Мы под запретом (СИ) - Фокс Нана - Страница 12

Ее ладошки запутываются в моих волосах на затылке, притягивая меня максимально близко. Она тянется ко мне, словно обезвоженный путник за глотком воды из хрустального ручейка.

Опускаю ладони на ее шикарную попку, небольшую, упругую и сексуально- аппетитную. Приподнимаю, побуждаю малышку обвить мою талию своими точеными ножками. Понимает с полувзгляда, крепко цепляется и вот уже смотрит на меня чуть свысока. Повторяет мой жест, обнимая своими нежными ладошками мое лицо и с ехидно-жадными искорками в затуманенных глазах берет в жаркий плен мои губы.

А я капитулирую без боя. Сдаюсь на милость мелкой воительницы и тех эмоций, что бурлят во мне, унося мой разум за пределы Вселенной.

И лишь громкий сигнал остановки кабины на нужном нам этаже вынуждает меня на мгновение вернуться в реальность. Несколько шагов, поворот ключа в замочной скважине, хлопок закрывающейся двери, отгораживающей нас от всего мира и срывающей последние предохранители на дымящемся котле моей сдержанности.

— В душ или?.. — предлагаю я, скользя губами по тонкой коже ее беззащитной шеи, прикусываю и тут же слизываю чувственную боль.

— Хочу тебя… — все, что может простонать Белка, часто дыша и запрокидывая голову и открывая мне больший простор для ласк.

Ее хриплый голос колючей волной проходит по позвоночнику. Я усаживаю свою драгоценную ношу на высокую тумбу прямо в прихожей, сил идти в спальню у меня уже нет.

До одури хочу ее, вот такую — разгоряченную, откровенно жадную до ласк и искренне невинную в своих действиях! К черту прелюдию, к черту сдержанность, к черту все, что мешает сейчас наслаждаться друг другом!

Ловлю ее расфокусированный взгляд, желая убедиться, что ее жажда ничуть не меньше моей, и все происходящее заводит нас до взаимного безумия. Она лишь кивает, когда мои руки начинают расстегивать пуговки на поясе ее брюк. Цепляется за плечи, приподнимая попку и позволяя стянуть брюки вместе с лоскутком алого кружева. Чуть дрожит и прикрывает глаза, когда я пальцами прохожусь по влажным складочкам, раскрывая ее для откровенных ласк.

Шелк ее кожи, жар ее тела, хрип ее стонов…

Боже, я держусь из последних сил! А ее ладошки, соскользнув с моих плеч, робко, но целенаправленно устремляются по напряженному прессу, под пояс джинсов, цепляя резинку боксеров.

— Не спеши, милая. — Я перехватываю Белку за запястья, тормозя исследовательский процесс. — У тебя еще будет на это время, — выдыхаю в приоткрытые губы, прихватывая зубами нижнюю. — Но чуть позже, — обещаю ей.

Боюсь, если она сделает то, о чем я мечтаю еще с клуба, я постыдно кончу в штаны, даже не успев их спустить. Упираюсь лбом в ее лоб, быстро стягиваю мешающую мне одежду, освобождая из плена стоящий колом член. За пару секунд раскатываю по нему прозрачный латекс и, проведя головкой по припухшим складочкам, как идиот, любуюсь тем, как непорочно красиво все это выглядит.

— Да? — спрашиваю разрешения, уткнувшись носом в изгиб нежной шеи.

Уловив нетерпеливые движения женских бедер навстречу мне, одним плавным движением погружаюсь в ее узкую влажность, замираю на мгновения, потеряв возможность и мыслить, и дышать.

Это охрененно, это до взрыва мозга охрененно чувственно! По телу молнией проходит наслаждение, побуждая двигаться чуть медленнее, чем хотелось бы. Белка впивается в мою спину острыми ноготками, напористо тянет меня, стремясь усилить контакт, а я дурею от того, как жаркие стеночки ее лона плотно сжимают член.

Я на пределе, и всего лишь пара фрикций поставит точку в этом забеге быстрого удовольствия. Малышка стонет и ловит мой ритм.

— Белка, я не выдержу долго, — сиплю сквозь плотно сжатые зубы, упираясь лбом в ее лоб.

Она лишь часто дышит и подается навстречу. Выгибает спину, усиливая наш контакт, закусывает губу и… ярко взрывается стоном экстаза, как только мои пальцы находят горошинку клитора.

Догоняю малышку спустя несколько секунд, с громким рыком удовольствия изливаясь в нее, на время лишаясь рассудка и утопая в вязком мареве эйфории.

— Теперь точно в душ, — повторяю свое первоначальное предложение, немного оклемавшись от спринтерского забега.

— Нет. — Белка ловко спрыгивает с тумбы, поворачивается ко мне спиной и, словно точно знает, где у меня спальня, направляется туда. — Хочу тебя еще…

Она дразнит меня — шагает на носочках по тонкой линии, соблазнительно покачивая аккуратной попкой. Стягивает футболку, отбрасывает ее в сторону и, абсолютно нагая, исчезает за дверью.

В один прием скидываю с себя остатки одежды, выкидываю в мусорку использованный презерватив и вспоминаю, хватит ли запасов на сегодняшнюю ночь, потому что то, что вижу я, войдя в комнату, откровенно говорит: ночь будет жаркой.

Белка стоит на кровати на коленях, выставив зад, и, широко расставив ножки, пальчиками ласкает себя…

Глава 8

*Кира*

Мне так не хочется выныривать из теплого кокона, опутывающего меня, из плена томных сновидений. Я жмурюсь еще крепче, ныряя под одеяло с головой, и утыкаюсь носом в голую мощную грудь своего мужчины. Всеми легкими вдыхаю будоражащий аромат и моментально проваливаюсь в омут бесстыдных воспоминаний прошедшей ночи.

Чувствую, как заливаюсь краской стыда от макушки до пят. Щеки полыхают, как маков цвет, а неугомонная память подкидывает в топку смущения картинки, одну пошлее другой. Боже, и это все я?! Я это вытворяла?! Я это позволяла с собой вытворять?!

Ох… Блин… Но как же это…

У меня просто нет слов! Я не девственница в прямом смысле этого слова, но вот во всем том, что было прошлой ночью я определенно чиста и невинна. Была…

Выныриваю из-под одеяла, распахиваю осоловелые глаза и, затаив дыхание, прислушиваюсь к каждой клеточке своего удовлетворенного организма. И пусть сейчас мне немного некомфортно между ног (сказывается отсутствие в моей молодой и наивно-скромной личной жизни нормального секс-партнера), я словно парю в облаках удовлетворения. Тело сладко ноет, а некоторые мышцы, о существовании которых я и не подозревала, просят повтора физнагрузок с завидной регулярностью.

Я улыбаюсь, словно сытая кошка, потягиваюсь и тихонько поглядываю на противоположную сторону кровати. Дыхание на миг замирает вместе с не искушенным в любовных делах сердцем. В голове легкий туман, и чувство безмятежности растекается по телу медовыми потоками.

Мой Мистер Шоколадка красив, как бог! Греческий профиль, крупные скулы и квадратный подбородок, покрытый отросшей за ночь щетиной, немного пухлые губы, нос с небольшой горбинкой и черный веер ресниц, широкие плечи, узкие бедра и длинные прокачанные ноги. А руки! Ох, эти руки с литыми мышцами бицепсов, трицепсов и… с широкими ладонями, ласкавшими меня полночи, доводившими до исступления, державшими на грани и толкавшими в пропасть экстаза!

От одного взгляда на него меня вновь бросает в омут чувственных желаний. Между ног сладко ноет неутомимое возбуждение, опаляя бедра жаром, а кончики пальцев покалывает от желания прикоснуться к его мускулистой груди, пробежаться по кубикам пресса и обхватить…

Сглатываю моментально скопившуюся во рту слюну и прикусываю нижнюю губу до легкой отрезвляющей боли.

Я хочу его до одури, но если сейчас хотя бы прикоснусь, то уже не сдержусь, а мне, как той Золушке, уже пора смываться с этого праздника жизни. Окидываю его напоследок жадным взглядом, стараясь запечатлеть в памяти вот такого — расслабленного, сонно-довольного, слегка улыбающегося.

Откидываю одеяло, соскальзываю с кровати на пол и, стараясь не потревожить его богатырский сон, на носочках выскакиваю за дверь спальни. Подбирая с поло сброшенные вещи, двигаюсь от одной к другой, как турист в неизведанной чаще по ярким меткам-путеводителям. В прихожей, натянув джинсы, взбодрив пальцами свои растрепанные волосы, я зависаю на мгновение с шариковой ручкой в одной руке и блокнотом в другой.

Озорно улыбаюсь и оставляю ему послание: «Спасибо тебе, мой Мистер Шоколадка! Я обожаю сладкое, но меру надо знать во всем! Целую. Белка».