Сделка с вечностью (СИ) - Хай Алекс - Страница 46

— Как-то неряшливо для монаха. А ведь еще лекари...

— Я не лекарь, а калекарь, — Фастред указал на свой меч. — Это брат Аристид все пытается сделать из меня человека.

— Да чего из вас человека делать? Вон, и так неплохо вышло. В монахи плохих людей не берут.

— Разных берут, — тихо отозвался брат-протектор.

Полин покраснела и задержала взгляд на лице Фастреда дольше обычного.

— Значит, вы теперь уйдете? — наконец спросила она.

— Да. Мы дорого обходимся твоей деревне.

— Но рыба-то ничья.

— Зато у хлеба всегда есть хозяева. Так нужно.

— И куда пойдете?

— Не знаю. На север, наверное. По тракту.

Полин вцепилась обеими руками в его ладонь.

— Возьмите меня с собой. Прошу!

Фастред опешил.

— Это еще зачем?

— Мир повидаю. Не хочу состариться, сидя на одном месте.

— Ты говоришь это монаху. Монахи обычно сидят в холодных каменных домах, молятся, переписывают книги и никуда не выезжают.

— Но этот монах, — она ткнула пальчиком в сюрко Фастреда, — видел полмира. По суше гулял, по морю плавал. Может я тоже хочу стать такой монахиней.

— Такой точно не захочешь. — Брат-протектор высвободил ладонь из удивительно крепкой хватки девицы. — Не говори глупостей, Полин. Тебе наверняка подберут хорошую партию здесь.

— Но я не хочу здесь, понимаете?

Монах улыбнулся.

— Я знал одну девицу. Ее зовут Эльга, она теперь уважаемая женщина и живет в Хайлигланде. Отважная и умная — прямо как ты. Однажды она решилась на путешествие, чтобы просить милости для своей деревни. А потом стала старостой этой деревни. Открыла рынок, стала очень важной женщиной — прямо как твоя матушка. И мужа нашла из своих — я слышал, он хороший человек. Эльге не нужно скитаться по миру, чтобы быть счастливой. И прежде, чем решишь бежать отсюда, подумай и еще раз хорошенько оглянись по сторонам. Быть может, твоя судьба ближе, чем ты думаешь.

— Но...

— Можем поговорить об этом позже, — Фастред мягко отодвинул ее с пути. — Сейчас я нужен брату Аристиду.

Пытаясь отделаться от Полин, Фастред рванул в дом так быстро, что распугал всех кур и котов. Вслед ему заливисто разлаялся пес, угомонившийся, впрочем, от ворчания Флоретт.

— Вас только за смертью посылать, — раздраженно буркнул патрон по-хайлигландски, даже не обернувшись к вошедшему помощнику. — Его величество очнулся. Налейте теплой воды и подготовьте ткань.

— Слава Хранителю!

— Как вы себя чувствуете?

— Словно я умер и воскрес. — Король увидел Фастреда и искренне улыбнулся. — Рад вас видеть, верный страж.

Брат-протектор коротко кивнул и вылил воду в чан над огнем.

— Я голоден, — заявил король. — Ужасно-ужасно голоден.

— Сперва дайте мне осмотреть вашу ногу еще раз, — попросил Аристид.

Король подчинился. Лишь скривился и зашипел, когда монах дотронулся до краев раны.

— Ну наконец-то, — возрадовался Аристид. — Ногу мы спасли.

— Значит, я отныне обязан вам еще сильнее.

— Вы обязаны брату Фастреду, который умудрился найти нужные травы для лечения. Ходить вам еще рано, но мы сможем соорудить или выкупить у местных повозку.

— И куда идти? И как?

— Навстречу Вигге Магнуссену. Теперь его войско — ядро наших сил.

— И уходить нужно быстро, — добавил Фастред. — Нам здесь больше не рады. Того и гляди начнут подозревать неладное.

— Согласен. — Грегор Волдхард снял с шеи украшенный камнями серебряный диск и протянул Фастреду. — Отблагодарите местных, купите повозку и лошадей. Этого хватит?

Брат-протектор бережно принял дар.

— Более чем, — ответил он.

— Прекрасно. Я хочу отправиться в путь уже завтра на рассвете. По моей вине мы и так слишком сильно здесь задержались.

— Начну приготовления немедленно.

Фастред поклонился и, оставив короля с Аристидом, вышел. Полин куда-то делась — видимо, мать все же нашла для нее работу. Флоретт во дворе тоже не было. Зато с улицы доносился гвалт встревоженных голосов. Несколько мужчин и женщин спорили, слышалась громкая ругань. Фастреду показалось, что среди спорщиков была и Флоретт. Сунув медальон короля за пазуху, он осторожно вышел на дорогу.

— Точно вам говорю! — Причитал старец, голос которого показался Фастреду знакомым. — Сначала Анси взяли. Затем Алансон пал — ну после Анси он им на зубок был, конечно... Соседние деревни все пограбили, зерно забрали, девок попортили. Теперь ваш черед! Собирайте ценное и идите с нами в Бениз! Идем с нами, пока не поздно!

Ответом старику был невнятный ропот.

— Никуда я не пойду! — ворчала Флоретт. — Мои предки возделывали эту землю от начала времен. Империя еще не сформировалась — а мы уже жили на этом берегу! Войны лордов пережили, королей пересидели. Чуму перетерпели. Голод, шторма, сборщиков податей переживали — а уж последние те еще кровопийцы! И ничего, крепнем. Какая-то горстка северян не заставит меня уйти. Ты, Жун, можешь идти куда хочешь. Хоть в Бениз, хоть в Миссолен. А я...

Фастред выглянул на дорогу. Рассмотрев пришельцев, шарахнулся в сторону и прилип спиной к забору, надеясь, что за вервями орешника его не заметят.

— Черт.

Вот почему голос показался ему знакомым. Жун — тот самый староста Алансона, отправивший за ним погоню. Лишившийся людей по вине Фастреда. И этот старикашка точно бы его узнал.

— Дело дрянь.

Монах аккуратно прошагал вдоль забора, открыл калитку и сморщился от скрипа проржавевших петель. Флоретт обернулась на звук, приметила брата-протектора и тут же его окликнула.

— Святой брат, идите сюда!

Он замер, размышляя, как лучше поступить. Броситься бежать прямо сейчас — догонят и сдерут шкуру. Разбираться долго не станут. Притвориться глухим, пробраться в дом и попробовать успеть предупредить Аристида — но что безоружный монах сделает против толпы разъяренных деревенских, еще и с больным королем на руках? Подать знак остальным северянам? Отсюда не докричишься. Хоть крышу жги.

— Брат Фастред! — Повторила Флоретт. В голосе старосты зазвенел металл.

Он медленно обернулся.

— Наш больной очнулся. Я должен идти к нему.

— Мы вас надолго не задержим.

— Это он! Он! — взвизгнул старик Жун. — Северянин! Убийца! Хватай его!

Время словно замедлилось, как было всегда, когда Фастред понимал, что попал в заварушку. С самого детства так проявлял себя этот странный талант. Голова отчего-то начинала соображать быстро лишь в момент смертельной опасности.

Он побежал, на ходу озираясь по сторонам. Нужно было подать знак тем, кто остался на берегу. Вбежав в дом, Фастред бросился к очагу, сорвал с себя сюрко и сунул в огонь.

— Ну же, гори!

Король удивленно уставился на брата-протектора.

— Что вы делаете?

— Нас раскрыли, идут сюда, — ответил Фастред. — Я подожгу сарай, чтобы наши увидели дым. Заприте дверь.

Аристид не сказал ни слова, вытащил из-за пояса кинжал и положил на пол поближе к королю, а сам захлопнул дверь и надежно передвинул засов.

Фастред вытащил наконец-то занявшуюся огнем тряпицу, намотал ее на черенок от метлы, соорудив примитивный факел.

— Лезьте в это окно, — посоветовал Грегор и, приподнявшись на локтях, подполз к стене.

Фастред порадовался, что в таких домах не ставили стекол: сдирать пузыри оказалось куда проще и быстрее.

— Подержите. — Сорвав остатки мусора, брат-протектор дал Волдхарду факел и сам полез в окно. — Можно подавать.

Подоспел Аристид.

— Попробуйте залезть на крышу, — предложил он. — Вдруг заметят.

Волдхард кивнул.

— Да. Ночь спускается, факел с берега точно увидят.

В двери отчаянно барабанили.

— С богом, брат мой, — поторопил Аристид. — Возвращайтесь, как сможете.

Фастред кивнул и побежал к сараю.

— Полин! — ревел Фастред, пытаясь дозваться до девицы.

Деревня обезумела. Напуганная скотина металась по улице — несколько северян отлавливали животных и выгоняли за пределы деревни, чтобы не путались под ногами. Почти в каждом дворе звенело оружие, Фастред видел, как крестьяне пытались отбиться от налетевших на деревню людей короля вилами да серпами. Против рундов шансов у них было немного. Кричали женщины, свирепо рычали мужчины, где-то плакали дети. Несколько домов загорелись.