Правила эксплуатации или как вернуться домой (СИ) - Орлова Марина - Страница 41

— Я не переживаю, — заверила, слегка слукавив. Идти действительно не хотелось, хотя я и была рада за молодоженов.

Вопреки ожиданиям, ими оказались вовсе не Василина и Иван, а Тихон и Агафья.

После произошедшего сражения с чернокнижницей почти два месяца назад, Тихон решил, что слишком стар для подобных переживаний, сложил с себя обязанности старосты на своего сына и ушел на покой. И в этом покое, они неожиданно сошлись с Агафьей, которая, добившись внимания любимого мужчины, мгновенно преобразилась, забыв про сварливость и склочный характер, посвятив себя всю заботе о своем семейном счастье. И вот тогда она действительно расцвела, показав, что может быть вполне приятной женщиной.

Однако перемены были слишком разительными для меня, потому провоцировать или проверять терпение Агафьи к моему присутствию в жизни ее семьи — не хотела. Довольно было того, что я отныне была наставницей ее внучки.

А через месяц мне предстояло стать главной подружкой невесты — Василины. Именно тогда главная красавица деревни намеревалась связать свою жизнь с любимым, намеренно задерживая церемонию. Как оказалось, задержка была из-за того, что Василина не желала выходить замуж без почетного гостя — меня. Данная весть растрогала меня до слез. А учитывая то, что ее мне преподнесла сама счастливая невеста, в тот день мы проревели с ней в обнимку едва не до ночи. Проревели бы дольше, но у меня припасы кончаться начали.

— Учитывая, что отмечать вы будете в узком кругу родных и близких друзей, я сомневаюсь, что мне там место…

— Не говори глупости! После того, что ты сделала для нашей семьи и всей деревни… — попыталась меня переубедить Дарья, но отвлеклась, посмотрела мне за спину и строго гаркнула: — Настена! Сколько раз тебе говорить, что нельзя лезть руками в пасть волкам! Даже если разумным! А ну, слезай с Велеса! — потребовала Дарья, которая хоть и смирилась с моим происхождением, даром ее дочери, домовихой и Магическим Зверем, но к последнему все еще относилась с подозрением. Как для матери, ее тревога была обоснована, потому мы с Велесом не обижались, хотя тот радовался, словно щенок, новой маленькой подружке в лице Настены. До тех пор, разумеется, пока непоседливый ребенок в своих играх не загонял его до полу-издыхания.

Вот и сейчас девочка забралась на волка верхом, и, счастливо хохоча, каталась на нем в заснеженном дворе, как на пони, держась за шерсть на загривке, пока тот старался сохранить не только скальп, но и не уронить девочку. Но той показалось этого мало, потому она решила, что будет еще более забавно закрывать волку глаза ладошками. Не рассчитала, и одной ладошкой угодила прямо в пасть. Благо, Велес уже ученый, потому строго отслеживал подобные возможности и старался и вовсе пастью не щелкать, когда рядом с ним ребенок.

— Ну, мама! — загундела Настена. — Мы играем!

— И слышать не желаю, — покачала Дарья головой и направилась к дочери, чтобы помочь ей слезть с волка, который покорно замер, чтобы не испугать женщину.

Мы же с Василием переглянулись с понимающими улыбками, а он добавил:

— Мы действительно будем рады тебя видеть.

— Спасибо за приглашение. Честно, — поблагодарила я. — Но я считаю, что мне сегодня лучше остаться дома. К тому же я обещала Шурке показать, как делать на рубахах вышивку. После того, как русалка научилась шить, этого ей сталось недостаточно, — виновато развела я руками. — Она через час будет ждать меня у проруби. Я обещала быть. Ты же знаешь, насколько она обидчивая.

— Точно ребенок, — согласно покивал он головой. — Ну, что же, — выдохнул мужчина. — В таком случае, до встречи. Мы приведем Настену через три дня. Тебе что-нибудь из деревни нужно будет? Припасы еще кончились? — задался он вопросом.

С тех пор, как Василий стал старостой, по негласному указу меня перевели что-то в разряд местной достопримечательности или достояния. Потому помимо уже привычного паломничества с просьбами помочь в лечении, меня заваливали дарами, порой совершенно мне не нужными и излишне дорогими.

Я прямо начинала тосковать по тому времени, когда никому не было до меня дела.

— Конечно, приводите, — обняла я себя за плечи, ощущая неловкость. Еще никогда обо мне так не заботились, теперь же все деревенские словно считали своим долгом печься о моем благополучии, что заметно удручало и ввергало в смущение и неловкость. — И, спасибо, но ничего не нужно. Правда, — заверила я. — Того, что вы мне отстроили целый терем и заполнили закрома до отказа — довольно. Я благодарна вам всем за заботу, но, поверь, все остальное — уже лишнее.

— Мы просто хотим быть полезными. Ты уберегла нас, пожертвовала собой. После того, как мы обращались с тобой…

— Я не обижаюсь, — перебила я его. — И все понимаю. Не стоит кориться за то, что давно прошло. Я не держу зла, но теперь… я понимаю, что вы хотите, как лучше. Но своим вниманием вы заставляете чувствовать себя неловко. Потому, пожалуйста, прошу тебя, как Старосту, повлияй на деревенских. Пусть меня хоть на время оставят в покое с этой чрезмерной заботой. Я согласна помогать с лечением и лекарствами и взамен мне ничего не нужно…

— Но…

— Василий, — строже добавила я. — Прекрати замаливать грехи, в чем нет необходимости. Тем более, не свои. Об этом просит тебя уже не подруга, а ведьма, — растянула я губы в коварной улыбке и сурово нахмурилась, но бывший друг только фыркнул.

— Ты — светлая ведьма, так что не пугай, — засмеялся он, заметив мою обиженную физиономию. — Но, раз ты так просишь, как твой друг, я выполню твою волю, — кивнул он. — Вот только…

— Что еще? — ворчливо выдохнула я, зябко кутаясь в платок.

— Я знаю, что ты скучаешь по нему… — заметил он, отчего я вздрогнула и потупила взгляд, чтобы спрятать грусть. — Уверена, что хочешь быть одна?

— Я не одна, — улыбнулась я, повернувшись на Велеса, от которого Дарья уводила хныкающую Настену. — Велес, Липа, даже русалки всегда рядом. Леший обещал зайти проведать на днях, — пожала я плечами.

С Лешим мы стали общаться довольно тесно после того, как я вернулась из Мрака. Из-за пробужденного источника, моя связь с духами возросла и те перестали относиться ко мне, как к чужачке. В первую очередь я узнала об этом, когда неожиданно поняла речь обрадовавшейся мне Шурке. Затем ко мне явился Леший, все еще хворой, после нападения Жданом. И неожиданно даже для себя, я смогла ему помочь, поделившись магической силой, которая помогла зарастить раны. С тех пор он нет-нет, да заглядывал справиться о моих делах. В последний раз, правда, просил средство от похмелья. Оказалось, Болотник с Кикиморой женились и гуляли всем лесом.

Я робко спросила о судьбе Ждана, но, учитывая ответ, что Лихо снова в поиске суженного, больше уточнять не стала.

Ну и совсем я сроднилась с духами, после единственной встречи с Лесовиком. Та встреча была очень короткой и странной. Просто однажды он появился передо мной, когда я собирала хворост в лесу. После того, как я с поклоном поприветствовала дедушку, тот молча положил ладонь мне на голову. Ни он, ни я, не произнесли ни слова, но я поняла, что он принял меня как нового члена семьи, и поможет во всем… Столько, сколько сама пожелаю. А после благословит на любое мое решение.

Учитывая, что решение уже было принято, Лесовик лишь понимающе улыбнулся, кивнул, принимая мою волю, и исчез.

— Ну, воля твоя, — вторя моим мыслям, смиренно кивнул Василий. — До встречи, Дарина.

— Счастливо вам погулять, — улыбнулась я, провожая гостей за новые и крепкие ворота. Напоследок Настена вырвалась из руки матери и крепко обняла меня за ноги.

— Я буду скучать, теть Дарин.

— Я тоже, — счастливо улыбнулась я девочке. — Беги к маме, не заставляй родителей ждать.

Та послушалась и быстро нагнала родителей. А я еще некоторое время стояла в открытых воротах, смотря вслед семейной чете людей и осознавая, что уже не будет, как прежде. Никогда.

Потому что, несмотря на радушие, как людей, так и духов, я ощущала себя чужой и с теми и с другими.