Ведьмы Плоского мира - Пратчетт Терри Дэвид Джон - Страница 245

— Все, что нельзя утащить, они ломают, — промолвила нянюшка Ягг.

Она пнула кучу обломков носком башмака. Зазвенело стекло.

— Эту вазу подарила мне Эсме, — сообщила она бесчувственному миру. — Впрочем, она никогда мне не нравилась.

— Но почему? Зачем? — озираясь по сторонам, спросил Казанунда.

— Они с радостью разнесли бы весь мир, лишь бы шума было побольше, — пояснила нянюшка.

Выйдя на улицу, она пошарила под низким навесом соломенной крыши и, что-то триумфально проворчав, извлекла помело.

— Всегда прячу его сюда, — хмыкнула она. — Внуки у меня — шустрые дьяволята, тащат все, что плохо лежит. Так, ты сядешь сзади, хотя, должна заметить, я от этого не в восторге.

Казанунда поежился. Гномы боятся высоты, вероятно, потому, что им редко предоставляется возможность к ней привыкнуть.

Нянюшка почесала шершавый, как наждачная бумага, подбородок.

— И нам понадобится лом, — сказала она. — Заглянем в кузницу Джейсона. Эй, кавалер, залазь.

— Чего-чего, а такого я не ожидал, — пожаловался Казанунда, с закрытыми глазами нащупывая помело. — Сначала — шикарный ужин, а потом мы остались бы наедине и…

— Мы сейчас и так наедине.

— Да, но я никак не думал, что это будет связано с помелом.

Помело медленно оторвалось от земли. Казанунда отчаянно вцепился в прутья.

— И куда мы летим? — спросил он слабым голосом.

— В горы. Есть одно местечко… — ответила нянюшка. — Не была там лет сто. Эсме предпочитает обходить его стороной, а Маграт слишком молода, чтобы знать о нем. Но когда я была девушкой… Девушки частенько хаживали туда, если хотели… О, проклятье…

— Что?

— Кажется, на фоне луны кто-то пролетел. Но не Эсме, это точно.

Казанунда пытался оглянуться по сторонам, не открывая глаз.

— Эльфы летать не умеют, — пробормотал он.

— Это ты так думаешь, — возразила нянюшка. — Они летают на стеблях тысячеглистника.

— Тысячеглистника?

— Ага. Я тоже попробовала однажды. Подъемная сила есть, но они так путаются в платье… Я предпочитаю старый добрый пучок прутьев и палку. Кстати. — Она толкнула Казанунду локтем. — Ты должен чувствовать себя как дома. Маграт говорит, помело — это одна из сексуальных метамфор[81].

Казанунда открыл один глаз и успел заметить проплывшую внизу крышу. Его резко замутило.

— Разница только в том, что помело дольше остается в летучем состоянии. К тому же его можно использовать для уборки, чего не скажешь о… Эй, ты там как?

— Честно говоря, неважно.

— Просто пытаюсь поднять тебе настроение.

— Не имею ничего против «настроения», но, может, обойдемся без «поднять»?

— Мы скоро уже приземлимся.

— А вот это мне нравится.

Башмаки нянюшки Ягг коснулись плотно утрамбованной земли во дворе кузницы.

— Чары выключать не буду, — сказала она. — Вернусь через минуту.

Не обращая внимания на отчаянные Казанундины призывы о помощи, она соскочила с помела и скрылась в кузнице через черный ход.

По крайней мере, сюда эльфы не забрались. Слишком много железа. Она схватила с верстака лом и поспешила обратно на улицу.

— На, держи, — сказала она Казанунде. И задумалась. — Удачи много не бывает, верно?

Она снова убежала в кузницу, но на этот раз вернулась значительно быстрее, пряча что-то в карман.

— Ты готов? — спросила она.

— Нет.

— Тогда полетели. И смотри по сторонам. Открытыми глазами.

— Что, ожидаются эльфы? — уточнил Казанунда, когда помело взмыло в ночное, озаренное лунным светом небо.

— Возможно. Эсме я не видела, а кроме нас здесь летает только банши, господин Иксолит, а он никогда не забывает подсунуть под дверь записку с указанием своего маршрута. Для упорядочивания воздушного движения, понимаешь?

Большая часть города была окутана тьмой. Лунный свет покрыл землю черно-серебристым шахматным узором. Через некоторое время Казанунда почувствовал себя лучше. Движение помела было в некотором роде успокаивающим.

— Ты, наверное, возила много пассажиров? — поинтересовался он.

— Время от времени, — туманно ответила нянюшка.

Казанунда, казалось, о чем-то задумался, а потом спросил тоном, свидетельствующим о строго научном интересе:

— Скажи, а никто не пытался заняться прямо на помеле…

— Нет, — перебила его нянюшка Ягг. — Обязательно свалишься.

— Но ты же не знаешь, о чем я собирался спросить.

— Поспорим на полдоллара?

Пару минут они летели в полной тишине, потом Казанунда похлопал нянюшку по плечу.

— Эльфы на три часа от нас!

— Да? Тогда все в порядке. Столько времени, мы успеем удрать.

— Я имею в виду, вон они!

Нянюшка покосилась на звезды. Что-то лохматое двигалось в ночи.

— Проклятье!

— Мы не сможем их обогнать?

— Нет. Они способны за сорок минут опоясать весь мир.

— Зачем? Глупость какая, у него же нет штанов, — удивился Казанунда, который сейчас не отказался бы от пригоршни пилюль из сушеных лягушек.

— Я хотела сказать, что летают они очень быстро. Мы не сможем уйти от них, даже если сбросим лишний вес.

— По-моему, я его уже сбрасываю… — пробормотал Казанунда, когда помело круто спикировало к деревьям.

Листья касались башмаков нянюшки Ягг. Луна на мгновение осветила чьи-то светлые волосы слева.

— Черт, черт, черт.

Три эльфа держались рядом с помелом. Любимое развлечение эльфов — они не прекращают погони, пока ты не упадешь, пока твоя кровь не застынет от ужаса. С другой стороны, если гномы вдруг возжелают твоей смерти, они просто при первом же удобном случае разрубят тебя на части топором. А все потому, что гномы гораздо добрее эльфов.

— Нас догоняют! — воскликнул Казанунда.

— Лом не потерял?

— Нет!

— Хорошо…

Помело выписывало зигзаги над безмолвным лесом. Один из эльфов обнажил свой меч и замахнулся. Выбить жертву из седла, а потом позабавиться с ней вдоволь, пока она еще жива…

Помело резко дало задний ход. Голова и ноги нянюшки Ягг ушли вперед, так что теперь она частично сидела на собственных руках, а частично — на пустоте. Эльф со смехом спикировал к ней…

Казанунда взмахнул ломом.

Раздался звук, очень похожий на «баммммм».

Помело рванулось вперед, и нянюшка оказалась на коленях у Казанунды.

— Извини.

— Не стоит. Можешь повторить, если хочешь.

— Ты его достал?

— Вышиб из него дух.

— Хорошо. А где остальные?

— Я их не вижу.

Казанунда улыбался как сумасшедший.

— Мы им показали, правда?

Что-то просвистело в воздухе и воткнулось в шляпу нянюшки Ягг.

— Теперь они знают, что у нас есть железо, — сказала нянюшка. — Приближаться не станут. Да этого и не требуется, — добавила она с горечью в голосе.

Помело обогнуло дерево, оставило след на папоротнике и выровнялось над заросшей тропинкой.

— Нас больше не преследуют, — сообщил Казанунда. — Мы их, наверное, напугали.

— Не мы. Они боятся близко подходить к Верзиле. Не их территория. Ты посмотри, во что превратилась тропинка. На ней уже выросли деревья. А когда я была девушкой, на ней и травинки нельзя было увидеть. — Она улыбнулась, вспомнив что-то. — Летом Верзила был крайне популярным местом.

Сам лес тоже изменился. Он был старым даже по стандартам Ланкра. С уродливых нижних ветвей свисали моховые бороды. Под ногами летевших между деревьев ведьмы и гнома шелестели древние листья. Что-то услышало их приближение и предпочло скрыться в густых зарослях. Судя по звуку, это что-то было с рогами.

Нянюшка заставила помело плавно остановиться.

— Здесь, — сказала нянюшка, отодвинув лист папоротника. — Вот он, Верзила.

Казанунда выглянул из-под ее локтя.

— И все? Это же всего лишь старый могильный холм.

— Три могильных холма, — поправила его нянюшка.

Казанунда внимательно оглядел окрестности.

— Ага, — кивнул он, — теперь понял. Два круглых и один вытянутый. Ну и что?