Мрачный Жнец (сборник) - Пратчетт Терри Дэвид Джон - Страница 95

Они семенили по галерее в сторону двора.

В центре старинной лужайки сидело, прижавшись к земле, что-то темное и круглое. Из него с шумом вырывались тонкие струйки пара.

– А это что такое?

– Кто додумался вывалить компост прямо на лужайку?

– Модо очень расстроится. Декан присмотрелся:

– Э-э… По-моему, это именно его ноги торчат из-под кучи…

Хищно глопглопая, куча повернулась к волшебникам.

А потом сдвинулась с места.

– Отлично, – произнес Чудакулли, потирая руки. – Ну, ребята, у кого есть готовое заклинание?

Волшебники смущенно захлопали по карманам.

– Тогда я отвлеку ее внимание, а казначей и декан попробуют вытащить Модо, – предложил Чудакулли.

– О боги, – едва слышно произнес декан.

– И как же ты отвлечешь внимание компостной кучи? – осведомился главный философ. – Сильно сомневаюсь, что у нее вообще есть это самое внимание.

Чудакулли снял шляпу и осторожно шагнул вперед.

– Груда дерьма! – заорал он.

Главный философ застонал и прикрыл ладонью глаза.

Чудакулли помахал перед кучей своей шляпой.

– Разлагающиеся отходы!

– Жалкие зеленоватые отбросы? – попытался подсказать профессор современного руносложения.

– Именно, – похвалил его аркканцлер. – Попробуй разозлить эту сволочь.

За его спиной материализовалась еще одна разновидность похожего на осу существа и с жужжанием умчалась прочь.

Куча бросилась на шляпу.

– Вот дерьмо! – рявкнул Чудакулли.

– Э-э, шустрая какая… – пробормотал потрясенный профессор современного руносложения.

Декан и казначей подкрались к куче и выдернули за ноги несчастного Модо.

– Она проела его одежду! – воскликнул декан.

– Но сам он в порядке?

– Еще дышит, – пожал плечами казначей.

– Надеюсь, ему повезло, и его чувство обоняния вовремя упало в обморок, – добавил декан.

Куча сцапала шляпу Чудакулли. Раздалось громкое «глоп». Самый кончик шляпы бесследно исчез.

– Эй, там еще оставалось полбутылки! – взревел Чудакулли.

Главный философ схватил его за руку.

– Аркканцлер, пора отступать!

Куча крутнулась и поползла к казначею. Волшебники начали пятиться.

– Она ведь не может быть разумной? – уточнил казначей.

– Она просто медленно бродит вокруг и жрет все подряд, – ответил декан.

– Если надеть остроконечную шляпу, сойдет за профессора Университета, – хмыкнул аркканцлер.

Куча приближалась.

– Не так уж медленно она движется, – заметил декан.

Все посмотрели на аркканцлера.

– Бежим! – решил тот.

Несмотря на тучность, старшие волшебники с вполне приличной скоростью промчались по галерее, отталкивая друг друга, влетели в дверь, захлопнули ее и, тяжело дыша, привалились к ней спинами. Прошло совсем немного времени, и что-то мокрое глухо ударилось в дверь.

– Она пришла за нами, – сказал казначей. Декан посмотрел под ноги.

– Кажется, она проходит через дверь, аркканцлер, – едва слышно пробормотал декан.

– Что ты несешь? Мы же ее держим!

– Я не имею в виду через, а скорее под… Аркканцлер принюхался.

– Что горит?

– Твои башмаки, аркканцлер. Чудакулли опустил взгляд. Из-под двери вытекала зеленовато-желтая лужа. Обугливалось дерево, шипели каменные плиты, и кожаным подошвам его башмаков явно грозила скорая гибель. Он буквально чувствовал, как становится ниже ростом.

Аркканцлер развязал шнурки и перепрыгнул на сухую плитку.

– Казначей!

– Да, аркканцлер?

– Отдай мне ботинки!

– Что?

– Черт подери, я приказываю тебе отдать мне свои ботинки!

На этот раз над головой Чудакулли возникло какое-то длинное существо с тремя глазами и четырьмя парами крыльев, по две спереди и сзади. Тварь шлепнулась прямо на аркканцлерову шляпу.

– Но…

– Я – твой аркканцлер!

– Да, но…

– Петли уже не выдерживают, – сообщил профессор современного руносложения.

Чудакулли в отчаянии огляделся.

– Перегруппируемся в Главном зале, – приказал он. – А сейчас… произведем стратегическое отступление на заранее подготовленные позиции.

– А кто их подготовил? – удивился декан.

– Сами подготовим, когда отступим, – сжав зубы, процедил аркканцлер. – Казначей! Ботинки! Живо!

Они достигли Главного зала как раз вовремя – дверь, которую они держали, наполовину развалилась, наполовину растворилась. Двери Главного зала были намного прочней. Скоро засовы и задвижки с лязгом встали на место.

– Освободите столы и сложите у двери, – отдал команду Чудакулли.

– Но она проест дерево, – указал декан. Усаженный на стул гном Модо вдруг застонал и открыл глаза.

– Ну-ка, отвечай! – рявкнул Чудакулли. – Как можно убить компостную кучу?

– Думаю, что никак, господин Чудакулли, – пожал плечами садовник.

– А как насчет огня? – спросил декан. – Я бы мог сотворить небольшую шаровую молнию.

– Не сработает, куча слишком сырая, – возразил Чудакулли.

– Она уже рядом! Жрет нашу дверь! Она жрет нашу две-ерь! – пропел профессор современного руносложения.

Волшебники отошли вглубь зала.

– Надеюсь, она не переест дерево, – с искренней тревогой в голосе произнес потрясенный Модо. – В них словно дьявол вселяется, прошу прощения за мой клатчский, если переложить угля. Слишком перегреваются.

– Знаешь, Модо, сейчас самое время выслушать лекцию о динамике производства компоста, – поблагодарил декан.

Однако в гномьем языке слово «ирония» отсутствует.

– Правда? Ну что ж. Гм… Хорошо сбалансированные материалы, тщательно переложенные слоями, в соответствии с…

– Абзац дверям, – сказал профессор современного руносложения, подбегая к остальным волшебникам.

Куча мебели двинулась в их сторону. Аркканцлер растерянно оглядел залу. Потом его взгляд привлекла знакомая огромная бутыль на одной из полок.

– Углерод, – задумчиво промолвил он, – это ведь то же самое, что и древесный уголь, верно?

– Откуда мне знать? Я же не алхимик, – фыркнул декан.

Из груды мебели показалась компостная куча. От нее валил пар.

Аркканцлер с тоской смотрел на бутылку с соусом Ухты-Ухты. Потом открыл ее и втянул носом аромат.

– Знаете, университетские повара так и не научились его делать, – пожаловался он. – А посылка из дома придет только через несколько недель…

Он метнул бутыль в наступающую кучу, и она исчезла в бурлящей массе.

– Очень полезна жгучая крапива, – твердил Модо за его спиной. – Она содержит много железа. Что же касается окопника, его никогда не бывает слишком много, ведь с точки зрения минералов он незаменим. А еще я добавляю туда дикий бурелистник, он…

Волшебники выглянули из-за перевернутого стола.

Куча остановилась.

– Мне кажется, или она растет? – спросил главный философ.

– Какой-то у нее довольный вид… – заметил декан.

– О боги, ну и вонь… – сказал казначей.

– Почти полная бутылка соуса, – печально произнес аркканцлер. – Я совсем недавно открыл ее.

– Знаете, и все-таки природа – это нечто чудесное, – промолвил главный философ. – И не надо так смотреть на меня. Это не более чем замечание.

– А ведь были времена, когда… – начал было Чудакулли, и тут компостная куча взорвалась.

Не было никакого треска или грохота. Это была самая сырая, самая жирная кончина за всю историю смертей от метеоризма. Темно-красное пламя, окаймленное черным дымом, взметнулось к потолку. Ошметки кучи разлетелись по всему залу и заляпали все стены.

Волшебники выглянули из-за обстрелянной чаинками баррикады.

На голову декана шлепнулась капустная кочерыжка.

Он посмотрел на маленькое пузырящееся пятно, оставшееся на каменных плитах.

Его лицо растянулось в счастливой улыбке.

– Вот это да! – сказал он.

Постепенно начали распрямляться остальные волшебники. Отток адреналина уже начал оказывать свое чарующее действие. Все заулыбались и стали похлопывать друг друга по спинам.

– Ну как, понравился наш соус?! – взревел аркканцлер.