Гнев Севера (СИ) - Мазин Александр Владимирович - Страница 67

Но не опасался я зря.

— В Гардарике видели «Пенногривого», — прорычал Сигурд. Именно прорычал. Позволил бушевавшей внутри ярости плеснуть наружу.

— Пенногривого?

Это еще что за зверь?

— Мой драккар! — рявкнул Сигурд.

Я похолодел. Все, писец князю Рюрику.

К счастью, лицо удержал. И спросил совсем спокойно:

— У тебя много драккаров, конунг. Прости, но я не знаю их поименно.

— Об этом ты слышал, — вмешался Ивар. — Все о нем слышали. Тот, что пропал.

— А… — Я позволил себе «вспомнить». — Конечно, слышал. Нечасто бывает, чтобы боги позарились на человеческий корабль. Видно, он и впрямь был очень хорош.

— Боги! — взревел Сигурд, поднимаясь. — Боги! Эти жадные крысы в Оденсе солгали мне! Не может такого быть, чтобы Один забрал мой корабль и отдал его какому-то любителю тюлених из Гардарики!

— Я знаю несколько правителей из Гардарики, — осторожно сказал я. — Ты можешь сказать имя?

Сигурд мотнул головой:

— Человек, который признал мой драккар, не знает, кто его украл. Но он видел, что на нем воины.

— Он не мог ошибиться?

Сигурд удивленно посмотрел на меня.

Ну да. Глупость сморозил. Перепутать корабли скандинавы в принципе не способны.

— И те воины, что были на твоем драккаре (из самосохранения я опустил слово «бывшем»), они точно из Гардарики? Точно не из людей Севера?

— Кто из людей Севера рискнет украсть корабль у меня! — зарычал Сигурд, нависая надо мной.

— Брат! — подал голос Ивар. — Брат, мы же хотим узнать правду.

Сигурд медленно выдохнул.

— Так и есть, — сказал он, опускаясь на скамью.

Я вытер рукавом его слюну со щеки.

— Хочешь, чтобы я помог тебе, Сигурд Рагнарсон?

— Да! — рявкнул Змееглазый. — Или ты думаешь, я позвал тебя пиво пить?

— От вашего пива я бы не отказался.

Только так. Нельзя показать страх. Тем более показать, что я что-то знаю. Драконы хотят от меня услугу? Не вопрос. Какова цена?

Сигурд сверлил меня взглядом. Но не знал, к чему придраться. Я же не дерзил, не требовал, просто высказал пожелание.

Ивар засмеялся.

— У этого ярла стальное сердце, — заявил он. И повысил голос: — Эй, там, принесите нам пива. — И уже мне: — Чего ты хочешь, Ульф? Еще один сундучок с золотом?

Хорошо сказал. С упором на «еще».

— Прямоты, — твердо сказал я. — И уважения. Вы — Рагнарсоны. Быть рядом с вами — честь. Тебя, Ивар, я чту не меньше, чем твоего отца. Не будь ты конунгом, просил бы назвать тебя другом. Сигурд — твой брат, и мне этого довольно.

Тут очень вовремя принесли пива, и я прервался. Потому что не знал, что говорить дальше. Не сказать же, то это варяги Хрёрека сперли его драккар. Они ведь мне теперь родня. А Хрёрек… Каким бы змеем он ни стал, но когда-то он взял меня, одетого в рвань, снятую с пугала, и поставил двумя ногами на Дорогу Славы.

А Сигурд… Сигурд — просто ящер, которому нравится вырезать у людей внутренности. Живьем.

— Так ты возьмешься узнать, кто украл моего «Пенногривого»? — не выдержал Змееглазый.

— Не уверен, что смогу узнать что-нибудь новое.

Вот не люблю врать. И всегда радуюсь, когда могу сказать чистую правду, причем в лицо.

— Хочешь, я дам тебе людей? — предложил Сигурд. — Три корабля, две сотни хирдманов. С ними ты любому в Гардарике колено на выю поставишь.

А вот не факт. И про выю. И про то, что это будут мои хирдманы. Хотя заманчиво… Нет, обойдемся.

— Тогда скажи, как поддержать тебя в этом вике?

— Ничего не надо, конунг. Я и так пойду туда, на свою землю. Сначала домой, на Сёлунд, потом в свой городок на острове, а потом и в Гардарику. И там у меня тоже есть друзья, которые накормят меня мясом, напоят пивом и расскажут, что случилось у них, пока меня не было.

— «Пенногривый», — сказал Сигурд. — Помоги мне его вернуть, и я отдарюсь, не поскупившись.

А вот это уже интересно. Нет, я понимал, что под «вернуть» Сигурд полагает не только возвращение корабля, но и жестокое наказание похитителей.

Но он сказал, я услышал, и Ивар тому свидетель. Так что если мне удастся сторговать драккар у Рёреха и привести Змееглазому, вопрос будет закрыт.

— Я тебя услышал, Сигурд-конунг. Сделаю, что смогу. А если не смогу, не пить мне больше этого напитка!

Я допил остатки эля и смял в кулаке тонкую золотую чашу. В знак серьезности намерений. Чтобы братья прониклись. И они прониклись.

И больше ничего от меня не потребовали.

Еще бы. Такая клятва!

Вот только я немного слукавил, ведь под «этим напитком» я подразумевал исключительно английский эль. Ну не буду я его больше пить, и ладно. Пиво моей Гудрун куда вкуснее.