Неидеальная жена инквизитора (СИ) - Телес Илия - Страница 14

— Простите мою супругу. Она так сильно мечтала… — начал Дамиан, но его перебили радостные возгласы из толпы, ликующих и радующихся людей.

Они поддержали мою идею, и я обрела чуть больше уверенности. Если мужчина и решит наказать меня за то, что стала говорить с народом без его ведома, то пусть делает это, но я всё равно поступила правильно.

— Слава леди Риверден! Прекрасная идея, миледи! — кричали радостные люди.

Кто-то подкидывал вверх цветы, кто-то носовые платочки, а кто-то головные уборы. Дамиан несколько смутился и расслабился, а я поняла, что серьёзным теперь уже наказание, скорее всего, не будет.

— Сегодня же мы можем начать подготовку. Я буду счастлив разделить с вами свою небольшую радость, чтобы вселить в ваши сердца веру и надежду! Мы победим все страхи, переступим через них, потому что объединимся.

Небольшую радость? Для супруга, пусть и притворяющегося им, драго Риверден мог говорить более приятные слова.

Я заметила развернувшегося на месте человека в длинном чёрном балахоне с натянутым на голову капюшоном. Он стал быстро удаляться от толпы и вскоре исчез. Не удалось даже указать на него, словно горло перекрыли, сдавив стальным кулаком. Я испуганно покосилась на инквизитора, а он посмотрел на меня и тяжело вздохнул.

— Вы видели его? — негромко шепнула я.

— Кого? — Дамиан сдвинул брови на переносице, нахмурившись.

— Человека в балахоне… Он уже исчез. Мне показалось, что он мог бы быть убийцей.

— Это маги дали понять, что уже явились по моей просьбе. Мне нужно будет встретиться с ними на рассвете, чтобы обсудить условия сделки.

— Вы заключаете сделки с магами? Мне казалось, что вы просто говорите им, что делать и всё.

— Только ведьмам, Айрэн, а ведьмы существенно отличаются от магов.

Почему-то меня задели последние слова драго Ривердена, и я негромко хмыкнула, понимая, что не могу спорить с ним прямо с трибуны, чтобы не заставлять кого-то усомниться в нашей «любви».

Сказав ещё что-то своим подданным, что я успешно пропустила мимо ушей, супруг взял меня за локоть и помог спуститься. Проходя мимо людей, я слышала, как кто-то осуждал Дамиана за то, что позволил мне обращаться к его подданным, а кто-то восхищался моей храбростью и смекалкой. Всем в любом случае не понравишься. Наверняка, будет немало недовольных тем, что инквизитор дал слово ведьме, по большей части среди инквизиции. Но я сделала то, что должна была.

— У вас теперь возникнут проблемы из-за того, что я вышла на трибуну? — осторожно поинтересовалась я, когда мы с мужчиной оказались на безлюдной улочке.

Следом на небольшом расстоянии шли стражники, и больше никого вокруг не было. Сжав пальцы на моём локте сильнее, Дамиан чуть склонился и шепнул:

— Даже камни с дороги умеют слушать. Поговорим обо всём в поместье.

Я не стала спорить, но избавиться от чувства вины так и не смогла. Добравшись до кареты, драго Риверден помог мне забраться туда и сел напротив меня. Он отдал команду кучеру, что нам пора выезжать, и внимательно посмотрел на меня. Видно было по двигающимся желвакам, что мужчина хочет обрушить на мою голову массу проклятий, но держится спокойно. Мне бы столько терпения. Интересно, выдержке обучают инквизиторов, или она есть у них от рождения?

Понимая, что мужчина выбрал для меня самое жестокое наказание — молчание, я отвернулась к окну, но однотипный пейзаж быстро наскучил, я закрыла глаза и ненадолго провалилась в сон.

— Айрэн, милая, ты в серьёзной опасности! — послышался голос мамы.

Я находилась в темноте и ничего толком не понимала. Сложно было разглядеть что-то, казалось, будто мне выкололи глаза.

— Мама? — позвала я.

Скрестив руки на груди, я сделала несмелый шаг вперёд и начала падать в невидимую пропасть. Сердце рухнуло в пятки. Я стала размахивать руками в попытке вырваться, ухватиться за что-нибудь и спастись, но ничего вокруг не было.

— Мама? — снова позвала я.

— Беги от него, Айрэн! Всё не то, чем кажется! — произнёс до боли знакомый голос, и я открыла глаза.

— Айрэн, проснись! — Драго Риверден пытался растормошить меня, и я зло посмотрела на него.

Возможно, он помог мне избавиться от плена кошмарного сна, но я злилась за то, что мне не дали поговорить с мамой хотя бы во сне. Веки тяжелели, глаза горели, а во рту царила самая настоящая засуха. Больно было даже пытаться говорить.

— Ты в порядке? Тебе приснился страшный сон…

Я огляделась и поняла, что теперь уже нахожусь не в карете, а в нашей супружеской спальне. Когда меня успели перенести?

— Я не хотел будить тебя, поэтому принёс сюда на руках. Ты в порядке? — повторил свой вопрос мужчина, ответив на мой мысленный вопрос.

— Да… Пить, пожалуйста, дайте мне пить! — взмолилась я, покосившись на кувшин с водой, стоящий на столе.

Драго Риверден налил стакан воды и поднёс мне. Жадно прильнув к краю губами, я залпом осушила стакан и стала дышать чаще, чтобы немного отдышаться.

— Теперь лучше?

Я кивнула и выдавила улыбку.

— Ну что же, тогда нам можно, наконец, поговорить о твоём поведении, Айрэн!

Часть 19. Дамиан

Меня немного выбило из состояния привычного равновесия и спокойствия поведение Айрэн. Не следовало ей выбираться на трибуну и выступать перед народом, не следовало делать что-то без согласования со мной, но эта строптивица решила поступить по-своему. А ведь я сказал ей ещё в таверне, что не поддерживаю идею с праздником, но ведьмочка успешно сделала вид, что она не слышала моих слов. Если честно, я не ожидал, что людей взбодрит её предложение: мне казалось, что они покрутят пальцем у виска и обвинят в том, что Айрэн желает праздника, когда у некоторых семей траур, но они обрадовались. Мне показалось, что сплочённость на самом деле подбадривала их.

Сейчас, глядя на супругу, я пытался понять, чувствует ли она себя виноватой, и обратил внимание, что девушка запугана. Айрэн смотрела на меня как-то странно, словно опасалась, что прикажу четвертовать её за случившееся. Неужели я дал ей хоть один повод так плохо думать обо мне? Дал ведь… Вспоминаю наш первый разговор в карете. Тогда я был зол из-за того, что меня пытались превратить в безмозглого шута, думая, что я не почувствую обмана, а когда я ощутил присутствие оружия, то окончательно потерял контроль над собой. Но ведь я не причинил ей вреда.

— Послушай, Айрэн, в этот раз у тебя всё получилось, но впредь ты не должна делать то, что взбредёт в голову. Это не твоя деревня, где любая ведьма может перебить старейшину и выступить со своим заявлением. У нас не терпят и не прощают подобного поведения, — начал я спокойным голосом.

— Вашим подданным понравилась моя идея. Они смогли успокоиться! Вы видели блеск в их глазах? Драго Риверден, я не считаю себя виноватой! — выдавила ведьма, стараясь не смотреть мне в глаза.

— Почему-то я и не ждал, что ты начнёшь извиняться или признаешь свою неправоту. В любом случае, ты поступила предосудительно, Айрэн. Мне придётся объясниться перед советниками, почему я вдруг дал слово супруге, которая должна оставаться моей безмолвной тенью.

Айрэн сверкнула на меня разгневанным взглядом и негромко фыркнула что-то себе под нос. Ей не понравились мои слова, и я прекрасно понимал это, но ничего не мог поделать с собой — я сказал ей правду. Такие правила устоялись, и мы не могли отступать от них, даже если бы сильно захотели этого.

— Вы позволите мне приступить к подготовке зелий для встречи с выжившей ведьмой?

— Айрэн, я не хочу, чтобы ты убегала от разговора. Я хочу увидеть в твоём взгляде понимание, убедиться, что ты больше не станешь поступать столь опрометчиво. Прошу тебя, скажи, что ты понимаешь меня?..

— Вы хотите правду? — Айрэн воззрилась на меня, чуть сощурившись и выдавив улыбку. — В таком случае я не стану говорить, что понимаю и принимаю ваши слова, но впредь я постараюсь сделать всё, чтобы выглядеть тенью своего супруга, пока наш брачный договор в силе. После того, как он будет расторгнут, я с превеликим удовольствием покину это место и забуду о ваших порядках, как о страшном сне.