Перерождение (СИ) - Мозолевский Павел - Страница 63

Взгляд Лили дрогнул, черты расплылись неверием, сердце стучало. Мысли крутились. В глаза появился холодок, но не от жажды убийства. — Нет, я не знаю что это такое. Мы не заражали вас подобным… Только одна структура способна на это.

— Уроборос? — спросил он.

— Да.

"Сможем ли мы взаимодействовать после этого?''.

Айрон стал ещё более серьёзным, пристально смотрел на холодное лицо. — Я теперь не совсем дебил, вы с дедом пытались меня устранить? Можешь не отвечать и так понятно.

— Не злюсь. Мстить тоже не собираюсь. Возможно у вас был повод. Я хочу узнать, какой?

Девушка тяжело вздохнула:

— Нет смысла что-то утаивать, пока моя кровь скованная клятвой, ведь вы можете просто отдать правильный приказ, я мигом расскажу.

Айрон уже это понял, даже будучи дебилом это читалось между строчек. Поэтому, сейчас решил избрать тактику в лоб, дабы избавится от долгой возни и соплей.

Улучшение мыслительных способностей действительно творят чудеса. с Каспаровым играть в шахматы пока не может и гением не стал, однако очень сильно поумнел.

Лилиана начала говорить:

— Да, мы пытались вас убить чужими руками. Потакали в стремлении напиваться, не мешали вашим безумным затеям и занятием растратой, последней каплей стал один неприятный случай, мы наняли ведьму для проклятия, — голос её холоден, в глазах виднелись черты отягощения от неприятных воспоминаний. — Но… Дедушка пытался вам помочь, почти семьдесят лет. И я пыталась… Честно пыталась, — глаза холодные, как арктический ледник, но где-то глубоко алое солнце топит его, где-то глубоко видна грусть.

Айрон ожидал подобного

Взгляд Лилианы немного изменился, она сомневалась, обдумывала, глаза закрылись. — Я Лилиана безродная, клянусь своей кровью, что непричастна к отравлению Айрона Де-Лэгранта чёрной дрянью от рождения. Каким-либо червём, или иным видом яда.

— Клянусь в своей непричастности. Я не имею каких-либо осознанных связей с отправителем или организацией Уроборос!

— Также признаю причастность к злодеяниям после исполнения семидесяти одно года моему господину, признаю попытку убить Айрона Де-Лэгранта грязными методами.

— Клянусь что вся моя неприязнь и недостойные действия были спровоцированы неподобающим поведением моего господина, — Лилиана тяжело вздохнула. — А именно попыткой продать меня в рабство иному господину: Лазарису Он-Оркас, а также попыткой обесчестить меня путём изнасилования.

— Если я лгу, то пускай моя кровь сгниёт, а тело завянет сиюминутно, — серьёзно проговорила Лилиана.

Красные вены пошли по её телу, немного пульсируя, стихли и исчезли.

Айрон выжигала ярость и неприязнь к прошлому самому себе. — Я понимаю почему вы хотели меня убить, как меня остановили?

— Дедушка вмешался оба раза. В первый раз вы сильно задолжали, деду пришлось продать своё основное облачение и заложить клинки, чтобы остановить мою продажу.

— Почему я просто не приказал ему отдать все свои деньги мне?

— Слуга не раб. Есть большая разница между клятвой крови и клятвой раба. В первом случаи вы не можете приказать совершить самоубийство или отдать все имущество. Во втором можете.

— Дед хотел убить вас, но я ещё верила, что вы можете стать на правильную дорогу.

— В следующем инциденте через три года вы сошли с ума, неизвестно где нашли инъекцию волума. Препарат может кратковременно ослабить нас и затуманить разум, вы исподтишка вкололи мне вещество… — Можешь не продолжать, — оборвал рассказ.

— Как же меня остановили?

— Дедушка ворвался и просил этого не делать, сказал, что продаст все своё имущество и ценности, передаст вам, для ваших попоек и азартных игр.

— Вы согласились и поклялись никогда не насиловать меня.

— Можно вот так запросто насиловать слуг?

— В целях продолжения рода можно, но зачастую этого не требуется, слуги сами готовы прыгнуть в койку к господину. Многие всю жизнь трудятся только для этого. Получить шанс родить ребёнка от высшей крови. Возвысить род, для многих слуг это цель существования.

— Ведь безродным нельзя посещать хорошие академии, у нас меньше прав, мы слабее знатных. Безродный никогда не добьётся славы или богатства, поэтому многие слуги готовы буквально на всё.

— Поэтому я была так счастлива в день поездки в академию, это большая честь, мечта, увидеть величие тех стен, слушать лекции могущественных ак-шас.

— Мой дед яркий пример достижения целей любой ценой, он бы запросто подложил меня под вас, с надеждой возвысить род, но ваше тело оказалось дефективным, а кровь слишком слабой, слабее чем у обычного безродного.

Айрон видел тяжесть в этих холодных глазах.

— И ты так просто об этом говоришь?

— Я была рождена для подобного, такие правила нашего мира. Даже более того, меня обязывает закон. Вы потеряли память, но такое вполне естественно для нас.

— Последний вопрос. Прошлый Айрон нравился тебе? Ты была в него влюблена? Не нахожу иного объяснения твоей терпимости.

— Да… Мы ведь вместе росли, ваша мать хорошо ко мне относилось, что является большой редкостью, вы не сразу стали отвратительным человеком, сперва вы были хорошим, пытались побороть болезнь, заниматься домом, тренироваться, а мы поддерживали вас, как одна семья.

Лилиана немного улыбнулась, а после посерела.

— Всё плохое началось на тридцатый день рождения и нарастало снежным комом. За два коротких года вас было не узнать.

— После последнего происшествия мои чувства обернулись ненавистью. Я во второй раз отговорила деда вас убить, мне просто не хотелось терять единственную семью, своего деда, мы начали действовать грязными методами.

Повисла тяжесть момента.

— Я Айрон Де-Лэгрант клянусь своей кровью, что прошлый Айрон полностью мёртв. Меня действительно отравили и большая часть поступков была вызвана паразитом. Больше такого никогда не повториться, обещаю относиться к вам честно, также ты можешь уйти хоть сейчас, но если примешь решение остаться, то предательство не потерплю! — череда красных вен взошла на коже, осияло пространство мерцанием и потухла.

Айрон твёрдо добавил.

— Я прощаю попытки убить. Ведь по сути это был и не я вовсе. Но предательства не потерплю. Прими решение сейчас, на чьей ты стороне?

— Хочу добиться нормального сосуществования и взаимодействия между нами, — добавил он.

''Нет смысла мстить им. Мне нужны союзники. И мотив был веский, возможно я бы сам так поступил. Никто не хочет быть рабом у дикого пса''.

Лилиана посмотрела в глаза Айрона.

— Клятва крови лгать не может. Если все беды вызванные третей стороной, то у меня причин вас ненавидеть… Больше нет, — добавила она.

— Я согласна, обещаю помогать вам, служить и оберегать, пока вы достойно ко мне относитесь, — красные вены взошли на её теле и погасли.

— Хорошо! — на этих словах, Айрон что-то нащупал древком в яме с жижей, ''Что-то нашёл, может камень, а может нет. Я могу сунуть туда руку?'', — спрашивал он внутренним голосом.

Немезида: Оно не опасно для ак-шас в наружном применении, главное добровольно не пейте, ваша кровь будет пытаться подавить скверну, однако если её окажется слишком много, она начнёт пожирать кровь и заменять собой.

Смело засунул руку в жижу, настроение было такое себе, вязкая мерзость прохожая на смолу: соприкасаясь с кожей оживала, словно дотрагиваясь…

Айрон нащупал кончик чего-то острого, вставил пальцы под предполагаемый предмет, смола обхватила руку не желая отпускать, мужчина потянул сильнее, использовав всю силу, миру показался небольшой ромб в пять сантиметров — Лили создала потоки дикого ветра, которые обдули руку и сдули к чертям жижу.

Яма десятикратно забурлила, отростки из жижи тянулись к камню, словно у них отобрали сокровище. Жижи стихла.

После хорошо посмотрел на находку. Миру предстал прозрачный ромб, в центре него находилось подобие красного глаза, из глаза выходили чёрные слезы, что стекали по внутренним капиллярам, больше похоже на живое существо, нежели на кусок породы.