Оранжерейный цветок (ЛП) - Ритчи Криста - Страница 58

— Но ты мой номер один, — я приподнимаю бейсболку на голове, чтобы лучше видеть его.

— Если я серьезно встречаюсь с девушкой, — говорит он, — мне бы хотелось расчитывать на то, что я, блять, у неё единственный.

Он знает, что так и есть. Я улыбаюсь и щипываю стебель розы. Я засовываю её за ухо. Вскоре после этого нам приносят нашу еду. Тарелки скользят по столу, и стейк выглядит точно так же, как на картинке.

— Что-нибудь ещё? — спрашивает официантка.

— Десертное меню, — говорю я ей.

Я уже предвкушаю кусочек шоколадного торта. А если его не будет, тогда я соглашусь на теплый брауни.

— Конечно, милая.

Она уходит, а я режу стейк на большие куски, не желая терять время. Мой мозг кричит: ешь, ешь, ешь!

Я откусываю первый кусочек и закрываю глаза. Вкуснотища.

Волшебно.

Я люблю еду. После ещё четырех укусов я отпиваю глоток воды и говорю: — Я же говорила, стальной желудок.

Он жует, и его брови снова поднимаются, не так оптимистично, как у меня.

33. Дэйзи Кэллоуэй

Теория опровергнута.

Через час после того, как мы ушли из заведения, стейк снова оказался в моем горле, завязав желудок узлом. Я даже отказалась от десерта в ресторане, уже чувствуя тошноту, но я не хотела устраивать сцену. Я просто упомянула, что я «сыта» от вырезки и пропустила десерт.

Для Райка это, наверное, был первый признак того, что меня тошнит. Вторым, по его словам, было то, что я не двигалась на заднем сиденье машины. Я была болезненно неподвижна.

А потом меня вырвало.

К счастью, на обочине дороги, а не в машине.

Я меньше расстроена тем, что Райк был прав, и больше тем, что не могу наедаться сладостями и солеными блюдами. Я ненавижу всё делать медленно. Но мой желудок явно не из стали. Скорее из пластика.

Не весело.

Много часов спустя мой желудок полностью успокоился, и мы остановились в мотеле в горах, без всяких Hilton или Holiday Inn8. Просто причудливое маленькое местечко под названием «Big Cove Motel» с пожелтевшими обоями, заплесневелой плиткой в ванной, но одеялами с лисьим принтом, которые выглядят чистыми.

Мы заселились в две комнаты. Одна для меня и одна для них. Ло хотел сделать приятное, дав мне немного уединения и одиночества, я полагаю. Я не привыкла быть рядом с Ло без Лили, и мне кажется, ему дискомфортны многие вещи. То, что я рядом с его братом. То, что я рядом с тремя парнями и без сестер. То, что я в дороге в замкнутом пространстве.

Но он не понимает, какой параноидальной я становлюсь, когда остаюсь одна. Даже всё ещё принимая обезболивающие, я не спала, когда Райк пробрался сюда в два часа ночи, и его присутствие просто изменило температуру в комнате, воспламенив меня.

А потом мы вроде как занялись этим.

Мы дурачились последние двадцать минут, только пальцы и поцелуи. Он смотрит на меня сверху вниз, его губы красные. На мне только футболка, любимая Райком. Мешковатая, с надписью Пошёл ты нахуй, блять, долбаный ублюдок.

Мой взгляд задерживается на его эрекции, которая пробуждает во мне новые чувства. Трудно ждать. Тем более что у меня такое ощущение, что мы ждём уже много лет, а не всего несколько недель. Если бы наши отношения начались нормально не втайне от его брата, моих сестер и вообще всех, мы бы занялись сексом в тот день на лестничной клетке. Мы оба немного импульсивны.

И мне интересно, будет ли сегодня та самая ночь.

Я надеюсь на это.

— Насколько ты большой?

Я уже вроде как знаю ответ. Благодаря его тонким штанам, особо гадать не требуется.

Он прислоняет меня спиной к матрасу, и я привстаю, опираясь на локти. Он возвышается надо мной на коленях, медленно спуская штаны. Я снова приподнимаюсь, желая быть ближе к нему.

Его член вырывается наружу. Полностью эрегированный. Я бессознательно перебираю в памяти всех парней, с которыми была, все члены, которые видела, и моё сердце замирает. Он больше, чем всё, что было внутри меня. И у меня перед глазами вдруг вспышка из порно с Коннором. О Боже.

Мой мозг хочет поджарить это знание, но оно здесь и не собирается уходить. Думаю, они примерно одного размера. Я только мельком видела Коннора, но да, странно, что я вообще это знаю.

Я сосредотачиваюсь на члене Райка. На том, который стоит перед моим лицом, умоляя обратить на него моё внимание.

Райк держит мою челюсть.

— Ты будешь безумно, блядь, мокрой, прежде чем я войду в тебя, милая.

Он не хочет причинить мне боль. Он прикасается ко мне внизу, и мне кажется, что он собирается трахнуть меня своими пальцами.

— Я хочу заставить тебя кончить, — говорю я прямо. — Или я хочу посмотреть, как ты заставляешь себя кончить. Ты видел, как я кончала дважды. Будет справедливо, если я увижу как это делаешь ты.

Я правда хочу попробовать отсосать ему — вызов действительно манит, но у меня такое чувство, что он откладывал показ мне своего члена именно по этой причине. Зная, что я захочу, и зная, что он может меня задушить.

Он ничего не говорит, не то чтобы я ожидала этого. Райк парень, который говорит через свои темные глаза. Тяжелое молчание сковывает всю меня. Он снимает штаны, оставаясь совершенно голым. Я окидываю взглядом его тело, каждый мускул, очерченный и твердый. Он кажется ненастоящим. А я вообще-то была с моделями.

Я говорю ему хриплым, нуждающимся голосом: — Я хочу, чтобы ты полностью вошёл в мой рот.

— Блядь...

Он произносит это слово на тяжелом дыхании, его глаза следят за моими губами. У меня хорошая практика в минете, так что я знаю, что могу доставить ему удовольствие так же хорошо, как он мне. Мне просто хочется, чтобы он позволил мне попробовать.

И вдруг он поднимается на коленях, матрас под нами вздрагивает. Я слишком возбуждена, чтобы ждать его, поэтому сама сползаю с кровати и опускаюсь на колени на ковровое покрытие.

Он смотрит на меня.

— Мы можем сделать это на кровати, Дэйз.

— Я знаю, но мне нравится так.

Я хочу иметь возможность смотреть вверх и видеть его лицо. И в таком положении это проще. Его глаза становятся темными и пьянящими, и он садится на край кровати, свесив ноги. Он протягивает руку и убирает мои волосы с лица, а затем берет меня за затылок, направляя мой рот к своей эрекции.

Я улыбаюсь, прежде чем лизнуть его по всей длине. Его пресс напрягается, и я кладу руку на его мускулистое бедро, которое сокращается под моим прикосновением.

Прямо перед тем, как я беру его в рот, он говорит: — Помни, что это, блять, не соревнование.

Я киваю с яркой улыбкой. Я открываю рот так широко, как только могу, и он берется за основание своего члена, помогая мне. Он не может сдержать низкий стон, который срывается с его губ.

Чем глубже он проскальзывает по моему языку к задней стенке горла, тем ближе я к его телу. Райк сдвигается с кровати, чтобы встать, и его член тут же глубоко входит в меня. Я кладу обе руки на его задницу и откидываю голову назад, пока последние 5 сантиметров остаются снаружи. Я даже не могу описать, насколько я заполнена им. Хотела бы я иметь такое же вид, как у него, его член, окруженный моими губами.

— Блядь, — стонет он.

Я достигаю основания его члена, он полностьюу меня во рту. И я смотрю ему в глаза, а он смотрит на меня сверху вниз, запечатлевая этот образ. Его задница напрягается под моими руками, и я осторожно двигаюсь назад на пару сантиметров. Он подается вперед, входя в меня снова. Мы повторяем движение, и точка между моими ногами снова начинает пульсировать. Особенно когда я вижу, как его лицо окутывает горячего удовольствия.

Он убирает мою руку со своей задницы и опускает её так низко, как только может.

— Трогай себя, милая.

Я никогда раньше не добивалась успеха в прикосновениях к себе, но в этой позе, с его обнаженным телом прямо здесь, у меня во рту, я уже невероятно чувствительна везде. Не нужно много времени, чтобы начать рутину, которую он делал раньше, круговые движения и смена скоростей от быстрой до медленной. Это сразу же разогревает меня.