Большой медицинский обман - Рюш Ганс - Страница 45

После введения читателям «успокоительного средства» Гальтон переходит к следующему излюбленному клише правящих кругов. На ком лежит основная ответственность за жестокое обращение с животными? Разумеется, на зоозащитных организациях – это знает каждый. Гальтон пишет:

Обратите внимание на небольшое различие, а именно, слово «использовали» применительно к опытам на животных и «убили» применительно к больным, бездомным или ненужным животным, для избавления их от дальнейших страданий.

А в конце статьи, после полного введения читателей в заблуждения автор наносит им нокаут:

Гальтон забыл еще про трансплантации. Любой знающий человек сможет убедительно опровергнуть его голословные заявления. Например, у животных кожа реагирует на ожоги совсем иначе, нежели у человека: в первом случае образуются отеки, во втором – ожоговые пузыри. В случае ожога более трети кожи люди умирают в наши дни точно так же, как и тысячу лет назад. А в октябре 1980 года профессор Луиджи Спровьери (Luigi Sprovieri), один из отцов экстракорпорального кровообращения и многолетний партнер парижского профессора Дюбо, заявил на медицинском конгрессе в Сорренто перед сотнями своих коллег из разных стран следующее:

Длинный ряд известных хирургов, от Лоусона Тейта (Lawson Tait), разработавшего в конце XIX века большинство приемов оперирования, которые до сих пор используются, и до практикующего британского врача, профессора Р. Бельчера (R.J. Belcher), назвали бы рассуждения Гальтона о хирургии ложью. То же самое касается и прочих его заявлений. Но New York Times не стала печатать опровержения, которые посыпались в редакцию со всех сторон.

27 марта 1978 года американский новостной журнал Newsweek напечатал статью «Животные в лаборатории» (Animals in the Labs), его авторами были Петер Гвинн (Peter Gwynne) и Шарон Бегли (Sharon Begley). Оба журналиста постарались придумать новые оправдания бессмысленной практике. Вот пример:

До 1978 года Министерство пропаганды и обмана использовало для достижения своих целей СМИ, которые формируют общественное мнение и заставляют людей верить в то, что опыты на животных необходимы для благополучия людей, а используемые животные не испытывают практически никакого дискомфорта, ведь гуманизм экспериментаторов полностью их защищает. Когда книга «Убийство невинных» привела неопровержимые и шокирующие доказательства обратного, могущественные заведения смогли за короткое время ее запретить. Но у антививисекционистского сообщества в дополнение к известным этическим аргументам появилась, наконец, твердая научная опора, которая стала точкой отсчета в борьбе и объектом борьбы.

Национальное общество медицинских исследований опять заказало большую газетную статью. Чтобы прогнать призрак отмены опытов на животных, стратегию рассуждений о необходимости вивисекции пришлось несколько изменить.

Статья та авторства некоей Патриции Кёртис (Patricia Curtis) появилась опять в приложении к New York Times 31 декабря 1978 года. Уже ее заголовок должен был показать, что медицинские «верха» с 1967 года начали идти на попятную. На сей раз она называлась «Дело против экспериментов на животных» (The Case Against Animal Experimentation). Но осталось настоящее «дело» преимущественно в заглавии, об этом редакция Национального общества медицинских исследований тщательно позаботилось. Именно ученые сменили тон с целью вставить палки в колеса антививисекционному движению. «Причина роста обеспокоенности у многих ученых состоит в открытиях, сделанных самой наукой», – вот одно из потрясающих заявлений госпожи Кёртис.

Поэтому совсем не удивительно, что дальше мы читаем строчки, типа: «Безусловно, многие медицинские открытия, начиная с вакцины от полиомиелита и кончая физиологией реакции на стресс, были сделаны через эксперименты на животных».

Введя это клише, неправильность которого раскрыли медицинские авторитеты (многих из них мы процитировали в «Убийстве невинных»), Кёртис без какого-либо неодобрения пишет:

Стиль этого сухого сообщения с научным звучанием похоже на манеру письма самих экспериментаторов.

Далее Патриция Кёртис пишет следующее:

«Здоровье населения»? «Научный прогресс»? Патриция Кёртис ничего не говорит миллионам своих читателей о том, что Национальное общество медицинских исследований состоит не из самоотверженных ученых и альтруистичных медиков (как можно подумать по высокопарному названию этой организации), а всего лишь из лоббистов в лице разводчиков лабораторных животных, и какое-либо ограничение вивисекции подвергло бы опасности их прибыль. Много лет назад это самое Национальное общество возникло с подачи Лабораторий Чарльза Ривера (Charles River Laboratories), и цель преследовалась одна-единственная: продвигать использование лабораторных животных. Складывалось все более чем успешно, в том числе и благодаря помощи нерадивых журналистов, вроде Патриции Кёртис. И сегодня «Чарльз Ривер» является транснациональной корпорацией и имеет отделения в Италии, Великобритании, Франции и Германии (чтобы ей легче было вводить в заблуждение читателей, Патриция Кёртис, как и многие коллеги ее, сперва снискала репутацию защитника животных и для этого без устали писала милые «истории о братьях наших меньших»).