Путешествие по чашам весов. Левая чаша (СИ) - Старлайт Ёжи - Страница 70

Неслышно ступая, Лукия пошла туда и с изумлением увидела, что Галз стоит. И не просто стоит. Он совершал какие-то странные движения. Вдохи и выдохи чередовались с движениями рук и ног. Она простояла несколько минут, наблюдая за ним. На мужчине были только брюки. Его босые ноги осторожно и плавно ступали по холодному полу. Лукия внезапно рассердилась: «Не хватало еще, чтобы он заболел», — подумала она.

Она громко назвала его имя и мужчина замер. Она видела, что он еще слаб и дышит с трудом, но в глазах светилась сила и, как ни странно, радость. Лукия показала пальцем на кровать, и Галз, в сотый раз смущенно улыбнувшись, пошел к ней. Он покорно лег и позволил ей укрыть себя одеялом. На лице женщины каждый раз появлялась улыбка, когда она вспомнила эту сцену.

Руки, которые Лукия подсунула под себя, уже начали болеть. Она чуть приподнялась и быстро пошевелила пальцами, а потом опять села на них. Она была знакома с Галзом всего несколько дней, но ей почему-то казалось неудобным читать его мысли, не получив на то согласие мужчины.

Лукия не строила иллюзий в отношении его дальнейшей судьбы. Он не принадлежал к ее народу и мог заинтересовать жителей их страны только как источник энергии. Энергия была самым главным в их жизни. Здесь все решалось и оценивалось только в зависимости от ее количества. Все тщательно оберегали свои сокровища — закупоренные в небольшие склянки сгустки энергии. Любой бродяга мог подняться до вельможи, накопив достаточное ее количество. Но на памяти Лукии такого никогда не было.

Она еще помнила те времена, когда они жили легче и веселее. К ним часто наведывались гости. Иногда из других, неведомых миров. Но постепенно гостей становилось все меньше. Да и те, что неожиданно появлялись около замка, доставались правительнице. Последнее время та стала очень подозрительной. Она не доверяла никому. Лукии казалось, что она знает причину.

Запасы энергии правительницы постепенно таяли. Они были еще велики, намного больше, чем у любого другого жителя страны, но само осознание того, что они уменьшаются, приводили правительницу в отчаяние. Лукия была одной из самых молодых жительниц этого замка, но и ее возраст исчислялся сотнями лет. Сколько лет правительнице, не знал никто. Вартана всегда правила этой страной. Ей удавалось поддерживать свою жизнь при помощи энергии, заимствованной у других.

Лукия громко вздохнула. Ей было неудобно сидеть на руках. Галз, потревоженный ее вздохом, повернулся и лег на спину. И Лукия не выдержала. Она быстро встала и, обойдя кровать сзади, осторожно сжала ладонями его виски. Её глаза закатились. Девушка увидела в его воспоминаниях тех же людей, что и в первом видении. Все они были мужчинами.

Галз разговаривал с ними. Словно аромат духов, среди мыслей парили чувства, которые он испытывал к каждому. Лукия не стала вникать в них. Её интересовал только один вопрос: продолжает ли он думать о той женщине, которую она тогда увидела. Ей почему-то хотелось, чтобы её образ исчез из его воспоминаний. Она заскользила по его мыслям и вдруг разочарованно замерла. Она встретила эту женщину. Но её образ не только не стерся. Он стал ярче.

Женщина стояла рядом с ним, и ее лицо сияло, словно озаренное светом. В огромных синих глазах сверкали искорки смеха. Она улыбнулась и взяла Галза за руку. Лукия почувствовала себя лишней. Она стала покидать его мысли и неожиданно увидела там себя. Её образ дрожал и казался размытым. Лукия ощутила признательность и благодарность. Те чувства, которые к ней испытывал Галз.

Она быстро отпустила его голову. Перед глазами опять появились знакомые очертания комнаты. Девушка чуть не плакала. Ей почему-то было очень больно, что он не забыл ничего из своей «прошлой» жизни. Но не это заставило слезы выступить у нее на глазах. Она узнала, как этот мужчина относится к ней. Лукия подумала и внезапно поняла, что ее не устраивают признательность и благодарность. Она хотела большего.

Глава 45

Мстив, Озби и Тресс шли уже несколько дней, останавливаясь только для того, чтобы поесть и отдохнуть. Вагкхов больше не раздражали их плотные длинные плащи. Каждый раз, когда они укладывались спать или просто чувствовали холод, они включали датчики обогрева и с удовольствием погружались в атмосферу тепла.

Тресс шел без плаща. Казалось, холод совсем не мешает ему. Путешественники миновали несколько курганов. Постепенно высота маяков уменьшалась. По всей видимости, силы Галза были на исходе, когда он их делал. Озби испытывал тревогу, которая возрастала с каждым днем. Он боялся около очередного кургана увидеть окоченевшее тело летчика, покрытое таким же белым снегом, как и всё, что их окружало.

Мстив, по-видимому, тоже опасался этого. Сквозь его обычную невозмутимость изредка проглядывало волнение. Его выдавал случайно брошенный взгляд или многословная речь. Если после этих вспышек тревоги он замечал удивленный взгляд Озби, то отворачивался и смотрел вдаль до тех пор, пока его лицо не превращалось в застывшую маску. Озби не понимал, почему нужно так тщательно скрывать свои эмоции, но не мешал Мстиву делать это.

Последняя кучка оказался совсем маленьким. На её вершине путешественники обнаружили эмблему корабля. Озби сжал в руке серебристую птицу и понял, что маяков больше не будет. Тресс, по всей видимости, тоже это понял, потому что спросил:

— Куда мы теперь пойдем? Может быть, пора возвращаться?

Озби посмотрел на него с неприязнью и ответил:

— Мы не вернемся, пока не найдем его. Живого или мертвого.

Тресс невольно выразил общую мысль, когда произнес:

— Скорее уж мертвого…

Вдруг он напрягся и поднял руку, словно предлагая остальным прислушаться.

— Что случилось?

— Мне кажется, я что-то почувствовал.

Он закрыл глаза и замер, прислушиваясь. Только слушал он не вой ветра. Казалось, что он слушает что-то внутри себя. Вагкхи тоже застыли, как изваяния. Тресс молча простоял несколько минут, а потом твердо заявил:

— Нам нужно идти в том направлении. Там что-то есть. Что-то живое. Если вашему другу повезло спастись, то только там.

Мстив и Озби переглянулись и пошли туда, куда указал Тресс. Тот немного помедлил, и присоединился к ним.

Через час они поняли, что имел в виду Тресс, когда говорил, что впереди находится «что-то живое». На фоне серого неба стоял высокий, украшенный острым шпилем замок. Он был такого же серого цвета, как и небо, поэтому не удивительно, что они его не заметили. Чем ближе путешественники к нему приближались, тем виднее становились узкие, арочные окна. Озби тихо произнес:

— У этого замка странная крыша. На ней украшения в виде птиц.

Потом он вздохнул и удивленно воскликнул:

— Птицы живые! Одна сейчас взлетела!

Эти слова вывели Тресс из задумчивости. Он посмотрел вверх, на крышу замка и вдруг упал, одновременно ударив Озби под колени, и резко дернув Мстива за плащ, роняя вагкхов на землю. Мужчины попытались подняться, когда он, специально приглушая голос, зашипел:

— Лежите, не двигайтесь. Мы попали к бэтлокам.

Озби так же тихо спросил:

— Кто они такие, эти бэтлоки?

— Они вампиры. Ты что-нибудь слышал о таких существах, человек? Молчишь? Значит, не слышал. Только они не совсем обычные вампиры. Обычные питаются кровью своих жертв, а бэтлоки высасывают энергию.

Озби не сдержался и ехидно произнес:

— Выходит, встретил родственников?

Тресс злобно оскалился на него. В разговор решил вмешаться Мстив. Он хотел погасить назревающую ссору, но получилось только хуже:

— Озби, перестань нести чепуху. Куда там бэтлокам до Тресс. Он один стоит тысячи таких тварей.

Пылающий ненавистью взгляд Тресс переместился на Мстива.

— Если вы, людишки, все знаете, я больше не скажу ни слова!

Озби вспомнил, что Комда просила не злить Тресс, и другим, вежливым и примиряющим тоном заметил:

— Не сердись. Расскажи о бэтлоках. Я беру свои слова назад.