Хроники Акаши. Том 2: Плетение мандал (СИ) - Ветрова Василиса - Страница 34

– Н-да, – вздохнул за спиной отец и положил руку мне на плечо. – Ты тоже помнишь. Пойдем-ка в дом.

Я мотнул головой, отгоняя воспоминания, и снова оценивающе посмотрел на особняк. На фронтоне красовался вензель «ЕЛ». Евгений и Лидия, значит. Ну-ну, и где теперь эта «Л»? Судя по тому, что теперь в доме хозяйничала вторая ведьма, Лидуня не успела скрафтить защитную комнату. Будем надеяться, что и Светочка тоже.

Мы успели подняться на крыльцо, когда дверь распахнулась и на пороге появилась рыжая ведьма. Она чуть задержала взгляд на мне и, совершенно не смущаясь, по-домашнему обратилась к отцу:

– Женя! Вот уж не думала, что вы будете так рано. Пирог ещё не готов.

– Ничего страшного, мы подождём, – ответил отец и, не удержавшись, расплылся во влюбленной улыбке.

Совсем мозги ему запудрила, ведьма.

– Да вы проходите, – Светочка посторонилась, пропуская нас. Сколько она уже здесь живёт? Вдруг успела защиту свою поставить и сейчас возьмёт реванш. То-то обрадуется!

Я вошёл в проём и подобрался, ожидая атаки. Как оно должно быть? Тяжело дышать? Спазмы в животе? Ребята у меня на полу вон как тогда корчились.

Но долго мучиться ожиданием у меня не вышло. Особняк внутри оказался просто шикарен.

Мы сразу попали в широкий холл, наполненный светом. Первое, что бросалось в глаза, это винтовая лестница с замысловатыми коваными перилами. Она изящно закручивалась и уходила наверх. Навстречу ей с потолка, как дикое растение, свисала какая-то навороченная люстра, вся усыпанная яркими огоньками. Интересно, как в эти завитушки монтировали лампочки? Наверное, тут что-то вроде диодной ленты использовали. Хотя так светло в холле было не из-за неё: всё пространство за лестницей занимало высокое стрельчатое окно.

Н-да. Прав был Вадим. Обстановка тут ничуть не уступала «замку» рыжего некроманта.

– Ну что стоишь как неродной? – отец повесил куртку на крюк гардеробной, стилизованный под лосиный рог. Я подумал, что в своём загородном доме пристроил бы настоящую голову лося и вешал бы всякое на его рога. Было бы прикольно.

– Давайте, мальчики, проходите, – пропела откуда-то ведьма, и я повернул голову на звук. Дверь. Наверное, в гостиную. Справа была точно такая же, но закрытая.

– Пойдём! – отец хлопнул меня по плечу.

Мы вошли в гостиную, совмещённую с кухней. В глаза бросился камин, настоящий, не имитация, с кирпичной трубой, кованой решёткой и сложенной за ней стопкой дров. Конечно, сейчас никто и не думал его топить. А потом я увидел того, кто сидел за столом, помешивая чай маленькой ложечкой, и забыл об обстановке. Катька!

Нет, я знал, что она здесь будет. Но Катька снова была с каштановыми волосами. Она подняла взгляд, карие глаза без всяких линз, и задержала его на мне... Поздоровалась с отцом. Смутилась.

– Привет, – ответил я. – Тебе идёт этот цвет волос.

– Спасибо, – Катька зарделась и уставилась в стакан.

– А вот и пирог! – пропела Светочка. Поверх зелёного платья она надела кружевной фартук, а заодно и маску заботливой хозяйки.

И тут я понял, что защита так и не сработала. Значит, не успела она её сделать. Вот и ладненько!

На столе появились какие-то запечённые блюда с мясом в фольге, шашлычки на шпажках. Явно заказанное из ресторана. Ведьма не перетруждалась с готовкой и испекла только пирог. Я решил, что точно не буду его есть. Мало ли какого зелья она туда намешала.

Она подсела к отцу и начала ворковать, и, мол, с дороги устали, и голодные, наверное.

– Как работа? – спросил я у Катьки.

– Хорошо, столько заказов! Я очень рада, что могу наконец-то работать по специальности, – ответила девушка. – Спасибо, Андрей.

Она вроде говорила искренне, но в то же время как-то сдерживалась, что ли. Была в её интонациях какая-то неестественность. То ли ведьма напела, то ли… Катька просто совсем засмущалась. И я, кажется, понял, почему. Жили мы вместе без всяких изысков, а тут, бах, сразу званый ужин, дом крутой и всякое такое. Да я сам охренел бы, если б не вся эта эзотерика с ведьмой. Что эти побрякушки, когда тут такое творится?

За ужином я, как умел, отыграл роль довольного сына. Отец, подмигнув мне, ушёл искать приблуды для рыбалки. Тоже, небось, лет десять не доставал, как и лодку. Светочка предложила нам с Катькой переместиться на веранду, «пока здесь всё уберут». В дверях мы столкнулись с неприметной женщиной лет пятидесяти, которая спросила нужно ли нам чего.

– Принеси нам лимонада на троих, – высказала пожелания Светочка. И куда только делась доброжелательная хозяйка. Даже не улыбнулась. Как с роботом. Отдала приказ, и всё.

На светлой, с окнами в пол веранде стояло три ротанговых кресла и небольшой столик. Я сразу же вспомнил про трёх ведьм. Сидели здесь, наверное, с Лидуней. А теперь Светочка сама всем заправляет.

Я устроился в крайнем кресле рядом с Катькой, чтобы ведьма оказалась на противоположной стороне. Домработница принесла нам две бутылки лимонада и три стакана. Быстро поставив поднос на ротанговый столик, она виновато улыбнулась и испарилась.

Я открыл лимонад и разлил по стаканам. Подал два Катьке – пусть сама ведьме передаёт.

Лимонад оказался отличным, что-то из детства, дюшес или вроде того, со сладким привкусом и мелкими пузырьками.

Стеклянные створки в окнах были отодвинуты, и по веранде гулял прохладный ветерок. Свежий воздух приносил запахи леса и тянул влажностью речной воды. Не было бы рядом ведьмы, так совсем хорошо сидели бы.

– Катя, хочешь пойти отдохнуть на кресле-качалке? – нарушила молчание Светочка. – Ты заслужила.

Я сразу же внутренне подобрался от этой интонации «ты заслужила». Неясно как, но ведьма точно наполнила эти слова особым смыслом. Непонятно почему, но они казались тяжёлыми, чуть ли не материальными.

– Спасибо, Светлана Николаевна, – Катька тут же встала и со счастливой улыбкой пошла в дальний конец веранды. Там действительно стояло кресло-качалка.

Я вскочил:

– Что ты с ней сделала, ведьма?! Катька!

Девушка никак не отреагировала на мой крик: спокойно уселась в кресло и закрыла глаза. Через несколько секунд её рука расслабленно свесилась с подлокотника.

– Ты что с ней делаешь? – почему-то шепотом спросил я ведьму. Будто Катька могла проснуться.

– Успокойся, нам поговорить надо, а она и правда устала, – Светочка расслабленно отхлебнула из стакана. – И ничего я с ней особенного не делаю. Разве что учу быть собой. Волосы и глаза естественного цвета, я смотрю, тебе больше понравились.

– Зубы мне не заговаривай, – ответил я. – Отца тоже вот так поспать отправляешь?

– Иногда. У него, знаешь ли, бессонница от этого бизнеса, – прищурившись, ведьма добавила: – и из-за тебя. Устраиваешь ему сцены, из дома пропадаешь, а он переживает.

– На чувство вины можешь не рассчитывать, – предупредил я. – Он обо мне и не вспоминал, пока Лидуня не померла.

– Лидуня? – ведьма усмехнулась. – Да, Женя любит как-то по-детски женские имена произносить. Катенька, например.

– Как Карина поживает? – поинтересовался я.

– Хорошо поживает. Точит на тебя зуб, – ведьма внимательно посмотрела на меня. – Но пока я её останавливаю.

– Лидуни вашей уже нет, и Карине, если полезет, то же будет, – ответил я. – Если думаешь, что я просто буду сидеть и смотреть…

Я намеренно не закончил фразу и сел обратно в кресло. Налил нам с ведьмой лимонад.

– Спокойно сидеть ты не можешь, это видно, – кивнула ведьма, принимая стакан. Я почувствовал лёгкое покалывание в горле. – Через раз, как тебя вижу, вся энергетика наизнанку вывернута. Горло кто тебе так расцарапал?

– Да вот, мешается один, – ответил я, припомнив некроманта. – Разберёмся.

– И я, значит, тебе мешаю? – уточнила Светочка. – Может, ты меня с Лидией путаешь? Так вот, бизнес у меня свой, отец твой у меня в апартаментах живёт, и дом загородный тоже имеется.

– Ты отцу весь мозг запудрила. НЛП или что там? – напомнил я.

– Ты о внушении про наркомана? – невинным тоном поинтересовалась ведьма. – Это последняя просьба Лидии была, чтобы он о тебе не переживал. А сейчас он со мной по своей воле, и сам просил помочь на работе. Мне, что ли, в удовольствие было секретаршу изображать? А ты хочешь, чтобы он сидел один в квартире и горевал по своим убитым женщинам? Ты что, не видел, как он поседел, когда Лидия умерла? А когда ты пропал? Думаешь, без меня ему бы сейчас было очень хорошо?