Плащ и галстук (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович - Страница 58

Ну конечно они знали, прожив столько в одном здании. Ничего особенного, просто примитивный автомат из 60-ых, вырубивший всю периферию. Старый, надежный, простой как два пальца об асфальт, и поэтому — ни черта с ним сделать нельзя. Камеры не вернутся, мы блокированы. Сигналы тревоги от компьютеров и передатчиков общежития не прошли, а наши, со стакомовских «часов», просто демонстрируют, что сигнал отправлен.

Ситуация превращалась в коричневый и плохо пахнущий мед. С одной стороны, еще все живы и здоровы, с другой стороны — даже здесь, в комнате, может быть предатель или Безликая с её костяными серпами. И вообще, с чего я решил, что она внутри? Потому что умеет превращаться? Так она не копирует память или пластику движения, зачем ей рисковать, суясь туда, где уже есть внедренные агенты? Тем более, если у них есть связь?

С-с-сука, что ж всё так сложно-то?!

Ладно, выдыхай, бобёр.

— Мы можем вскрыть эту блокировку здания? — задал я вопрос залу, — Пробить стену, снести панели, я не знаю… крышу взорвать?

— Нет! — тут же откликнулась Янлинь, — Всё укреплено тем же человеком, кто строил подземную часть Стакомска! И метро!

Бл…

— А условия деблокировки?! Ты же сама её ставила?!

Нам гораздо проще банально сбежать, чем небанально ждать у моря погоды. Меньше надо думать и трахаться, Витя, тогда бы не влип в такую жесть!

— Не помню! Надо искать документы! — Янлинь подхватилась с места, обжигая недовольным взглядом призраков, невозмутимо парящих недалеко от двери.

Тяжело вздохнув, я не нашел ничего лучше, чем пойти и поставить чайник на плиту. Попросив призраков быть настороже.

— Ты серьезно, Вить? — подал голос сидящий на полу Паша, — Кофе делаешь? Сейчас?!

— У меня в голове каша, — честно признался я ему, — Поэтому вижу два решения: раздеться и долбить кулаком в стену, либо пойти и…

— Стоп! — Кладышева уперла мне руки в живот, — Делай кофе! На всех!

У меня тут сверхзнающие, но безынициативные призраки. Умелые, но совершенно беспомощные «чистые», которые ничего не могут противопоставить боевой способности. Опытная женщина, но без сознания. Почти бессмертный пионер, но с его головы не должна упасть и пылинка. Феи? А что с них взять? Девчонки и девчонки, владеют несильным телекинезом. Тоже бесполезны. Все бесполезны, включая и меня. Мы понятия не имеем, что задумал противник. К чему он ведет, в чем его игра.

Вот, вырубили подачу энергии. И тишина. Ради чего? Почему? Подготовка к атаке? Давление на психику? Откуда её ждать? Кто тут самое слабое звено? «Солянка»? «Солдатики»? Лежащие по запертым камерам неогены, возможно лишь притворяющиеся? Либо враг уже здесь, среди нас?

Нет, вряд ли. Я видел неоднократно, как реагируют обработанные моим страхом люди при виде моей светлой личности. Их выворачивает наизнанку от ужаса. Военные, гражданские, находники с Дремучего, да кто угодно. Нельзя выработать иммунитет к собственному сознанию. Это же не я сам их пугаю, я лишь провоцирую реакцию, после которой подсознание начинает атаковать сознание. И, видя мою рожу, они вспоминаю самые первые, самые худшие ощущения. Даже будь Безликая просто монстром самоконтроля и гением в области подражания другим — она бы не смогла притаиться у меня под боком.

Пью кофе, курю, жду. Рассматриваю Кладышеву, вытащившую из-под кровати чемодан. Он набит огнестрельным оружием. Шарящаяся в одном из дополнительных помещений Янлинь криками передает инструкции, чем можно пользоваться, а что там только для коллекции. Почти забавно. «Эй! У нас тут целая тонна почти неуязвимых монстров, вооруженных сверхъестественными способностями и полуавтоматическим оружием! Это не нас заперли с врагом, это его заперли с нами!»

Хер там плавал и нырял. Мы все тут самые обычные цивилы. Что еще хуже — вынужденные отдать инициативу. И сидящие в полной… стоп.

— Как нас подавляют?! — вырвалось у меня, — Как глушат?! Янлинь!

— Что?! Не знаю! — раздраженно донеслось из комнаты, — Чтобы накрыть всё, нужно облучать всю зону «Жасминной тени» из большой тарелки! Помехи абсолютные!!

— Но такое бы заметили, да?!

— Конечно!

— А как еще можно нас заглушить?! Только нас?

— Электромагнитный генератор помех, — неожиданно сказала Юлька, возникая рядом со мной, — Может еще и частотный, я точно не уверена, но он должен быть где-то в здании. В центре.

— Я все облазил, — скривился я, чувствуя, как дотлевшая сигарета обжигает пальцы, — К тому же тут переборки и вообще всё укрепленное, как вы говорите…, смогли бы помехи быть настолько эффективными, если бы генератор был внутри?

— Надо подумать…, — девушка-призрак, необычно спокойная для своих последних дней, задумалась.

В этот момент интерком у двери издал сухой переливчатый вопль, а затем разразился хриплым, но узнаваемым голосом, сопровождающимся металлическим эхо:

— Командир Изотов! Командир Изотов! Ответьте!

— Слушаю! — рявкнул я, подлетая к интеркому и нажимая клавишу разговора, — Изотов на связи!

— Говорит старшина Петляев! Докладываю! Вы скомпрометированы как командир, беру командование на себя! Приказываю полностью освободить комнату сбора и хранения информации, оставив там лишь объект «Данко»! В случае невыполнения приказа, мы будем вынуждены вести огонь на поражение! Как слышно?!

За моей спиной зашумели, но я, оглянувшись с диким видом, заставил всех замолчать.

— Говорит Изотов! — вновь нажал я на кнопку, — Старшина Петляев, просьба объяснить вашу мотивацию и намерения! Возможно, это поможет избежать конфронтации! Приём!

— Приемлемо! — тут же отозвался динамик, — Согласно параграфу пять инструкции по эксплуатации укрепленных зданий, предназначенных для проживания и обучения неосапиантов специального назначения…

Он вещал недолго, но этого хватило с головой. Эти ребята жили в закрытых от мира городках, где была строгая последовательность действий автоматики на случай бунта или массовых беспорядков. После полной блокировки корпуса, в котором находятся бунтовщики, по истечению двух часов на аварийных батареях или генераторах, включался механизм зачистки — скрытые разбрызгиватели парообразной смеси агрессивных к органике кислот. Как только включился аварийный режим, «солдатики» спокойно прождали определенное время, а затем решили бороться за живучесть… не забывая о приказе.

Комната «сбора и хранения информации» по их заученных инструкциям, единственная была лишена разбрызгивателей. Перед тем, как активируется система защиты, сама комната дополнительно блокируется опускающимися бронеплитами, превращаясь в камеру спасения и заключения одновременно. Но — позволяет выжить.

— Это не наш случай, старшина! — рявкнул я в микрофон, — Все хранители информации на своих местах!