Дорогой враг - Каллихан Кристен - Страница 1

Кристен Каллихан

Дорогой враг

Kristen Callihan

DEAR ENEMY

Copyright © 2021. DEAR ENEMY by Kristen Callihan

© Белякова А.С., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Дизайн обложки Оскаровой К.

Во внутреннем оформлении использованы иллюстрации: © Natalya Levish, DiViArt, Kate Macate / Shutterstock.com В оформлении переплета использованы иллюстрации: © Look Studio, Ines Behrens-Kunkel, Ortis / Shutterstock.com

Пролог

Старшая школа Шермонта, Шермонт, Северная Каролина

Интервью для выпускного альбома

Вопрос 1: Если бы вам пришлось снова и снова ходить в старшую школу, вы бы согласились?

Мейкон Сэйнт: Да вы должно быть шутите? Нет, конечно.

Делайла Бейкер: Это вопрос с подвохом? Мой ответ – нет.

Вопрос 2: У кого из ваших одноклассников больше шансов добиться успеха?

Делайла Бейкер: О, да бросьте. Для всех очевидно, что это Мейкон. Не сказать, конечно, что он того заслуживает.

Мейкон Сэйнт: Я. И Делайла Бейкер. Она как пиявка, вопьется в вас и не отлипнет, пока не добьется своего.

Вопрос 3: Кого бы вы выбрали в союзники в случае вторжения пришельцев?

Мейкон Сэйнт: Делайла Бейкер. Она бы визжала так сильно и громко, отчего пришельцы сразу же бы развернулись и улетели.

Делайла Бейкер: Мейкон Сэйнт. Я бы кинула его им, выигрывая ценные секунды для спасения собственной жизни.

Вопрос 4: Самый памятный момент в старшей школе и насладились ли вы им?

Делайла Бейкер: Получение диплома. Да.

Мейкон Сэйнт: Выпускной. Ни черта.

Мейкон Сэйнт – дьявол во плоти. Любой здравомыслящий знал об этом. Впрочем, когда речь заходила о Мейконе, у каждого моего одноклассника всякое здравомыслие, похоже, развеивалось. Все они вились вокруг Мейкона, словно он бог. Я подозревала, что это и был истинный признак дьявола: превращать людей в наивных дураков, когда им следовало включать мозги.

Не то чтобы я винила их. Красота превратила нас всех в дураков. У Мейкона было лицо ангела – столь прекрасное, что ты задаешься вопросом: «Неужто оно и впрямь сотворено рукой Бога?» – черные волосы, такие густые и блестящие, что над ними вполне мог парить нимб. Вот настолько он был прекрасен. И его единственным соперником во внешнем превосходстве над остальными людьми была моя сестра – Саманта.

Пока остальные из нас вступали в подростковый период, неловко сбрасывая оперение гадкого утенка и без особого изящества борясь с быстрым всплеском роста, кривыми зубами и другими особенностями, которые развивались быстрее, чем у других, Мейкона и Саманту это обошло стороной.

Они прекрасно подходили друг другу: оба без прыщей на лице и с идеальной фигурой. Они были светом, борющимся с тьмой пубертатного периода. Неудивительно, что за время учебы в средних и старших классах они то сходились, то расходились. Самая красивая пара.

Пара, превратившая мою жизнь в ад.

Холодный и зачастую молчаливый Мейкон нередко смотрел на меня так, словно не мог понять, почему мы дышим одним воздухом. Пожалуй, это было единственное, в чем мы сошлись. Потому что в остальном мы сходились так же, как снег и соль.

Когда я впервые увидела Мейкона, он стоял на лужайке перед огромном особняком, который многие поколения принадлежал семье его матери. Вцепившись в бейсбольный мяч, Мейкон наблюдал, как я разъезжала на велосипеде по дороге туда и обратно. Он был тощий, как щепка, и на пять сантиметров ниже меня. Я чувствовала себя странно – хотела защитить его, полагая, что он был несчастным. Я быстро поняла, как ошибалась.

– Привет, – сказала я Мейкону, остановившись на велосипеде перед его домом. – Я переехала в дом ниже по улице. Может, тебе нужен новый друг?

И тогда он взглянул на меня. Темными, мрачными глазами, глубокого карего, почти черного цвета, обрамленными густыми, длинными ресницами. Эти глаза девушки называли красивыми и сходили с ума по ним на протяжении всех школьных лет. Как по мне, они были холодными и расчетливыми. Мейкон прищурил их, глядя на меня.

– Ты глупая или что?

Его слова были как пощечина.

– Что?

Он пожал плечами.

– Я так и думал.

Я не поняла этого мальчика, поэтому повела себя вежливо, как и учила мама.

– Почему ты назвал меня глупой?

– Я живу здесь всю свою жизнь. И ты думаешь, я не замечу, как кто-то новый переехал на мою улицу? И думаешь, мне нужен друг?

– Я просто старалась быть дружелюбной. Моя ошибка.

– Дружелюбной? Говоришь как бабулька.

Вежливость явно была не для болванов.

– Ты – тупица.

Услышав это, он задрал подбородок, на котором виднелась ссадина вдоль линии челюсти.

– А ты меня раздражаешь.

И что бы я ни сказала после, это было бы пустой тратой времени, поскольку в этот момент появилась Саманта. Она была младше меня всего на десять месяцев, и таких, как мы, люди обычно в шутку называли ирландскими близнецами[1]. Но, когда люди обращались к нам, это выражение приобретало темный подтекст. Поскольку все, у кого были глаза, замечали, что у меня мало общих черт с остальными членами семьи.

Сестра улыбнулась, поправляя свои светлые блестящие волосы, заплетенные во французскую косу. Без передних молочных зубов Саманта напоминала хулиганку.

– Не обращай внимания на Делайлу. Наша бабушка Белла называет ее недружелюбной.

Вот поэтому я больше люблю бабушку Мейв.

Сэм сморщила свой прелестный носик.

– Думаю, попросту сказать – злючка.

Противный мальчик посмотрел на меня из-под чернильной челки и ответил моей сестре:

– Так и есть.

Я фыркнула.

– Высказывать собственное мнение, противоречащее другим, не значит быть злючкой. Это значит иметь мозги. К сожалению, у вас обоих их нет.

От этих слов Сэм громко и наигранно рассмеялась, сильно похлопывая меня по плечу.

– Она такая шутница. – Сэм предупреждающе сжала мое плечо, послав мальчику широкую и лучезарную улыбку. – Я Саманта Бейкер. А тебя как зовут?

– Мейкон Сэйнт.

– Мейкон? Рифмуется со словом «бекон». А я люблю бекон. О, и Сэйнт[2] тоже клево. У тебя ангельская внешность. Не как у девчонки, конечно. Как у парня-ангела. Могу я звать тебя Сэйнт? Ты живешь в этом огромном старом доме? Он такой красивый. Ты любишь печенье с арахисовым маслом? Моя мама только что приготовила их.

От ее словесного потока Мейкон заморгал, и я ждала, что он отчитает Сэм так же, как меня, поскольку даже я захотела сделать это из-за ее болтовни. Но мальчик лишь ухмыльнулся в той манере, которую я скоро научусь распознавать и ненавидеть.

– А ты, похоже, не такая злючка, да?

От того, как Мейкон произнес это, со скользкой ухмылкой на лице, я поняла, что он намекает на отсутствие мозгов у Сэм и что его это устраивает. Но она этого не заметила.

– Не-а, – просияла она. – Я веселая.

Я закатила глаза, но никто из них не обратил на меня внимания, им было все равно. Мейкон пошел с Сэм есть печенье, а я официально стала третьей лишней. Так я потеряла временного союзника-сестру, получив занозу в заднице в лице глумливого мальчика.