Над пропастью во лжи. Том 2 - Марук Майя - Страница 11

Маша положила подарок на край стола. Антон снова кивнул. А потом зачем-то сказал:

– Подарок для сестры. У нее развод.

Маша безразлично кивнула. Оправдание прозвучало жалко. Настолько жалко, что Стольный нахмурил лоб и зачем-то спрятал коробку в карман. Будто пытался скрыть улики. Раздался шорох фантиков от конфет, которые он ел по пути в офис.

– Список звонков тоже загрузила в систему. – Продолжила отчитываться Маша. – Не забудьте подписать акты по «Триполю». Их ждут в бухгалтерии для оплаты авансов подрядчикам.

Маша говорила, говорила, говорила. Антон пытался понять, когда она все это успела сделать. И что здесь вообще происходит. И почему, так хочется прекратить этот поток бессмысленных слов. Все, на чем мог сфокусировать внимание Антон, были губы собственной секретарши. Больше он ни о чем думать не мог.

– Антон Робертович! – Маша чуть-чуть усилила громкость. Антон дернулся от неожиданности и вернулся в реальность. – Что-то еще нужно сделать?

– Во сколько вы пришли на работу? – Спросил Антон и забрал у девушки несколько конвертов.

– Не знаю. – Пожала плечами девушка. – Минут тридцать назад.

Антон кивнул и молча отправился в кабинет с твердой уверенностью, что она соврала. А Маша вернулась к делам.

Маша

Систематический недосып давал о себе знать. Под глазами появились синяки, лицо чуть осунулось, щеки запали. Но, несмотря на непрезентабельный внешний вид, я была рада, что пришла на работу раньше. Теперь было окончательно понятно, почему Антону Робертовичу понадобился новый секретарь. Такого бардака я не видела даже у Бриля. Прежний начальник хоть и имел привычку превращать пространство вокруг себя в хаос, но хаос этот всегда был систематизирован. Всегда можно было догадаться, где искать тот или иной документ. В приемной Стольного об этом даже речи не шло. Под визуальным порядком прятался филиал ада.

Расписание нового босса я нашла в папке «референсы грудь». Что у Жанетт делали на рабочем столе работы эстетистов, я понимала. Сама в свободное от работы время баловалась магазинами. Но почему в этой папке лежало расписание, осталось для меня загадкой. И нашла я его случайно. Перед удалением система выдала список документов архива. После того, как высветилось «расписание Антошки на завтра», насторожилась. На всякий случай решила проверить. После этого, пришлось все папки из рабочего компьютера пересматривать на предмет наличия важных документов.

Заострять внимание на то, что расписание принадлежало «Антошке», не стала. Личные жизни хозяина «Сезам» и его секретаря, меня не касались. Но такие отношения очень многое объясняли. Стало жаль Аркадия Федоровича. Чтобы облегчить жизнь бывшему начальнику, написала для Жанетты Ваймор подробную инструкцию о требованиях Бриля, его распорядке дня и предпочтениях. Это должно было помочь моей замене на первых порах.

После этого вернулась к документации. Где-то в подборке нижнего белья нашлись сметы, старые ведомости и несколько предложений по реконструкции объектов «исторического наследия». О том, что «Сезам» выделял средства на реконструкцию зданий, я знала. Бриль иногда подписывал соответствующие распоряжения и утверждал перечень работ. А вот то, что Антон Робертович что-то спонсировал лично, стало приятным сюрпризом. Конечно, если верить письмам с благодарностью, которые так и не дошли до адресата. Исправив эту оплошность, и задвинув коробку с личными вещами под стол, погрузилась в секретарскую рутину.

Если верить официальному расписанию, раньше десяти Антон Робертович на работу не приходил. Одна мысль о новом начальнике заставила руки покрыться гусиной кожей. Антон Робертович Стольный был привлекательным мужчиной. Настолько привлекательным, что руки чесались залезть в «Межпланетный Сплетник». Прочитать, чем и с кем живет начальник. Это желание давила каблуком. Понимала, чем меньше знаешь, тем легче соблюдать рабочую субординацию.

Уже сортируя по боксам информационные пластины, я поймала себя на том, что за все утро не вспомнила о Рамусе. Чужая приемная словно изолировала от внешнего мира и посторонних мыслей. Когда закрыла последний отсортированный бокс, поняла, что нахожусь в приемной не одна. На меня смотрел новый начальник.

Мужчина молча стоял возле стола и наблюдал за моими действиями. О чем он в этот момент думал, я не знаю. По спине побежали мурашки. Губы пересохли, а в животе, непонятно откуда, появилось тяжелое тепло.

– Доброе утро, Антон Робертович!

Это было единственная фраза, которую я смогла из себя выдавить и прикрыть смущение профессиональной улыбкой. Мужчина только кивнул. Я почувствовала себя самозванкой, ворвавшейся в чужую приемную. Стало почему-то стыдно за себя и за свое присутствие на чужом рабочем месте. В голову мигом полезли мысли типа «а может, это ошибка, и я должна сейчас быть у Бриля» или «я что-то перепутала, и меня перевели к другому Антону Робертовичу». Есть ли в руководстве «Сезам» другие Антоны я не знала. Вовремя вспомнила про новый пропуск, в котором были прописаны место работы и координаты руководителя. Успокоилась. Вспомнила, зачем вообще здесь нахожусь и отрапортовала:

– Ваше расписание на сегодня в системе. Документы для совещания на столе, в оранжевой папке. Их нужно перепроверить. Напоминаю, в восемь у вас забронирован столик на двоих в «Альянс». Курьер принес посылку.

Маленькую малахитовую шкатулку доставил представитель одного из ювелирных домов. Я иногда натыкалась на упоминания этого бренда в прессе. Но никогда не видела вживую. Высокий мужчина с пышными усами дал подробный инструктаж по уходу за изделием, передал наилучшие пожелания господину Стольному и ушел. А я спрятала шкатулку в стол и чуть не забыла отдать.

Услышав про посылку, начальник густо покраснел. Видимо, разозлился. Спрятал шкатулку в карман пиджака и сообщил:

– Подарок для сестры. У нее развод.

Мне оставалось только кивать. И продолжать отчет, краснея и бледнея, словно школьница на экзамене. Именно так я себя и чувствовала, переминаясь с ноги на ногу.

– Во сколько вы пришли на работу?

– Не знаю. Минут тридцать назад.

Знать, что сижу здесь уже несколько часов, новому шефу было ни к чему. Он снова кивнул и молча ушел. А я постояла пару минут и вернулась к работе.

Антон

Сердце пыталось сломать Антону пару ребер, вздыбившийся член порвать штаны. А сам бизнесмен проклясть себя за такое поведение. Он чувствовал себя подростком, который не в состоянии связать двух слов, глядя на красивую женщину. Сделав несколько глубоких вдохов, мужчина попробовал напомнить себе о том, что находится на работе. На любимой работе. И от того, как он проведет сегодняшний день, будет зависеть благосостояние тысяч сотрудников. Он так делал всегда, когда терял самообладание.

Но стоило ему только собраться с мыслями, как взгляд упал на дымящуюся чашку кофе и тарелку бутербродов. Антона накрыло следующей эмоциональной волной. Теперь уже нежности. Он понимал, что секретарша просто выполняла свои обязанности. Что ничего необычного в этом нет. Но внутри все замирало от счастья. Мужчине пришлось приложить еще немалые усилия, чтобы успокоиться второй раз.

К третьему приступу он уже был готов. И даже не хотел прыгать от восторга, когда увидел у себя на столе подготовленные документы, разобранную корреспонденцию и по-человечески составленное расписание. Такое, в котором ему не нужно было сверяться с записями в собственном ежедневнике, чтобы понять, с кем ему нужно встретиться и где. А главное, зачем он эту встречу назначил. Добравшись глазами до конца списка, мужчина потянулся к планшету. Хотел попросить Машу отменить ужин в «Альянсе», но не успел. В приемной раздался какой-то шум. А потом послышался то ли женский крик, толи ор дикого койота. По крайней мере, так показалось Антону.

Маша

Стоило немного успокоиться и сосредоточиться на работе, как дверь в приемную снова открылась. Только в этот раз пришел ни курьер, ни начальник и не кто-то из руководства компании. В приемную вошла бывшая секретарь Антона Робертовича.