Выбрать книгу по жанру
Фантастика и фэнтези
- Боевая фантастика
- Героическая фантастика
- Городское фэнтези
- Готический роман
- Детективная фантастика
- Ироническая фантастика
- Ироническое фэнтези
- Историческое фэнтези
- Киберпанк
- Космическая фантастика
- Космоопера
- ЛитРПГ
- Мистика
- Научная фантастика
- Ненаучная фантастика
- Попаданцы
- Постапокалипсис
- Сказочная фантастика
- Социально-философская фантастика
- Стимпанк
- Технофэнтези
- Ужасы и мистика
- Фантастика: прочее
- Фэнтези
- Эпическая фантастика
- Юмористическая фантастика
- Юмористическое фэнтези
- Альтернативная история
Детективы и триллеры
- Боевики
- Дамский детективный роман
- Иронические детективы
- Исторические детективы
- Классические детективы
- Криминальные детективы
- Крутой детектив
- Маньяки
- Медицинский триллер
- Политические детективы
- Полицейские детективы
- Прочие Детективы
- Триллеры
- Шпионские детективы
Проза
- Афоризмы
- Военная проза
- Историческая проза
- Классическая проза
- Контркультура
- Магический реализм
- Новелла
- Повесть
- Проза прочее
- Рассказ
- Роман
- Русская классическая проза
- Семейный роман/Семейная сага
- Сентиментальная проза
- Советская классическая проза
- Современная проза
- Эпистолярная проза
- Эссе, очерк, этюд, набросок
- Феерия
Любовные романы
- Исторические любовные романы
- Короткие любовные романы
- Любовно-фантастические романы
- Остросюжетные любовные романы
- Порно
- Прочие любовные романы
- Слеш
- Современные любовные романы
- Эротика
- Фемслеш
Приключения
- Вестерны
- Исторические приключения
- Морские приключения
- Приключения про индейцев
- Природа и животные
- Прочие приключения
- Путешествия и география
Детские
- Детская образовательная литература
- Детская проза
- Детская фантастика
- Детские остросюжетные
- Детские приключения
- Детские стихи
- Детский фольклор
- Книга-игра
- Прочая детская литература
- Сказки
Поэзия и драматургия
- Басни
- Верлибры
- Визуальная поэзия
- В стихах
- Драматургия
- Лирика
- Палиндромы
- Песенная поэзия
- Поэзия
- Экспериментальная поэзия
- Эпическая поэзия
Старинная литература
- Античная литература
- Древневосточная литература
- Древнерусская литература
- Европейская старинная литература
- Мифы. Легенды. Эпос
- Прочая старинная литература
Научно-образовательная
- Альтернативная медицина
- Астрономия и космос
- Биология
- Биофизика
- Биохимия
- Ботаника
- Ветеринария
- Военная история
- Геология и география
- Государство и право
- Детская психология
- Зоология
- Иностранные языки
- История
- Культурология
- Литературоведение
- Математика
- Медицина
- Обществознание
- Органическая химия
- Педагогика
- Политика
- Прочая научная литература
- Психология
- Психотерапия и консультирование
- Религиоведение
- Рефераты
- Секс и семейная психология
- Технические науки
- Учебники
- Физика
- Физическая химия
- Философия
- Химия
- Шпаргалки
- Экология
- Юриспруденция
- Языкознание
- Аналитическая химия
Компьютеры и интернет
- Базы данных
- Интернет
- Компьютерное «железо»
- ОС и сети
- Программирование
- Программное обеспечение
- Прочая компьютерная литература
Справочная литература
Документальная литература
- Биографии и мемуары
- Военная документалистика
- Искусство и Дизайн
- Критика
- Научпоп
- Прочая документальная литература
- Публицистика
Религия и духовность
- Астрология
- Индуизм
- Православие
- Протестантизм
- Прочая религиозная литература
- Религия
- Самосовершенствование
- Христианство
- Эзотерика
- Язычество
- Хиромантия
Юмор
Дом и семья
- Домашние животные
- Здоровье и красота
- Кулинария
- Прочее домоводство
- Развлечения
- Сад и огород
- Сделай сам
- Спорт
- Хобби и ремесла
- Эротика и секс
Деловая литература
- Банковское дело
- Внешнеэкономическая деятельность
- Деловая литература
- Делопроизводство
- Корпоративная культура
- Личные финансы
- Малый бизнес
- Маркетинг, PR, реклама
- О бизнесе популярно
- Поиск работы, карьера
- Торговля
- Управление, подбор персонала
- Ценные бумаги, инвестиции
- Экономика
Жанр не определен
Техника
Прочее
Драматургия
Фольклор
Военное дело
Немного любви (СИ) - Якимова Илона - Страница 36
— Настоящего разговора не было, Эла, я тебя не отпускал.
— Отпустишь, куда денешься. Спрашивай. Здесь и садись, — и села на ступени храма.
— Тут же холодно.
— Какая трогательная забота под дулом «глока». Да какая разница? Я неплодна, ты больше не зачнешь. Нам уже всё равно. Нам можно всё. Но для начала беседы признайся сам: к чему была вся предыдущая комедия?
— К тому, чтобы ты доверилась, не заподозрила раньше времени и не исчезла. Мне удалось?
— Вполне. О, вполне.
Человек не меняется — если однажды предал тебя, предаст тебя снова. Мужчина не меняется никогда в своем единожды принятом отношении к женщинам, и если он говорит тебе, что ты другая — то верный признак подставы. А она снова купилась, потому что решила, что Ян не предаст ее дважды. Это Ян-то! Думаешь, что ты считала другом? Приглядишься — а там пустота. А что ты любила? Ее, родимую. Наиболее страшный кошмар: люди не то, чем кажутся, больнее всего предает самый близкий. Одно хорошо — опыт, возраст, профессия, квалификация подготовили ее к тому, чтобы не испытывать глубокого, жгучего разочарования, как когда-то. Только усталость — ну вот опять, то же самое, как ему не надоест. Убить? Да пожалуйста. А вот предавать больше не нужно.
— Кроме того, мне любопытно было посмотреть, во что превратила тебя жизнь, — уточнил он. — Ничего личного.
— Да, помню, у тебя же «нет никаких особенных чувств» ко мне.
— Ты, видимо, пожизненно будешь вспоминать мне эту фразу? Ты же знаешь, дело не в чувствах.
— А в чем? Дело всегда в чувствах, ну или в их отсутствии. Вот у тебя их нет, чувств. Тогда что ты делаешь здесь?
— А тебе не приходит в голову, что дело может быть в чувствах не к тебе? Только на тебе замыкается мир, да, Эл?
— Да, Яничек, да. Мой мир замыкается на мне. И на тебе твой собственный. Ты даже не представляешь, насколько мы одной крови... То, что ты хочешь меня убить, это я поняла, не очень поняла почему.— Потому что четыре убийства, Эла, — это немного слишком. На три из них я бы закрыл глаза, мне нет дела до общей морали, ты знаешь, но вот четвертое...
— Давно ты узнал?
— Недавно.
— И как догадался?
Хороший вопрос. Ему не хотелось сдавать источники информации, что бы там ни было дальше.
— Все одно к одному.
— Умненький. И всегда был.
— Спасибо.
— И что не так с четвертым?
Он ожидал, она хоть для приличия отопрется. Хотя, да, какие между ними уже, к черту, приличия. Но чтобы так, в лоб, спокойно согласилась...
— Четвертая, — пояснил хладнокровно, — была моя женщина.
А святой-то, остро пронеслось у нее в голове, выполняет желания! Святой, святой, а туда же, понимает толк в блюде, которое подают холодным. Вот что значит средневековый менталитет!
— И что? Одной женщиной больше у Яна Грушецкого, одной меньше... кто их там считает. А предыдущие три не твои, их было можно в расход, да?
— Я ее любил, Эла.
Прозвучало очень больно. Очень-очень больно оно прозвучало.
— Ты любил?! Яничек, ты, сука, адреналиновый наркоман с отбитой нахер привязанностью, ты... Ты вообще не способен любить никого на свете, гребаный ты нарцисс!
— Вот сейчас было грубо. Я любил ее. И мы ждали ребенка.
Так вот что помешало, отметила в уме, поэтому девка сияла двойным. Но кто ж знал. Очень скверно не иметь опыта в таком тонком деле:
— Оу, соболезную. Действительно неудобно получилось... Чем их жизни ценнее моей?
Чудом сдержался и не ударил.
То еще испытание видеть ту, которую когда-то считал очень близкой, сейчас абсолютно чужой. Щурилась с презрением, резала взглядом. И ранее испытанный морок сошел, он не мог, как ни старался, больше найти в себе ни капли тепла. Он говорил с ней, как со своей, с бывшей, но своей, пытался, но слова проваливались, явно не долетая до сердца, словно тело ее было заполнено до отказа чужой жизнью.
Он даже знал, чьей. Наталки и их нерожденного ребенка.
А Элы больше нет, как сказала ее собственная мать. Хотя пани Криста — тот еще источник информации. То, что сидит напротив на ледяных камнях заколоченного храма, подобравшись, засунув руки в карманы — только видимость прежней Элы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})Глава 11. Под прицелом
— Я знал с самого начала, что это ты. Только не хотел верить. Я ждал тридцать девять дней, что ты придешь и скажешь, на кой черт тебе это понадобилось. И почему, если хотелось убить, нельзя было убить меня. Но ты не пришла. Поэтому пришел я сам.
— Откуда я могла знать, что ты всех своих баб возишь в «Гаштал»? Правда, эта была такая... штампованная, что я сразу подумала — во, как твоя, тебе бы понравилась. Ни головы, ни жопы, все, как ты любишь. Наверное, меня это и подтолкнуло. Я увидела полную дуру...
— Натали не дура!
Она взглянула на него с недоверием, мол, горе слепит глаза, конечно, но чтоб настолько... и удержалась от аргументации.
— Это случайно вышло. Я увидела молодую идиотку, она бесила, она подходила. А тут еще и «Гаштал». Воспоминания подхлестывают, знаете ли, пан Грушецкий. Я бы тогда, после встречи с тобой да у «Гаштала», высосала и сотню беременных долговязых дур. Так я тебя тогда ненавидела...
— А теперь?
— И теперь не то чтобы люблю. Между ненавижу и презираю не могу подобрать верного термина.
— Годится, — следил за ней внимательно и цепко.
— И что ты станешь делать с моим признанием? Доказать-то ничего нельзя. Запишешь в книжечку, пойдешь к Новаку?
— Тут как раз все просто. Освобожу тебя от тебя самой.
— То есть, убьешь. Понятно. Ты всегда говорил красиво. Ну, давай, — и запрокинула голову, зажмурилась в черное небо, белое горло в раскрытом вороте куртки напряглось, вена билась, там текла теплая кровь. Чья теплая кровь там текла?
— Не так. Мне нужна правда. Теперь я хочу всё. Всю тебя. Рассказывай.
«Глок» глядел прямо на нее из его изящной руки. Если вспоминать, как он касался той самой рукой ее тела, будет особенно больно. Смерть прекрасней без воспоминаний, под анестезией. Хотя все одно штука довольно неприятная.
Давно он так не смотрел на женщину, как если бы вправду бил на взлете, и это была не любовь. Новак опять сказал бы это смешное словцо, ктырь, однако вот сейчас, верно, он брал ее целиком, но на уровне духа. До последнего вздоха, до сухого остова. Пусть отдаст. И если сможет выжить, тогда поговорим снова.
Повисло молчание, опустила голову, рваная челка поползла на лицо, углы губ опустились:
— Что именно «всё» тебе рассказать? Какую именно правду?
— Зачем ты убивала?
— Жизнь — это впечатление, Ян, ощущение. Ты был прав. Надо брать ее, покуда возможно, потому что потом — там — не останется ничего. Я не знаю, как объяснить тебе, но попробую. Душа — легкий белок, она быстро плавится ненавистью, перерабатывается в спирты и сахара, вызывает опьянение... эйфорию, если употребишь. У некоторых биологических видов чужая душа является неотъемлемым компонентом диеты. Например, у нас...
— Как это было?
— Случайно... до четвертого раза. Самое важное — уловить тактильно последний удар сердца, в нем все мысли, все воспоминания, самый сок, питательный бульон. Видишь, как в ускоренной перемотке, чем оно жило, пока не попалось тебе... От четвертого раза очень был странный вкус, подташнивало даже.
— Что бывает потом?
— Прилив сил, омоложение тела, желание жить.
— Ты можешь исторгнуть сожранное?
— Не знаю. В записях ничего не было.
В записях было, но он-то об этом не знал. Для королевы летних стрекоз вернуть забранное — погибнуть.
— Где записи?
— В реке.
— Значит, придется проверить на практике... ты их отпустишь, Эльжбета.
— Она еще шевелится во мне, а плод уже нет, он погас первым. Я могу отпустить ее, но ты-то ничего для себя уже не получишь.
— Главное, что их не получишь ты. Моя женщина и ребенок не послужат вашему чудовищному обмену веществ.
— Так уж и чудовищному. Пищевая цепь, и только. Любовь — это еда. Когда ее нет, умираешь от голода.
- Предыдущая
- 36/38
- Следующая