Хроники Акаши. Том 2: Плетение мандал (СИ) - Ветрова Василиса - Страница 6

– Тётя Лиза же умерла, ешь теперь, что дают.

– А мама… – начал я и на середине фразы осёкся. Я знал, что он скажет.

– Мама тоже умерла.

Я вскочил и, задев рукой стол, перевернул его. Он оказался странно лёгким. Камни посыпались на пол.

– Ну вот что ты наделал?! – закричал отец. – Это же её камни!

Где-то на улице раздался раскат грома, будто раскололи большой камень. Я выглянул в окно: от леса к нам шла серая гора. Её контуры постоянно менялись, и было ясно почему: она состояла из камней.

Я обернулся, чтобы предупредить отца и бабушку, но их в комнате уже не было. Они оставили меня одного. Я не успел обидеться – с диким грохотом в окно хлынула каменная река.

Серые валуны покатились по полу, ломая на ходу мебель. Один впечатался в стену, да там и застрял. Я подпрыгнул, чтобы избежать столкновения. Получилось это легко: прямо взлетел к потолку.

Это же сон! Сон!

Мир на мгновение вспыхнул яркими красками и стал лёгким. Валуны перестали катиться в окно. Что вообще за бред?

Я спустился на пол и вылетел в окно прямо перед горой камней, уже не казавшейся страшной. На веранде с чашкой чая стояла мать. Она куталась в серый плед, но при этом была в летнем платье и босая.

– Мама!

Она вздрогнула, обернулась, взметнув светлые локоны, и посмотрела грустными голубыми глазами куда-то сквозь меня. А потом по ставшему уже обычным сценарию развернулась и пошла прочь.

– Стой! – я метнулся было за ней, но снова напоролся на стену, на этот раз просто невидимое препятствие. Дача словно оказалась за стеклом, живая картина с уходящей матерью.

– Да что я сделал не так?! – заорал я. – Что ещё нужно осознать и принять? Что?! Чего тебе не хватает, подсознание?! Я простил мать! Простил и попрощался! Чего тебе ещё надо?!

Мир дрожал от моего крика, стекло передо мной пошло трещинами. Наверное, можно было разбить, но матери там уже не было, и разбивать не имело смысла. Я опустился в траву, продолжая орать от злости. Где-то на периферии сознания метнулась мысль: «удивительно, как меня ещё не выкинуло из сна».

– Будешь и дальше так орать – выкинет, – пообещал мягкий вкрадчивый голос за спиной.

Я обернулся.

Кот сидел на яблоне и щурил на меня янтарные глазищи. Ветка прогнулась под ним, едва выдерживая вес. Конечно, котяра же с пятилетнего ребёнка габаритами. Ветка хрустнула, и кот полетел вниз. Ловко извернулся, показав полосатое пузо, и приземлился на четыре лапы.

– Ну спасибо, – проворчал он.

– Не за что! – мстительно ответил я, будто кот был виноват в моей неудаче.

– Злой ты, Андрейка, – проворчал кот, разглядывая маникюр на когтистой лапе. – А я ведь тебе помочь пришёл.

– И как ты поможешь? – заинтересовался я.

Кот деловито обошёл меня по часовой стрелке, внимательно рассматривая, словно решая, стоит продолжать дальше беседу с таким оболтусом или нет.

Я терпеливо ждал.

Наконец он зевнул, сладко мявкнув в конце, и соизволил объяснить:

– Я – кот, существо, живущее в двух мирах. Я – проводник. И мы с тобой отправимся к ней, чтобы попрощаться по-настоящему.

– К матери?! – не удержался я и с сомнением посмотрел на кота Да кто его знает. Шастает он везде, это правда. И комната ему не помеха. Правда, я вроде решил, что он якобы часть меня. Подсознание. Потому как проходит под мандалы. А ведь мне того и надо, общения с подсознанием. Разве не его я призывал к ответу криками?

– Давай, – я махнул рукой. – Веди.

– Вот это разговор-р-р! – Кот взвился на задние лапы, сверкнул зелёными глазами и крутнулся вокруг своей оси несколько раз. Всего пара оборотов, а в размере он прибавил раз в пять. Теперь передо мной красовался не кот, а котище.

– Залезай! Я тебя прокачу, – проурчал он, переминаясь на толстых, словно тумбы, лапах.

Ну, была не была!

Я подпрыгнул и взлетел зверю на спину.

– Ух! – приземлился в мягкую шерсть, как в подушку. – Круто!

На секунду мне стало стыдно за такие восторги – как же быстро я отвлёкся и позабыл о матери!

– Хватайся и ничего не бойся, – пробасил кот. – Главное, держись крепче, а то потеряю тебя между мирами – долго искать придётся.

Я вцепился в шерсть, для верности прижал толстые бока ногами, и кот стартанул. Он встал на задние лапы, оттолкнулся и взмыл в небо вертикально, как ракета. У меня аж дух захватило. Земля мгновенно стала маленькой, с высоты было видно дачный поселок, лес за ним и край горизонта с высотными домами. Кот резко остановился, завис в воздухе, а потом, повернувшись головой вниз, дико заорал:

– Мря-а-у-у!

И мы стали падать. Земля приближалась с катастрофической скоростью.

«Это сон, это сон, ничего страшного», – напомнил я себе, но всё равно не смог избавиться от спазма, скрутившего солнечное сплетение.

За секунду до столкновения перед нами разверзлась дыра в земле, и мы влетели в неё. Кот тут же перестал орать и тихо поплыл в темном пространстве. Я как-то сразу понял, что «боевой мяв» нужен был ему, чтобы пробить дыру. Вторым, что я заметил, это мандалы, которые теперь покрывали мои руки и светились в темноте.

– Мяв! – резко гаркнул кот, и мы вылетели в яркий мир. Дома, голубое небо, дельтаплан. Всё произошло так быстро, что ничего не особо не разглядишь. Мы снова врезались в землю и поплыли в темноте. Только теперь я подозревал, что вовсе мы не плывём, а несёмся со страшной скоростью, пробивая слои.

– Мяв! – И новый мир, на этот раз серый, с высокими бетонными многоэтажками.

Темнота.

– Мяв! – Несколько секунд летели сквозь лес. Я едва успел пригнуть голову, чтобы не получить по ней толстенной веткой.

– Мяв! – Мы оказались в небе, и я понял, что кот явно не собирался пробивать этот мир насквозь. Он заложил широкий круг над лесом и стал заходить на посадку. Среди густых сосен стали заметны маленькие домики – деревня, спрятавшаяся в лесу.

Зверюга приземлилась у крыльца одного из домиков и бесцеремонно тряхнула гривой:

– Слезай, приехали!

Шерсть, за которую я так крепко держался, выскользнула из рук. Я упал и покатился по траве.

Кот снова стал маленьким, ну, чуть крупнее обычного домашнего, и заспешил к дому.

– Ну ты даёшь, котяра, – я посмотрел на узор мандал на руках. – Мы вообще где?

– Место встречи, переходная точка, буферная зона между живыми и теми, кто уйдёт на следующий круг, – пояснил кот. – Пойдём.

Он упёрся лапами в дверь, и та отворилась.

Я вошёл в гостиную нашей дачи. Будто и не улетали никуда!

– Но это же… – начал я.

– Декорации твоего восприятия, – проворчал кот. – И не только твоего.

Я прошёл за ним на кухню и замер на пороге. За столом сидела мама, конечно, молодая и в голубом платье.

И тут же возникло чёткое осознание реальности всего происходящего. Пусть это сон, какой-то уровень сна. Мама точно была настоящей, не спрайтом. Присутствие чужой энергии, пусть родной и мягкой, но не моей. Я точно покинул внутреннее сновидение. И мир вокруг был угловатым и жёстким.

– Что стоишь? Иди! – толкнул меня в спину кот. – Она, между прочим, с тобой поговорить пришла.

Я подошёл к столу и сел напротив.

– Андрюшенька! – мать протянула руки через стол, и я, не веря своим ощущениям, взял её ладони в свои. Тёплые, как живые. Даже больше, такие яркие ощущения, словно меня изнутри наполнило светом и теплом.

– Хватит мацать! – кот забрался мне на плечо и зашипел в ухо. – Ей ещё переход совершать, а она тебе всё отдать готова.

Я поспешил отнять руки, вспомнив почему-то полупрозрачных родственников Коляна. Им бы точно не хватило энергии.

– Прости, сынок, – мама смахнула слезу. – Я не хотела тебя покидать так рано. Но не всегда от нас всё зависит. Я… я…

Она закрыла лицо ладонями, чтобы спрятать слёзы.

– Всё хорошо, мам, и я, и папа очень по тебе скучали, но мы справились! – поспешил объяснить я. – Вот я университет закончил, отец крутую фирму открыл, и у нас семейный бизнес.