Хроники Акаши. Том 2: Плетение мандал (СИ) - Ветрова Василиса - Страница 8

Толстая одутловатая женщина растерянно оглядывалась по сторонам. Это ж Валентина Степановна! Секретарша отца! Неужели она умерла? Или просто случайно заблудилась?

Я пробрался сквозь толпу и схватил её за руку. Встретился с затуманенным взглядом: неосознанная.

– Вы что здесь делаете? – спросил я, и тут же мне на плечо легла рука.

– А ты что здесь делаешь?

Рядом возникли два паренька. Такие подростки в толстовках и обтягивающих джинсах немного хипстерского вида.

– Да так вот, мне как раз надо домой, – ответил я.

– Правильно, тебе здесь не место, – кивнул один из парней.

– Вон ещё один! – крикнул второй хипстер и выцепил какого-то парнишку из толпы. – Пойдёмте! Нечего шататься среди мертвецов.

– Постойте, а как же… – дёрнулся я. – Валентина Степановна, пойдёмте с нами!

– Я не могу, – медленно ответила секретарша. – Маму жду.

– Ждёт человек, – ткнул меня в бок парень. – Пошли уже!

Он потянул меня за руку, и я потерял лицо Валентины Степановны в толпе.

Мы с хипстерами и парнем отошли в сторонку к кустам. Я разглядывал этих двоих и никак не мог «навести фокус» на лица. Тоже, наверное, какие-нибудь неорганы вроде моих близнецов. Интересно, у них принято по двое ходить, что ли?

– Вынесем вас вот в этом, – хипстер снял со спины небольшой рюкзак и протянул мне. – Залезай.

Я недоумённо посмотрел на паренька.

– Разве не видишь, что я сюда не помещусь? Вон он какой маленький.

– Да, конфигурация не та, – вздохнул хипстер. – Ну ничего, ща переформатируем.

Он снял с шеи наушники, похожие и я таскал, когда боялся ветра.

– Слушай.

Я взял из его рук наушники и надел. В сознание сразу же влились басы, электронщина какая-то.

– Утц-утц-тыгыдым-тыгыдым-утц-утц! – Музыка каким-то образом вливалась в тело, заставляла его отвечать вибрациями. Мандалы вспыхивали в такт ритму. А потом меня в прямом смысле начало корежить и складывать, как картонную фигуру. Мир картинками мелькал перед глазами всё время под разными углами обзора: куст бузины, синее небо, толпа, ухмыляющееся лицо хипстера, проём рюкзака.

– Утц-утц-тыгыдым…

Музыка внезапно оборвалась, и перед глазами стало черно. «Сняли наушники и засунули в рюкзак», – догадался я.

Темнота, казалось, длилась мгновение. Вспышка света, сотни оттенков юлой метнулись вокруг меня. И я снова нормального роста, а вокруг лес, и хипстеры стоят передо мной, улыбаются, вытряхивают из рюкзака какой-то кубик. Кубик упал на траву, покатился и на глазах собрался в человека, как трансформер из мульта.

Передо мной оказался тот парень, которого вместе со мной отловили в толпе.

– Ничего себе у вас технологии! – восхитился я.

– Тебе – туда, – хипстер не купился на похвалу и недовольно ткнул пальцем в зелёную кочку за моей спиной. – Давай, пошевеливайся.

Я, не совсем понимая, чего от меня хотят, пошёл к кочке. Залезть на неё, что ли? Кочка была пушистая и выделялась на фоне остальной травы более сочным оттенком. Она скрипнула и смачно чавкнула под ногами.

– И что да-а-а... – фразу закончить я не успел. Невесть откуда взявшийся поток подхватил меня и рванул вверх. Аж дух захватило! Голубое небо стремительно приблизилось, треснуло надвое, ощерившись улыбкой черной пустоты, и я вылетел через этот раскол наверх. В глаза снова ударил свет, а потом меня хорошенько швырнуло оземь.

Мир собрался: дача. Конечно же, это был наш дачный участок. Что же ещё?

Я встал, посмотрел на крыльцо, тропинку, ведущую в сад, и только потом заметил: яблони на участке словно покрылись белыми пушистыми шапками. Они цвели.

Глава 4

Я ухитрился не услышать будильник и проспал где-то на час. Вломился в офис с бутербродом в зубах, кофе наперевес и уставился на худую блондинку, сидевшую на месте секретарши Валентины Степановны. Это что ещё за дела?

– Здравствуйте, Андрей Евгеньевич! – дежурно выпалила она.

– Здравствуйте, – согласился я. – А где…

– Не будет Валентины, – отец выглянул из своего кабинета. – Зайди. Надо обсудить закупку.

– А где она? – поинтересовался я, закрывая за собой дверь. Сразу вспомнилось: домики, улица полная народу, растерянное лицо Валентины Степановны.

– Мать у неё в коме, – нехотя бросил отец. – В другом городе живёт. Так что уехала Степановна на всю следующую неделю. Отпуск взяла, а там посмотрим.

«Мать не выживет», – мелькнуло у меня в голове.

– Ясно, – я кивнул отцу, усаживаясь за стол. – Жаль.

– Конечно, жаль! – недовольно фыркнул отец. – Она всех клиентов по голосу уже узнавала, знала, с кем соединить, а кому сказать, что меня нет. А эта – Шарко вместо Штайнберга набрала. А Шарко вообще знать не должен про этот контракт! Еле зубы ему заговорил. Кошмар!

Я посмотрел на отца и молча открыл ноут. Действительно, кошмар. Думать о пользе сотрудницы, когда у неё мать умирает.

После фехтования я снова поймал Аржану. Девушка выскочила из комплекса, надевая на ходу рюкзачок, и явно собиралась упорхнуть, потому я спросил:

– Торопишься?

– Да нет, – ответила она и сбавила темп.

Ну, нет так нет. Я мысленно пожал плечами и продолжил:

– Хотел поделиться с тобой результатами ритуала. Точнее, сном, который был после него. Если тебе интересно.

– Ты уже всё сделал? – Аржана приподняла бровь. – Конечно, интересно.

– Зайдём? – я кивнул на «Сабвей», и уже через десять минут мы расположились там за столиком.

Аржана от еды отказалась и, слушая меня, прихлебывала чай. А я давился сэндвичем и рассказывал о своих ночных приключениях.

– Очень здорово, – девушка посмотрела на меня с удивлением. – Не ожидала, что у тебя так хорошо пойдёт эта техника. У меня такого не было, даже когда была увлечена этой идеей.

– Ага, я сам не ожидал – таких приключений, – признался я.

– И по символам хорошо ложится, – продолжала Аржана. – В нашем подсознании кот – это животное-медиатор, проводник. Не удивительно, что к тебе пришёл именно он.

Я кивнул. То, что этот же котяра встречался мне и раньше, я, конечно, не рассказал, как и про мандалы. Как и про крюк.

– Судя по сну, тема с мамой, скорее всего, отработана, – улыбнулась Аржана. – Ты отпустил её и можешь двигаться дальше.

– Погоди, – у меня закралось подозрение. – Ты хочешь сказать, что всё это происходило только в моём подсознании?

– Ну, – Аржана увела взгляд, – сны – это продукт нашего подсознания.

Мне на секунду показалось, что вместо Аржаны со мной говорит Денис.

– А как же Степановна, которую я видел в толпе? У неё мама в коме! – воскликнул я.

– Ну, – Аржана повела плечами. – Возможно, ты краем уха слышал до этого её разговор по телефону, что мама плоха. Подсознание уловило, запомнило.

Я не верил своим ушам.

– То есть ты не веришь в другие миры? В то, что смерть просто переход? У тебя ведь дед шаман!

– Я не знаю, – призналась Аржана. – В детстве, конечно, во всё это верила. И в юности, вот даже снами занималась. Но… когда сталкиваешься с реальностью, всё это разбивается об неё. Не знаю… есть ли что там. Я не видела. Было всякое, – её глаза на долю секунды скользнули влево вверх, – но это всё косвенно. Можно верить, можно нет. Никто не знает, что там на самом деле.

Я молча отхлебнул чаю. Сэндвич встал поперёк горла. Дед-шаман. Ритуалы. Да она же во сне ко мне с мечом приходит! Ну как так-то?!

– Как же ты перестала верить? – спросил я, скорее чтобы сказать что-то, чем рассчитывая получить конкретный ответ.

– Когда дедушка оказался бессилен, – ответила Аржана и стала надевать куртку, небрежно брошенную на стул. – Пойдём, поздно уже.

Я не стал задавать вопросов. Что-то подсказывало: сейчас не время, тогда тувинка точно сбежит от меня после тренировки. Но дед явно где-то накосячил и не оправдал надежд. В любом случае, Аржана и так сказала слишком много. Больше, чем хотела.

Мы дошли до метро, обсуждая технику удара «мэн», я всё никак не мог выкинуть из головы это странное открытие: Аржана не верит в магию. Хотя с чего это я решил, что все мои новые друзья будут эзотериками? Нет, просто дело было в том, что я открылся перед ней, а она не обозначила свою позицию сразу. Про Хозяйку Тайги рассказывала и приходила во сне с мечом. Аржана, кажется, тоже чувствовала себя неловко и, скомкано попрощавшись, села в свой поезд метро.