Не время для героев. Том 4 (СИ) - Соломенный Илья - Страница 35

Его больше нет.

Вместо текущей всего несколько мгновений назад воды — провал, трещина в земле, которая с диким скрежетом увеличивается в размерах, расширяется, отдаляя берега друг от друга! Оттуда валит пар, земля по обе стороны провала оплавлена и осыпается в возникшую расщелину огромными кусками. Люди, оказавшиеся на краю этого ужаса, с криками срываются вниз.

Я изо всех сил стараюсь держать под контролем вибрации восприятия, которое вопит об опасности, и велит мне бежать как можно дальше. Магическое давление, образовавшееся вокруг, настолько сильное, что у меня из носа начинает бежать кровь.

Утерев её рукавом я, пошатываясь и стараясь не упасть от постоянной тряски земной тверди, встаю на ноги, направляя свой взгляд на расщелину.

Неужели Айтор решил так кардинально отрезать меня от подкреплений? Или не дать пересечь этот участок? На самом деле это достаточно разумное решение, ведь...

Мысль не успевает оформиться в голове окончательно.

Потому что в клубах подсвеченного бирюзовым пара, из расщелины, которая теперь шириной больше двухсот шагов и продолжает увеличиваться, появляется какая-то... палка? Каменный отросток?

Ялайский пепел!

Поняв, что передо мной, я нервно сглатываю.

Это лапа, похожая на паучью.

С грохотом врезавшись в землю, она сгибается, затем появляется ещё несколько ног, а после они поднимают из расселины огромное туловище монстра...

Глава 15 — Река Тариэль. Часть 2

После той здоровенной многоножки я думал, что удивить меня будет сложно. Что ж, признаю — ошибался...

Тварь, которая вылезает из разлома, невообразимо огромна... Боги, да я даже предположить не могу, сколько шагов в высоту это создание «в холке»! Триста? Четыреста?! Не меньше...

Монстр похож на паука — членистоногий, с восемью длинными конечностями, напоминающими толстенные и гигантские деревья. Они удерживают невероятных размеров тушу — сегментированную, разделённую на две неравные части, покрытую наростами кристаллов Этерниума и светящейся шерстью, заляпанную тёмной жижей, которая капает на землю, образовывая большие шипящие лужицы...

Острые подвижные жвала, десятки глаз, мерзкая пасть, из которой тоже капает какая-то отвратительная слюна... Приглядевшись, я вижу, что на верхней части туловища твари расположены полупрозрачные мешки, в которых что-то шевелится...

Боги, ну и мразь!

«Паук» неподвижно завис над широченным проломом в земле, уперевшись своими конечностями в обе его стороны. Солдаты армий на противоположных берегах исчезнувшей реки Тариэль, видя это создание, даже и не думают продолжать сражение — они в панике бросаются наутёк...

На западной стороне порядки имперцев смешиваются с успевшими перебраться на тот берег ялайскими воинами. В некоторых местах ещё вспыхивают отдельные схватки, но в целом — люди пытаются удрать как можно дальше от невероятных размеров твари.

Ялайская гниль! Неужели колдуны Айтора вызвали этого монстра?! Или это случайный эффект?

Додумать мысль не удаётся. От твари начинает исходить высокий, пронзительный звук, который бьёт по ушам, заставляя морщиться и скрежетать зубами от боли. Голова мгновенно начинает раскалываться, и от звука не спасают даже магические щиты.

Я вижу, как некоторые колдуны в моей ставке падают на колени, зажимая руками кровоточащие уши, вижу, как ряды резервов, стоящие у подножия холмов позади меня, дрогнули, пошатнулись.

Прежде чем я успеваю хоть что-то предпринять, звук резко обрывается, а в следующий миг по обе стороны из разлома вырывается огромная масса созданных Этерниумом тварей...

Они куда меньше паука — размером с жеребёнка, и больше похожи на ту мразь, что я встретил в Марнийских горах. Тоже с наростами Этерниума на хитиновых телах, но все отличаются друг от друга. У кого-то десятки лап, у кого-то всего пара, разное строение тел, разные головы, разные отростки, конечности — анатомия тварей сильно отличается друг от друга.

Но, несмотря на это, они двигаются слаженно — словно единый организм, кем-то управляемый. В мгновение ока волна этих созданий покрывает огромные участки земли, словно разрастающееся чумное пятно.

И с каждым ударом сердца из провала появляются всё новые и новые порождения Этерниума!

«Отступаем!» — командую я по ментальной связи своим войскам — «Отступаем, хрраш вас всех задери! Организованный отход! Принять боевые порядки!»

Приказ разлетается по командирам подразделений, уходит генералам и Мастерам, управляющим отрядами колдунов, достигает даже оставшихся в живых кейласов — и почти мгновенно моя армия приходит в движение. Ощетинившись оружием, видя прущий на них вал подземных мразей, воины Ялайского королевства шаг за шагом по размокшей грязи отходят на восток.

Я уже научен горьким опытом, и знаю, что простому войску не совладать с этой махиной. Но если я сумею подобраться к ней…

Тут поможет лишь одно... Проклятье! Трижды, четырежды проклятье! Из-за действий ублюдского Айтора мне снова придётся воспользоваться перчаткой!

«Тебе ведь нравится ощущать безграничную мощь? Нравится чувствовать себя повелителем мира? Нравится, мы знаем...»

— Заткнитесь! — рявкаю я вслух, заставляя дайнхаммелов и колдунов личной охраны, оцепивших меня, чувствовать себя неуютно.

Впрочем — куда неуютнее им оттого, что огромная масса созданных Этерниумом тварей катится в нашу сторону, и очень скоро будет здесь.

— Владыка, мы будем отступать? — спрашивает один из колдунов.

— Вы — да. Немедленно отходите к войску и сдерживайте этих уродцев столько, сколько сможете. А мне нужно подобраться ближе к этой твари, — отвечаю я.

А сам отстранённо думаю, выжил ли Дум-Дум и колдуны Гойца на той стороне разлома? За усилившимся ливнем и клубами пара, всё ещё поднимающимися из трещины в земной коре, ничего не разглядеть...

Ялайский пепел, как же хорошо, что Айрилен осталась в Лавенгейском валу!

— Как прикажете...

Я чувствую, как малефики переглядываются, чувствую, как в их головах зреют вопросы, и как они не хотят оставлять меня одного — но радует, что никто из них не спорит, полностью полагаясь на мои решения. Повинуясь приказу, колдуны и дайнхаммелы прыгают на лошадей и с гиканьем срываются с места, направляясь к отступающим рядам моей армии.

Рядом остаётся только один кейлас. Тот самый, на котором я сражался с многоножкой, и тот, на котором летал в земли дженгеров.

Надо бы ему имя придумать… Если выживет в этом сражении — так и сделаю!

— Ну что, друг, — я подхожу к нему, поглаживая по чешуйчатой морде. — Готов повторить наш смертельный полёт?

Летун выразительно клокочет, считывая мои мыслеобразы по ментальной связи, и я усмехаюсь. Чувствую, как он жаждет битвы!

Я запрыгиваю в седло и поднимаю зверя в воздух, когда порождения Этерниума достигают подножия холма. Я слышу их рёв и визги, ощущаю единую вибрацию, исходящую от их энергокаркасов — но мне плевать. Теперь эта мелочь до меня не доберётся, и я надеюсь, что не зря тренировал своих магов.

Полагаю, они способны дать отпор этой орде...

Шум ветра закладывает уши и забирается под одежду, дождь хлещет по лицу, в небе сверкают молнии — но я стараюсь не замечать всего этого. Заложив круг, внимательно осматриваю ряды своих войск, продолжающих отступать.

Удар сердца, другой, третий... Пятый.

Волна тварей докатывается до первых фаланг тяжёлых щитовиков и копейщиков — и в этот момент почти по всей длине войска вспыхивают магические удары. Слаженно, практически одновременно, заклинания разного порядка, но одинаково мощные, накрывают прущий вал монстров.

Огонь, лёд, земля, воздух, кровь, тьма — я даже за шумом стихии слышу гул взрывов! И вижу, как мощнейшее и сплочённое колдовство моих магов заставляет атаку тварей захлебнуться!

Ай да молодцы!

Ещё удар! Снова вспышки! Колдовство Мастеров и Старших магов накрывает вторую волну монстров, перебравшихся через трупы сородичей, а затем мои маги начинают безостановочную и разнобойную (но не менее мощную) атаку, прорежая приближающихся порождений Этерниума.