Не время для героев. Том 4 (СИ) - Соломенный Илья - Страница 28

— Требуешь?!

— Как правитель королевства!

Она смеётся, и мы сплетаемся меж собой в приступе страсти и нежности...

Через колокол с небольшим, когда наваждение отступает, мы всё ещё лежим на кровати совершенно обнажёнными. Наконец, магесса встаёт и подходит к большому, в человеческий рост, зеркалу, стоящему в углу комнаты. Она критично разглядывает себя, периодически бросая через отражение на меня задумчивые взгляды.

Ялайский пепел, могу её понять! Мне и самому в первые мгновения близости было не по себе.

Я не был уверен, что Изабель позволила бы мне отдать Айрилен своё “освободившееся тело”, даже зная, что её душа погибнет. Точнее — она бы послала меня к хррашу, заикнись я о подобном.

Я отобрал её право на погребение. Перечеркнул все традиции нашего народа и самое главное — поступил так, как не должен поступать друг. Я использовал тело давней подруги для того, чтобы спасти другую женщину не смотря на то, что Изи была бы против.

И это волновало меня куда сильнее, чем тот факт, что я переспал с одной женщиной в теле другой...

Просто... Пока кровь кипела после всех событий, пока разум застилали эмоции, я не мог думать о моральной стороне своего поступка. Или даже лучше сказать — не хотел. Но сейчас, глядя на рассматривающую себя Айрилен, противоречивые мысли сами собой всплывают в уме.

Но какой ещё у меня имелся выбор?

Проклятье, да никакого! Конечно я поступил правильно! Изабель спасти было уже нельзя, а вернуть Айрилен я ещё мог!

«Или просто ты так наказал Златовласку?» — проносится в голове едва слышный шёпот, и я хмурюсь.

Ялайская гниль! Кажется, я всё-таки схожу с ума...

Айрилен, впрочем, воспринимает мой взгляд слегка иначе.

— Тебе больше нравятся блондинки?

— Я... Нет, не особо.

— Тем лучше, — кивает магесса, — Потому что я блондинок недолюбливаю. И ходить так не собираюсь.

Она проводит рукой по волосам, и по ходу движения они меняют свой цвет на иссиня-чёрный, становясь такими же, какими были у «настоящего» тела Айрилен.

Я удивлённо хмыкаю.

— Эффектно!

Женщина продолжает изучать своё новое лицо.

— Я рада вернуться в мир живых, Хэл, но неужели ты не мог подобрать тело с двумя глазами? Кто была эта девушка? Кажется, я её видела в академии Верлиона... Святые предки! Так и есть, я узнаю её лицо! Это же наследная графиня Канти, хрраш тебя забери!

— Да, это она.

— Так-так-так... — Айрилен щурится в зеркало, проводит рукой по полной груди, поворачивается, изучая бёдра и ничуть не стесняясь наготы. То, как она двигается, её мимика и жесты — отличается от Изи, даже спину она держит иначе. — Тело у неё не чета моему прошлому, конечно, но очень даже ничего. Мне нравится... Как и тебе, надо полагать? Кем она была для тебя?

— Другом.

— И поэтому ты отобрал её тело? Или она сама его тебе отдала?

Я качаю головой, поражаясь её странным вопросам, но всё же отвечаю.

— Её душа умерла, Айрилен. Растворилась в тёмном колдовстве Императора.

— Ты серьёзно? То, что Айтор гнида, я поняла в тот момент, когда он убил меня, Магистра ордена Света! Ту, что беспрекословно выполняла его приказы и как дура соответствовала идеалам Империи! Но... Тьма? Он же ненавидел тёмных! И ты хочешь сказать, что теперь Император сам практикует подобное?

— Айрилен, — я встаю, подхожу к ней и обнимаю. — Я даже не представляю, с чего начать... Но думаю, что должен рассказать тебе всё, что узнал за последнюю пару лет и всё, что случилось после...

Я запинаюсь.

— После моей смерти, хочешь сказать? — холодно произносит она.

— Да.

— Расскажи, — требует магесса.

И я начинаю говорить. Рассказываю о себе, о том, как во мне пробудилась тьма и что случилось в Верилоне на самом деле. О том, как и почему стал новым владыкой Ялайского королевства и что сделал для того, чтобы изменить это государство. Об Исходе, Расколе, Ирандере и Империи, о Творениях, камнях Эрленкар, Сейнорай и истинной магии, о Зеал-Торе и всём, что только узнал за последние два года. О перемирии с Империей, об Этерниуме, порталах и тварях, об Урочищах, дженгерах и северянах, беглых колдунах Империи, вероломстве Айтора и нарушенных им договорённостях, многоножке и отряде Нормана.

Она слушает внимательно, не перебивая, и когда я заканчиваю, время переваливает за полдень.

Мы одеваемся и перемещаемся в другую комнату моих покоев — столовую, где на столе стоит нетронутый нами вчерашний ужин. Перекусывая, я проверяю связь с Мастерами и генералами, с Беренгаром, втайне надеясь, что старик не подглядывал за нами ночью. С него станется!

Убедившись, что все живы, никаких проблем за время моего "отсутствия" не случилось, а приказы выполняются, я решаю, что могу посвятить Айрилен ещё какое-то время.

— Скажу прямо, Хэл — если бы я не видела, что происходило у Ай-Шадзул, не видела, на что ты способен, не оказалась сейчас здесь, в новом теле, и не замечала бы тление идеалов Империи, будучи её Магистром — я бы тебе не поверила.

— Я понимаю.

— Если честно, в некоторые моменты мне до сих пор кажется, что всё это, — она обводит столовую рукой, — просто морок. Иллюзия моего разума, попавшего в ловушку воображения...

Её взгляд на миг стекленеет, а затем останавливается на моей перчатке.

— Это артефакт Ирандера? Хранитель душ?

— Не совсем, — улыбаюсь я.

Приходится более подробно рассказать Айрилен о частице Арканума и том, что она может делать.

— Значит, я была внутри этой перчатки?

— Да.

— Ты хоть знаешь, что в ней, Хэл? Знаешь, как работает этот артефакт, из чего состоит?

— В общих чертах.

Она молчит, пристально глядя на меня, а затем произносит:

— Знаю, что не могу ничего тебе советовать, но думаю, от неё стоит избавиться!

Я горько смеюсь.

— Боюсь, сделать это можно, только отрубив руку. А тогда я буду немощен и вряд ли смогу справиться с целым королевством — учитывая, какие возможности частица Арканума мне даёт. Поверь, Айрилен, я знаю, что это за вещь. Знаю, на что способна и знаю, что она опасна. Но у меня не было выбора, кроме как одеть её — либо так, либо умереть.

— Там внутри... — Айрилен качает головой. — Это хуже, чем смерть, Хэл! Хуже во сто крат!

— Я знаю.

— Да ни хрраша ты не знаешь! — выкрикивает магесса и отшвыривает бокал с вином. — Не знаешь! Ты не чувствовал, как твою душу рвут словно крючьями сотни, тысячи, десятки тысяч таких же несчастных, живущих там век за веком и потерявших собственное «я»! Они... Это огромное хранилище душ, Хэл. Я была среди них. Они звали меня куда-то. Звали с собой, предлагали такое, отчего волосы на голове встали бы дыбом, имейся они у меня в тот момент. Я слышала разговоры древних, видела бойни, учинённые нашими предками, ощущала на своих руках кровь, убивала и была убита десятки тысяч раз... Это сложно передать словами, Хэл. Но я запомнила всё это. Не так ярко, чтобы сойти с ума здесь и сейчас, но достаточно для того, чтобы знать — возвращаться в подобное место я не хочу. Если такова цена бессмертия... Если ситуация повторится, оставь меня мёртвой и не заточай... В «это»!

— Прости, Айрилен, — я смотрю ей в глаза... — Мне нужно было достать тебя раньше. Я искал способ, но вышло только сейчас.

— Я видела и слышала тебя, — словно не заметив моих слов, продолжает магесса. — Иногда. Твой голос будто бы прорывался сквозь толщу воды... Отдельные фразы, приказы, даже эмоции... Я чувствовала то, что чувствовал ты, Хэл... Но ты исчезал так быстро — а потом снова наваливался шум, вибрации, движение, ужас... Лишь однажды я ощутила, что ты близко, позвала тебя — и услышала ответ. Но подумала, что это иллюзия. Трудно, знаешь ли, осознавать происходящее, даже не понимая, где находишься, и периодически забывая — кто ты есть на самом деле.

— Но теперь ты здесь, Айрилен. — Я встаю из-за стола и подхожу к ней, беру за руку. — И ты — это ты.

— Да, это правда, — она тянется ко мне, целует и улыбается. — Извини за хандру, я просто ещё не до конца пришла в себя. На самом деле я благодарна тебе. Проклятье, да конечно благодарна! Ты вытащил меня с того света! Хоть я и погибла, вступившись за тебя, хоть я об этом и не просила — но ты не дал мне умереть! А жизнь... Я её очень люблю, чтобы просто так отказываться. Так что спасибо.