхола и стиснула ноющие виски.

— Не хочу верить… не хочу… Дэйн не может… он любит меня, — бессвязно лепетала я.

Ладони Гэрхола легли мне на голову, и его шёпот проник в мои уши:

— Роника, доверься мне. Только я, Арлид и Зурбаг — только мы желаем тебе добра. И спасём нашу Верховную от дракона… красавицу — от чудовища.

Я снова прикрыла потяжелевшими веками глаза и провалилась в небытие.

Когда я пришла в чувство, у меня уже не оставалось никаких сомнений в словах Гэрхола. Но как же ловко Дэйн сумел обмануть меня!

И если б не жрецы из моего родного мира…

— Сделаем так, — говорил Гэрхол, поглаживая меня по плечам. — Опередим дракона: ты сама с помощью талисмана заберёшь его магию, Верховная. А затем мы отдадим крылатое чудовище в жертву Фэлани.

— Но как же так, — я в растерянности прикусила губу, — у дракона можно просто забрать магию?

— С ним, — Гэрхол кивнул на металлический цветок, — можно. Это могущественный артефакт, и ты даже не представляешь, Верховная, насколько он древний.

— Хорошо. А что потом станется с драконьей магией?

— Она так и будет храниться в артефакте. Потом мы уничтожим её с помощью ритуала, — глаза жреца сверкнули гневом против всех драконов, который отчасти разделяла и я. Отчасти — потому что мой гнев был направлен на одного-единственного дракона, Дэйнхара из рода Илль.

— Как я смогу одурачить крылатого? Он же умеет читать мысли, — вспомнила я кое-что неприятное. Гэрхол пожевал губами, словно древний старик, затем решительно заявил:

— Ты — Верховная жрица, Роника. Не позволяй какой-то огромной ящерице читать свои мысли. Старайся почувствовать, как он это делает, и представь, что отталкиваешь его обеими руками. В конце концов, — Гэрхол ухмыльнулся, — дракон ведь хочет, чтобы ты развивала свой дар, не так ли?

И я не стала возражать.

Гэрхол проводил меня чуть ли до самого портала — о нём я тоже рассказала. Но предостерегла жреца от того, чтобы пытаться попасть в Замок-Артефакт.

— Он живой, и очень предан хозяину, — объяснила я. — Замок может что-то с вами сотворить раньше, чем вы поймёте, что вообще происходит!

Гэрхол согласился с моими доводами.

— Нам пока и не нужно в Замок, — поразмыслив, сказал он. — У нас есть ты, Верховная — наши глаза и уши в стане врага.

Я улыбнулась ему. Сейчас, когда Гэрхол разоблачил передо мной драконье коварство, он виделся мне лучшим другом. Пусть я знала его всего пару часов, но какая разница — порой, говорят, даже любовь приходит в мгновение ока, что уж говорить о дружбе.

Смущало меня лишь одно. Я никак не могла вспомнить, как именно Гэрхол убедил меня в том, что «мой» дракон — негодяй. Но это ведь неважно, правда?

— Сможешь ли притворяться, что любишь его, как раньше? — беспокойно спрашивал Гэрхол, держа мои руки в своих. Я кивнула:

— Ну разумеется. Ты можешь на меня положиться, Гэрхол.

Расставшись с ним, я легко пробежала по траве, вошла в портал — как в прохладную воду нырнула, — и приложила ключ к картине. Портал мгновенно затянулся, а Замок тут же начал бушевать:

— И где тебя демоны носили?! Ты что, с ума сошла, волшебница, а если б Инор прилетел и украл тебя?!

Я лениво отмахнулась:

— Тому Инору плохо бы пришлось. Я, как ты сам отметил, волшебница, а не просто испуганная девчонка. И силы мои растут день ото дня!

— А, вот как, — ядовито проговорил Замок-Артефакт, — мы уже уверенные в себе стали?