Не время для героев. Том 4 (СИ) - Соломенный Илья - Страница 48

Просто никто не решается приблизиться к нам — даже солдаты чувствуют магическое напряжение меж двух владык, и расступаются, оставляя место для нашей схватки...

— Сдавайся, Айтор! — выкрикиваю я, пока накачиваю в заготовленные заклинания энергию из Источника. — Сдавайся, и я подарю тебе достойную смерть!

Разумеется, я не рассчитываю на благоразумие Императора — просто мне нужны мгновения, чтобы подготовить атаку. По телу пробегают мурашки, на лбу выступает испарина, а вместо отстранённости и хладнокровия, которые я с таким трудом пытаюсь удерживать, внутри просыпается нетерпение.

Вот оно! Вот тот момент, которого я так долго ждал!

— Ха-ха-ха! — громко смеётся Айтор, ничуть не смущаясь, что сражение практически проиграно и его войско добивают, словно остатки бешеных волков. — Неужели ты правда веришь, что я соглашусь...

Я бью за мгновение до того, как он закончит фразу. Но заклинание, которое с лёгкостью проломит крепостную стену и сделает в ней дыру двадцати шагов шириной, Император отражает так просто, словно я кинул в него камень.

Моё колдовство меняет траекторию, отлетает в гущу сражения и перемалывает в фарш несколько десятков сражающихся воинов. Часть выживших солдат кричат от ужаса и бросаются врассыпную.

— Слабак! — скалится своим изуродованным лицом Айтор. — Такой же как твой отец.

...и в этот момент меня словно прорывает изнутри...

Эмоции захлёстывают, сплетаются с магией Источника и... Они берут надо мной верх — впервые в жизни, и это происходит настолько неожиданно, настолько сильно, что я просто не могу сопротивляться...

— Я убью тебя, тварь! — рычу, вызывая вокруг Императора несколько дисков из тёмной энергии.

Один за другим они рвутся к моему врагу и врезаются в его светящуюся бирюзовым защиту, к сожалению, не причиняя ей никакого вреда...

— О нет, бастард! — хрипло смеётся Айтор, покачивая мечом, — Всё будет наоборот! Это ты сегодня умрёшь! Также, как твой отец-предатель и трусливый братец! Тебе понравился мой подарок? Чтобы ты лучше разглядел его, я попросил, чтобы лица ублюдков-Слэйтов оставили целыми... Чего не скажешь о твоей матери! Уж с ней я позволил своим людям позабавиться вволю, прежде чем отправить к вашим вонючим предкам!

— А-а-а-а!!!

Внутри взрывается огромный шар ненависти. Он словно пропитывает мой энергокаркас, Источник — и вместо только что сформированного заклинания из груди вырывается красный луч энергии. Он настолько силён, настолько непредсказуем и неожидан, что я не успеваю направить его — и вместо того, чтобы попасть по Айтору, он вспахивает землю, проносится рядом с Императором, пролетает полсотни шагов и испепеляет несколько десятков сражающихся солдат за спиной моего врага — и своих, и чужих...

Но я уже не могу остановиться! Ненависть и гнев затапливают мой разум бурлящей лавой! Вызывая всё новые заклинания, мощнее прежних, я атакую своего врага.

Воздух вокруг нас закипает, наполняется таким магическим напряжением, что у зазевавшихся солдат, оказавшихся слишком близко, заживо свариваются внутренности!

Защищённые колдовскими щитами, мы перемещаемся по полю боя, бешено кружим вокруг друг друга, обмениваясь сверхбыстрыми ударами, защищаясь, уворачиваясь — пока местность возле нас превращается в пустошь.

Выжженная и оплавленная земля, изуродованные трупы, ядовитый воздух, остатки колдовских плетений, повисшие в пространстве и сплетающиеся в неизвестные и неясные фигуры — всё это остаётся там, где мы с Айтором сталкиваемся в магическом поединке.

Удар следует за ударом, колдовство льётся из нас как из бурной реки — но никто не может одержать верх. Мышцы трещат от напряжения, сердце колотится как боевой барабан, гнев удавкой сдавливает шею.

В разуме гремят мысли: “Я убью его! Уничтожу! РАЗОРВУ НА КУСКИ! ЭТА ТВАРЬ СДОХНЕТ!!!”

Как вдруг я слышу в голове шёпот — но не перчатки, как уже привык, а Беренгара.

«Хладнокровие — единственный верный союзник Сейнорай. Научись гасить эмоции — их жар на корню может сжечь любые твои начинания...»

Эти слова, сказанные учителем во время нашей второй встречи, оказывают невероятно отрезвляющий эффект. Они будто окатывают меня ушатом холодной воды, заставляя увидеть свою беспечность со стороны.

Отец, мать и Робб уже мертвы. Их не спасти. Отрезанными головами и своими словами Император уже вывел меня из равновесия — но нельзя поддаваться на его провокацию! Я почти победил в этой войне! У Айтора нет шансов — поэтому он и рассчитывает на мою горячность!

Ну уж нет, тварь! Я не позволю тебе одержать верх в самый последний момент!

— Знаешь, как они сдохли?! — продолжает кричать мой противник, отразив очередной удар. — Знаешь?! Они молили о пощаде! Говорили, что давно отреклись от тебя! Что ты ублюдок, который не имеет отношения к их семье! Твоя мать жалела, что не вырезала тебя из своего чрева, когда у неё была такая возможность! Отец страдал оттого, что не утопил тебя в детстве! А брат — что не заколол на одной из тренировок!

— Как и твой сын, который молил меня о пощаде! — взяв себя в руки, я смеюсь в лицо Императору. — Хотя на самом деле ему стоило бы просить об этом тебя, ублюдок! Ты же бесчувственная мразь, которая отправила своего наследника на смерть!

— Сын шлюхи!

— Сумасшедший урод!

Выставив перчатку, я отбиваю шар света. Он взрывается, соприкоснувшись с частицей Арканума, и на мгновение всё вокруг поглощает солнечное пламя, а когда оно рассеивается — я едва успеваю уклониться от двуручника.

Под прикрытием магического удара Айтор подобрался ко мне вплотную!

Ну ничего, скотина, сейчас посмотрим, кто из нас лучше управляется с клинком!

Если бы какой-нибудь менестрель видел нашу схватку — бьюсь об заклад, он бы наверняка сложил об этом балладу… Но скорее всего, этой битвой пугали бы детей!... Сталь звенит о сталь, клинки и доспехи усиливаются магией, вспышки колдовства отбрасывают пытающихся подобраться к нам солдат.

На мгновение отвлёкшись, Император взмывает в воздух и слитным движением отрубает крыло попытавшемуся атаковать его кейласу! Я, даже не видя, что происходит за спиной, но чувствуя это восприятием, бью волной огня, отбрасывая и сжигая обожравшихся Этерниума имперских колдунов. Концентрация энергии настолько сильная, что пламя пожирает даже их кости...

— Научился пользоваться игрушкой Ирандера, да?! — скалится Айтор, приземлившись на согнутые ноги и отбивая очередное заклинание. — Думаешь, она поможет тебе победить?!

Я ничего не отвечаю — лишь заставляю воздух вокруг врага сгуститься и превратиться в тяжёлую субстанцию. Она давит на Айтора, замедляя его, и в этот момент я наношу очередной удар светом — и почти пробиваю его щит!

Но он успевает уклониться...

— Владеешь артефактом древних и даже не подозреваешь, в чём его сила! — отскочив в сторону, и обрушивая на меня смесь стихийных ударов, кричит Император. — Он не даст тебе преимущества! Не поможет противостоять моей мощи! Думаешь, ты один владеешь секретами прошлого?! Думаешь, только Ирандеру предки с Западного континента оставили знания?! Ты даже не представляешь, каков мир на самом деле! Не знаешь, какие тайны я открыл! В какие глубины спустился, чтобы прозреть и научиться тому, что тебе и не снилось!

— В глубины дерьма ты спустился! — не выдержав, отвечаю я и снова наношу удары магией.

Свет, тьма, кровь, стихии — всё сплетается в одну тугую струю, которая бьёт в Айтора, И, к моему удивлению, в этот раз его щит покрывается сетью трещин — всего на секунду, прежде чем Император восстанавливает его — но я успеваю это заметить!

— Не обольщайся! — тут же скалится Айтор, воздевая руки к небу.

Над ним начинает формироваться шар бирюзовой энергии, который заряжается не от источника моего врага, а от тоненьких энергожгутов, вырывающихся из-под земли и насыщающих магию Императора.

Он черпает силу из залежей Этерниума! Проклятье!

БАХ!

Мощный поток дикой энергии обрушивается на меня, отбрасывает назад, пытается продавить щит, ломает его структуру. Я чувствую, как колдовство Айтора стремится уничтожить меня, и едва успеваю выставить перед собой перчатку.