В рабстве её любви (СИ) - Романтика Анна - Страница 38

– Интересно, что бы сказал Адриан, если бы увидел это? – вдруг произнесла я вслух, и мою реплику тотчас перехватили лишние уши.

– Полагаю, ничего путного.

Это был Оливер.

Он так же остался у меня работать – и его появление на стройплощадке объяснялось лишь одним: моя матушка приехала в поместье, и, не найдя меня там, попросила моего управляющего проводить туда, где я дневала и ночевала последние пару месяцев.

На реплику мистера Оливера я ничего не успела ответить – в беседу тотчас вступила моя разочарованная матушка:

– Ах, как я и думала – тут совершенно нет ничего интересного. И почему ты проводишь здесь все летние дни? Мистер Оливер, – обратилась она к мужчине, что сопровождал ее сюда. – Подождите меня немного, я тут не останусь надолго.

– Скоро тут будет все совсем по-другому, мама, – улыбнулась я, показывая: – Вот тут я сделаю въезд. Он будет представлять из себя роскошную липовую аллею, правда чудесно? А вот там, чуть левее, манеж и разминочное поле. При нем будет содержаться школа верховой езды. Сейчас мы возводим конюшни и подсобные помещения, и, по крайней мере этой осенью, я уже…

– Ладно, ладно, – прервала меня матушка, не в состоянии переварить столько ненужной для нее информации. Потерев виски, она сдалась: – Если тебя делает это счастливой – продолжай возиться со своими лошадьми. Но не забывай! Ты все еще не одинока! Неужели достойный супруг так проигрывает по сравнению с этими несуразными, лишенными всякого лоска конюшнями?!

– А я считаю, что постройки очень даже неплохи, – посторонний голос обрубил причитания моей матушки.

Повернувшись, мы могли увидеть красивого, высокого джентльмена. Его лицо было чисто выбрито, на голове красовалась модная шляпа-канотье. Нет, весь его образ, от накрахмаленных манжетов до тщательно начищенных кончиков ботинок сверкал изысканностью.

И все-таки, цена этих вещей была не так интересна, как человек, что носил их. По крайней мере для меня.

– Мистер Вудд… – растерялась я, совершенно позабыв обо всех манера разом. – Вы приехали?

– Простите, что так долго, – ответил Адриан, затем немного неловко кивнул моей матушке.

Та тоже слегка поклонилась, пока ее взгляд нетерпеливо рассматривал подошедшего мужчину. Она не была знакома с сыном человека, которого любила когда-то. Точнее, это было впервые после долгих лет, пкогда они вновь встретились.

– Очень похож на своего отца, – вынесла она вердикт – не то расстроенно, не то, напротив, с толикой удовлетворения. Не дожидаясь какого-то ответа, мама просто отошла чуть в сторону, туда, где мистер Оливер рассматривал строительные чертежи.

Мы с Адрианом немного помолчали, не зная, с чего начать разговор. Если говорить откровенно, я, хоть и ждала этого мужчину, уже смирилась с мыслью, что он скорее всего не придет. Мы не виделись чуть меньше года – пока мой возлюбленный лежал в госпитале с ранением, я, вопреки его наставлениям, написала Его Величеству о том, что бывший герцог чуть было не погиб, спасая меня из объятий пламени. Я все еще хотела, чтобы его титул вернули.

Так и получилось. Король не выбросил прошение, а милостиво удовлетворил его. Теперь у Адриана открылись новые возможности, но он ничего не сказал, когда выздоровел и узнал о том, что теперь снова носит титул дворянина. Получив обратно свой замок и уезд, он просто исчез…

Я мнила это наказанием за вмешательство в его жизнь.

– Вижу, строительство новой конюшни идет полным ходом? – спросил Адриан, делая шаг ко мне чуть ближе. – Не требуется ли вам профессиональный конюх? Видите ли, я отдал свой замок под устройство университета... И мне снова негде жить и не на что есть.

Удивленная репликой, я повернулась к собеседнику, встречаясь в его глазах с той же нежностью и теплом, о которых вспоминала каждый день.

Он не злится на меня. По крайней мере – теперь точно нет.

Я улыбнулась его шутке, разрываясь от желания прижаться к этому мужчине и поцеловать его. Думаю, он хотел примерно того же, потому что осторожно подался навстречу, чуть приоткрыв свои красивые полные губы.

Очень некстати моя мама решила прокомментировать его просьбу, тем самым выдавая факт того, что все это время подслушивала нас:

– Конюх? Ей требуетсямуж!

– Мама…

– Ну а что? – возразила она, снова повернувшись к равнодушному Оливеру, обращаясь уже к нему: - Теперь он снова герцог, а неженатые герцоги на дороге не валяются!

Подарив Адриану извиняющуюся улыбку, я взяла его под руку, направляя в ту сторону, где садовники заготавливали маленькие липовые саженцы. Так мы оказались мгновенно скрыты от посторонних глаз.

– Почему вы исчезли тогда? – решилась я, наконец, спросить то, что не давало покоя прошедший год. – Я ждала вас все это время…

Адриан, услышав это, ласково взял мою ручку в свою, немного сжав. Собравшись с мыслями, он назвал причину:

– Мне было очень стыдно.

– Стыдно?

– Да… Вроде бы мужчина, вроде бы пообещал, что буду защищать вас. А что в итоге? Одна из ваших лошадей сгорела, конюшня была полностью разрушена… Мне больно представлять себе, как вам было страшно тогда, запертой в ловушке, на грани жизни и смерти.

– Вы ведь пришли.

– Но не я был тем, кто спас вас, а мистер Оливер. Слава богу, хоть у него хватило ума сделать для вас что-то полезное…

Я хотела было возразить, но в самый последний момент поняла, что это звучало подобно уговорам. Не важно, кто именно спас меня в ту ночь. Главное, что люди остались живы, вилланы признали свои ошибки и перенаправили свою энергию в полезное русло. Адриан был серьезно ранен – но несмотря на это, так же, как и сейчас, нежно и уверенно держал мою руку в своей, поставив свою жизнь на спор с удачей во имя поддержки и утешения.

– Потом, когда все закончилось, я вернулся в родовой замок. Я хотел доказать, что имею право стоять рядом с вами. Видите ли, мужчине нелегко отказаться от своих слов… Но и путем своего отца я не мог больше идти. Таким образом, вместо того, чтобы ломать чужие судьбы, пытаясь что-то доказать окружающим и самому себе, я решил вложить деньги и накопления в формирование университета, – немного горделиво поведал Адриан. – Ваша идея о конном заводе натолкнула меня на эту мысль! Я подумал, если графиня Брэйнхорт нашла такое прекрасное применение своим деньгам – то почему я не могу? Растить новые умы, вкладывать в них все самое лучшее…

– Образование творит чудеса, – кивнула я, пытаясь показать, что понимаю намерения этого человека. – Просвещённая молодежь – прекрасная почва для будущих перемен к лучшему.

Адриан улыбнулся, наклонившись к моему лицу – так, что наши носы почти касались друг друга. Глазами, полными летнего солнца, он скользил по моим чертам, пока его свободная ладонь ласково поглаживала кончик моего подбородка.

Мое сердце утонуло в нежности. Я уже почти прикрыла свои глаза, потянувшись навстречу обожаемым губам, как вдруг со стороны входа в галерею услышала слабый шепот Оливера:

– Да целуй ты ее, господи! Сколько можно трепаться обо всякой ерунде…

– Точно!.. – недовольно цокнула моя матушка.

Кажется, это замечание услышала не только я, но и Адриан, так как он тотчас прыснул со смеху, с трудом удерживая хохот. В тот же миг на своих губах я почувствовала его – горячие и дерзкие. Конечно, при свидетелях он мог бы ограничится только самым скромным поцелуем, но уже этого долгожданного прикосновения было достаточно, чтобы сердце неистово заколотилось – будто самый быстрый цокот лошадиных копыт.

– Миссис Брейнхорт, – произнес он, обвив руками мою талию. – Не желаете ли сменить вашу фамилию на более короткую?

Конец.