Лжепринцесса для Драконов - Руд София - Страница 45

— Ты пойдешь со мной? — вот чего я точно никак не ожидала.

— Я дал клятву твоему отцу.

— Клятва перед покойником не стоит заглубленной жизни молодого мага.

— Твою жизнь я загубил. Вот и исправлю, — только и сказал он. — Или что? Ты хочешь сейчас меня переубедить? Тогда кто тебе поможет?

И, правда, кроме Тьюдо сейчас не на кого рассчитывать.

— Нет.

— Так что там был за план? — потребовал Марш. Что ж, деваться некуда.

— Полеус иддийский, — выдала я. — Из этой травы делается зелье, которое на десять минут укрепляет плоть так, что ее почти не сокрушить. Если нам нужно, чтобы были свидетели, а смерть выглядела случайностью, то лучше всего подойдет обрыв. С края запросто можно свалиться по неосторожности. И тело может унести море.

— Бэль, это неоправданный риск.

— Я знаю. Но другого плана, как исчезнуть, но при этом не развалить перемирие двух империй, я не представляю, — выдохнула я.

Хотелось ли мне рисковать собой? Ни капли.

Но, видимо, Тьюдо все-таки успел вбить мне в мозг, что я отвечаю за сотни тысяч жизней. И я не хочу, чтобы из-за моей трусости или ошибки, пострадали ни в чем неповинные люди.

Чем я лучше их? Почему я должна выжить, а они расплачиваться за это?

— Ты знаешь рецепт? — спросил маг.

— Да. Но резерва нашей магии будет недостаточно. Нам нужны артефакты.

— Об этом я позабочусь. Подготовь список, я все найду. А ты не выходи из комнаты, — велел он. И я тут же кинулась к гримуару, переписывать рецепт, который не видят глаза Тьюдо, на запечатанные листы блокнота.

— Готово!

— А теперь сядь. Я нанесу иллюзию.

— Погодите. Я не все рассказала, — вспомнила я. — Эмбер видел, как меняются мои волосы.

— А лицо?

— Нет. Оно изменилось уже здесь.

— Тогда не беспокойся. Об этом я сам позабочусь. А теперь садись, — велел Тьюдо.

Садись, и прощайся с настоящей собой, которую даже толком не успела разглядеть….

Глава 28. Сорванная маска

От нашего плана голова шла кругом. Вещи, на которые я сама же подписалась, казались безумными.

Несколько дней мне велено было сидеть в комнате, прикрывшись недомоганием. Это было сделать не трудно. Я с удовольствием перечитывала гримуар, а обеды мне приносила Дэйра.

Несмотря на то, что Тьюдо вернул мне иллюзией внешность Софии, соседка все равно с опаской поглядывала на мои волосы, после чего я долго не могла унять желание броситься к зеркалу.

Кроме нее ко мне никого не пускали, поэтому я не знаю, нарисовывался ли Эмбер или Дарко за дверью. Сердце сжималось о мысли о том, что скоро я не увижу серебряного принца.

Я не знала, что будет дальше. Просто ждала судного дня.

Мы с Тьюдо решили, что бал в честь начала осени будет отличной декорацией нашего пугающего плана. К тому же на празднике предполагалось носить маску, что облегчало мой выход в свет.

Пока Тьюдо собирал ингредиенты по крупинкам, я сходила с ума от волнений. Пару раз мне в голову пришла мысль, что Марш может решить меня обмануть. Я прыгну со скалы и, в самом деле, убьюсь.

Что ж. Либо так и верить ему, либо ждать, пока меня раскроют, и тогда я сама взмолюсь о смерти. Остается надеяться на Тьюдо.

Признаться, он сильно изменился за последнее время. А может быть, просто снял маску бездушного стража.

В любом случае, впервые за целую жизнь, за исключением того времени, когда мне было двенадцать, я снова начала ему доверять. Ну не могли меня обманывать его глаза. Не могли они готовить для меня ловушку. Хотя, с Тьюдо станется.

Но какой смысл ему все это проворачивать, когда есть тысячи других возможностей от меня избавиться? Решено, Тьюдо точно верю.

Тем более он в точности описал мне план, кто и где меня будет ждать после того, как я «разобьюсь», и куда отвезут. Там я должна буду пробыть какое-то время, ожидая друга Тьюдо, а сам надзиратель объявится не раньше, чем через месяц, чтобы не вызвать подозрения своим скорым исчезновением.

План был очень рискованным, начиная с того, что зелье могло не сработать, но другого шанса не было. На шестой день выдуманной хвори стеклянный пузырек смерти лег в мою ладонь.

«У меня будет десять минут», — напомнила я себе, пряча склянку в декольте ярко желтого платья. Я выбрала его из всех возможных по двум причинам.

Первая — она должно быть заметными издалека. И вторая — достаточно удобным, чтобы я смогла быстро проплыть к шлюпке, которая должна успеть скрыться заклинанием невидимости до того, как начнутся поиски.

А учитывая, что драконы товарищи с крыльями, это дело могло начаться незамедлительно.

Из трех предоставленных Дэйрой масок я выбрала черную, лучше всего отражающую то, то происходит внутри меня сейчас, но выходить не спешила. Попросила соседку не ждать, и оставшись одна, решила еще раз оглядеть комнату прощальным взглядом.

Мне казалось, что жизнь в Академии была сущим кошмаром, но теперь, когда я знаю, что больше сюда не вернусь, все видится совсем иначе. Я понимаю, что какой-то частью души прикипела к этому месту. Ведь до этого еще нигде не жила столь насыщенной и интересной жизнью.

Здесь были слезы, здесь была и радость. Первые друзья и первые враги. Первая любовь.

Я не хочу уходить, но другого выхода нет. Если бы лицо Софии не подвело, я бы с удовольствием осталась, ведь Тьюдо сказал, что регент не собиралась меня возвращать или менять на настоящую дочь. Я могла бы принять предложение Эмбера и стать самой счастливой.

Я бы все это могла, если бы не лицо…. И, наверное, совесть.

Смогла бы я когда-нибудь сказать Эмберу правду о том, кто я? Как бы он это воспринял?

Жаль, что я не могу с ним даже попрощаться, ведь тогда случайная гибель встанет под сомнение. Все, что у него останется от меня, это очередное обещание, что я все объясню.

Не время разводить влагу. Вечер в самом разгаре и пора идти, если не хочу опоздать на собственную смерть.

Я схватила маску, ринулась к двери, но она распахнулась до того, как я потянулась к ручке.

— Рипт Диргар? — опешила я, и тут же попятилась. Вот не везет, так не везет.

Стоп. Маска на лице, паниковать не нужно.

— Вижу вам уже лучше, раз собрались на бал? — осведомился он, глядя на меня сверху вниз.

— Голова еще немного кружится, но уже невыносимо сидеть в четырех стенах, — отозвалась я, думая, что байка про недомогание, как раз сыграет на руку, когда слечу с утеса.

— Позвольте полюбопытствовать, что же за недуг у вас был, что даже от помощи наших лекарей отказались, рипт София? — спросил Диргар, и его переменчивые глаза вдруг прищурились.

Эдэрх возьми, что, если он все же заметит иллюзию? Нет! Нет! Нет!

— Рипт София? — позвал он, когда я резко отвернулась. Но, кажется, поздно. В отражении окна я видела, как подозрительные глаза набираются уверенности. — Повернись.

Дракон меня за ногу! Он догадался! Что теперь делать? Куда бежать?!

Резкое грубое движение вынудило меня развернуло меня в пол оси. Светящиеся радужки Диргара застыли в темно-синем оттенке.

Я видела. Я видела каждую эмоцию, отразившуюся на каменном лице, свидетельствовавшую о том, что мой обман раскрыт. Фиаско! КА-ТА-СТРО-ФА!

— Кто. Ты. Такая?! — процедил ректор, срывая с моего лица маску.

Черный ажурный аксессуар упал у моих ног, а я не смела оторвать от него глаза. Хотя, чего теперь бояться?

Я бегала от Рап Эля лишь потому, что опасалась, что он вскроет подмену. И это случилось. За полчаса до побега. Как несправедлива жизнь!

— Мне повторить вопрос? — могильный голос плыл по коже вязким холодным туманом, но дрожи уже не было. Я знаю, что меня ждет. Всегда знала. И тысячу раз в голове прокручивала этот финал.

Так чего трястись, если уже ничего не поделать? Я устала бояться.

— Бэль Лост, — призналась я, поднимая на ректора глаза.

— И по какой такой причине ты прикидываешься принцессой Инзании, Бэль Лост?! — лязгнул он. Злой. Еще бы. Его за нос водила соплячка.