Синяя Рыба - Духовникова Евгения - Страница 130

— К счастью, дракон не пострадал — броня делает их тело практически неуязвимым, но он был так напуган яркими вспышками, что полгода после этого случая не решался заплывать глубже, чем озерные карпы.

Выбрав стебель подлиннее, русалка сорвала белую кувшинку, и принялась плести венок. Две другие тут же последовали примеру сестры.

— Посмотрите на журавлей! — обеспокоенно воскликнула одна из них, случайно подняв взгляд к небу, — Почему они уже улетают? Никогда прежде они себя не вели так странно.

Журавли кружили в небе, выстраиваясь в стройный клин и громким кликом поторапливая остальных. Другие же так спешили, что, не тратя время на соблюдение традиции, а попросту сбившись в неорганизованные стаи, разлетались во все стороны: так, словно их целью было не попасть куда-то, а убраться подальше отсюда. И хоть птицам было бесконечно жаль покидать обжитые места, они улетали, не раздумывая.

Русалки вновь переглянулись, нахмурившись. Их изумрудно-зеленые, словно сплетенные из водорослей, ауры, мокрые и блестящие, как и они сами, разом встопорщились и заострились, окрасившись в лиловый цвет тревоги.

— Даже птицы порой бывают немного странными, — улыбнулась Вика. — Недавно мы повстречались с одним. Вылитый страус, но почему-то требует, чтобы его называли драконом.

— А, Кикедро! — засмеялись русалки, — Да уж, тот еще кадр.

— Вы его знаете?

— Еще бы! Другого такого поди отыщи. Он, разумеется, самый обыкновенный страус, но его воспитали драконы. Уж не знаем, как страусиное яйцо оказалось в драконьем гнезде, но, когда пришла пора детенышам появляться на свет, из одного яйца вылупился не дракончик, а птенец страуса. Драконы, конечно, приняли его в семью, и воспитали вместе со своими родными детьми, — в самом деле, не бросать же малыша на произвол судьбы! Только летать страусенок так и не выучился, хотя, несмотря на это, до сих пор свято уверен в том, что он — дракон.

Русалка надела венок на голову и с тревогой посмотрела вверх, проводив взглядом последнюю стаю журавлей.

— Все-таки не нравится мне, как они себя ведут. Думаю здесь нам оставаться не след.

— Будьте нашими гостями! — торжественно произнесла ее сестра магическую формулу приглашения, — Мы доверяем вам. Мы разрешаем вам ступить на нашу землю.

Ребята опешили.

— С-спасибо, но… м-мы…

— Переночуете на острове, в безопасности. А утром продолжите путь.

— Дело не в этом, — перебил Максим, — Мы не умеем плавать.

— И не надо, — заверили их русалки, — Стойте здесь. Мы мигом.

Они вернулись через пять минут, везя за собой двухместную деревянную шлюпку.

— Экипаж подан! — шутливо поклонились они.

— А мы не утонем? — Максим с опаской осмотрел предлагаемое плавсредство, — Уж больно лодчонка у вас ненадежная, того и гляди, рассыплется.

— Да что вы! — замахала руками русалка, — В Бездонном озере еще никто не тонул!

Последний аргумент показался Максиму не слишком убедительным, но Вика, напротив, рассмеялась и дружески хлопнула его по спине:

— Значит, у нас есть шанс стать первыми, — шутливо воскликнула она, — Не дрейфь, дружище! Во всем надо уметь видеть плюсы!

Ребята уселись в лодку. Днище было устлано толстым слоем прошлогодних листьев и травы, — должно быть, она не один сезон стояла спрятанная в камышах. Русалки взялись за борта — одна слева, другая справа, и, взмахнув хвостами, поплыли вперед.

— Ой, смотрите! Голова! — внезапно завопила Вика.

Из воды торчала голова, похожая на голову ящера, на длинной тонкой шее, кокетливо изогнутой, как у лебедя. Судя по ее размерам, сам зверь тянул, по меньшей мере, на бронтозавра.

— Кто это?! Вы же сказали, здесь безопасно!

— Не бойтесь! — хихикнула русалка, плывшая впереди, — Это же Несси. Он добрый!

— Несси — водяной дракон. Тот самый, о котором мы рассказывали.

— Где-то я его уже видела, — пробормотала Вика, глядя на точеный профиль дракона, — Интересно, где?

— Существа из Абсолюта иногда могут попадать в миры людей. Там их принимают за чудовищ, — объяснила русалка, — Маги могут открывать Проходы, когда им это нужно, но никто не знает, сколько в Абсолюте естественных проходов, связывающих наш мир с другими. Говорят, что один из них находится прямо здесь, в Бездонном озере. Где же все остальные, можно только предполагать. Невозможно обследовать, проверить каждый дюйм пространства, — такую работу не под силу выполнить даже Высшим…

— Как же они находят дорогу обратно? — удивился Максим, — А если так кто-нибудь заблудится? А если на кого-нибудь нападут, как на Несси?

— Высшие маги следят за этим. Если кто-то пропадает, его находят и возвращают в Абсолют. Но есть гораздо более серьезная причина, по которой надо стараться избегать подобных происшествий: люди не должны подозревать о нашем существовании, и тем более, видеть нас. Это — один из монументальных Законов Мироздания. Существа из Абсолюта не имеют права вмешиваться в ход жизни материальных миров. В противном случае может нарушиться равновесие, и одной Синей Рыбе ведомо, какими бедами нам это грозит.

Отлогий берег острова, похожий на дремлющего на солнце кота, приближался с каждой секундой. Наконец, шлюпка причалила к берегу. Русалки отсалютовали гостям хвостами, и по-дельфиньи нырнув в воду, поплыли назад. Одна из них немного отстав от подруг, обернулась к ребятам и сказала:

— Согласно нашему обычаю, каждый день после заката мы собираемся на этом острове, чтобы поделиться новостями. Если хотите, можете присоединиться к нам. Мы будем ждать вас за мысом, в бухте.

Жребий брошен

В то время как в небе над Абсолютом понемногу сгущались тучи, над Черной крепостью уже сформировался гигантский вихрь, который вращался все быстрее и быстрее, с каждым витком захватывая все больше пространства. Издалека он выглядел как темное облако, периодически исторгавшее низкое басовитое рычание, сопровождавшееся разрядами молний, но лишь вблизи можно было в полной мере оценить его чудовищные масштабы. Казалось, сама атмосфера загустела, так, что ее можно было резать ножом; воздух, наполненный темной энергией, с трудом проходил в легкие.

Эриус торопливо поднимался по лестнице, Главный зал для аудиенций, куда он спешил, находился на третьем этаже. Когда-то это был его, Эриуса, кабинет. Теперь же его облюбовал Скорпиус, и бывший хозяин Черной крепости был теперь здесь на птичьих правах.

Секунды две он колебался, но потом, поборов невольный страх, потянул кованое кольцо и вошел внутрь. Скорпиус сидел в его кресле у камина, спиной к дверям. Когда Эриус вошел, он встал и повернулся к нему. В раскосых глазах вспыхнул огонь.

— Итак, каковы наши результаты? Чем мой ученик может порадовать меня сегодня?

Эриус содрогнулся: он еще не успел привыкнуть к жутковатому виду своего шефа. Тем более, что порадовать Скорпиуса он не мог.

— Я не догнал их. Проклятый конь летел слишком быстро!

— А тот парень?

— Исчез.

Скорпиус пинком отшвырнул кресло и шагнул вперед.

— Ты совершенно не ценишь мое к тебе отношение, Эриус! Ты отдаешь себе в этом отчет? Сколько еще ошибок ты собираешься допустить?

— Г-господин… клянусь, я все исправлю…

— Нет, вопрос следует поставить по-другому, — перебил Скорпиус, — Сколько еще я смогу терпеть твои ошибки? И захочу ли я вообще терпеть их? Мне проще найти себе нового ученика. Не сомневаюсь, что на моем месте так поступил бы каждый.

— Я сделал все, что в мои силах…

— Ты позволил этой кильке провести себя как младенца! Она обыграла тебя! Кто мне клялся и божился, что Синяя Рыба больше не сможет помешать нашим планам?! Я же просил уничтожить всю Эссенцию Гармонии, всю, понимаешь, а не только ту, что в фонтане!

— Но я же не знал…

— Ты потерял амулет Невидимости, ты дал этому мальчишке себя обмануть, а потом еще и допустил, чтобы он помог пленникам сбежать! Но и это еще не все! Они закрыли Проход! Ты понимаешь, чем это нам грозит?! Где мы теперь возьмем новых Теней для нашей армии?!