Вечность по имени Любовь (СИ) - Даниленко Жанна - Страница 38

-К вам поступала девочка шести лет с ожогом?

-Да, есть такая, Света ей обработку сделала. Мы ее родителям дозвониться не можем.

-Как ее зовут?

-Маша, вот воспитательница говорит: фамилия - Борисова. Инна Викторовна, скажите, что это не правда? Она дочь Борисова? - голос у парня задрожал, чувствовалось, что он напуган и совершенно не знает, что делать. - Она спит. Боже, я не догадался, она же блондинка, с синими глазами, он меня… У меня аттестация в пятницу. Я не думал, что у них такая маленькая дочь. Инна Викторовна, помогите!

-Да замолчи ты про свою аттестацию, расскажи про ожог.

-Правая ладонь, третьей степени, ее в ожоговое отделение надо, ладно, сейчас позвоню вашему мужу.

-Нет, звони родителям, покажи, что ты врач, а не тряпка.

Она набрала номер мужа, рассказала о случившемся. Он велел ей возвращаться домой и рванул в приемный покой. Вызвал лифт, вошел в кабинку и столкнулся с отцом.

-Ты знаешь?

-Да, мать на операции с утра. У нас бардак в приемном отделении, придется их строить. Ребенок поступил больше двух часов назад, а они родителей найти не могут в этом же здании.

-Отец, не шуми, там интерны сдохнут со страха.

-А заведующий где? Речь идет о ребенке. И вообще, получается, что я узнаю о плохой работе, только если что-то с моими детьми. А как они работают с остальными? Вот где вопрос!

-Все, пошли.

У дверей детской палаты их встречал заведующий приемным покоем:

-Александр Борисович, я не знал, мне Слава не доложил про родителей.

Они вошли в палату, поздоровались.

-Вот! Вот этот мужчина приводит ребенка, - сказала воспитатель, показав на Валеру.

- И ты ни разу не спросила, кем он ей приходится? - заведующая выражала возмущение, глядя на бейджик Борисова.

-Извините, он всегда торопится, а мне надо принять не одного ребенка.

-Давайте вы продолжите ваш разговор в детском саду, - вступил Саша, - лучше скажите, каким образом она получила ожог? Где вы были, если трое детей ушли из группы и их никто не заметил?

-Вы знаете, у вас очень избалованная девочка, она страшная непоседа. За ней невозможно уследить, а вас, между прочим, я вижу впервые, вы вообще ребенком не интересуетесь.

-Ее приводят мои сыновья, а забирает дочь. Все они взрослые люди. Никто ни разу не передавал мне, что с Машей что-то не так.

Услышав голос отца, Маша проснулась.

-Папа, ты пришел? Я взялась за плиту, у меня рука сгорела, - Маша снова стала плакать, - мне очень больно, позови маму и возьми меня на ручки.

-Машенька, мама на операции, сейчас освободится и придет к тебе. Когда мама придет, мы с ней вместе посмотрим твою ручку. Хорошо?

-Не больно?

-Больно. Но тебе придется потерпеть.

-А вы заберете меня домой? Я не хочу лежать в больнице.

-Заберем, но утром мы тебя снова приведем в больницу, когда пойдем на работу.

-Папа, я больше не буду. Мы поспорили с ребятами, я хотела доказать, что я смелая.

-Маша, это не так надо доказывать. А что вы ждете? - обратился он к воспитателям, - идите по домам. С вами мы будем потом разговаривать.

-Нет, мы лучше подождем. Я правда не заметила, как они ушли. Вроде все играли перед глазами, я повела двоих в туалет, с остальными была нянечка, она им воду наливала, и тут крик из кухни. Она умненькая девочка, но большая непоседа и заводила. И всегда она должна быть первой, самой красивой, самой смелой, самой сильной. Она всегда пытается всем доказать, что она лучше. Понимаете, это хорошо, но иногда вот так оборачивается. Мне правда очень жаль, что все так случилось, я очень надеюсь, что она поправится и все обойдется. Я действительно не понимала и сердилась, что вы безразличны к ребенку, но вижу, что это не так. Просто вы заняты.

-Идите домой, с ней все будет нормально. Сейчас ее мама освободится, и мы ее посмотрим. Я не думаю, что у нее что-то очень серьезное.

-А мама у нее кто?

-Хирург, она на операции уже часов десять, я позвоню, узнаю, скоро конец или нет, а лучше вы, Светлана, сходите, узнайте, когда Любовь Александровна освободится, и сразу ее сюда ведите.

Минут через двадцать в палату вошла Люба. Маша увидела ее и расплакалась. Люба посадила ее на руки и спросила Светлану:

-Ты после обработки антибиотики местно дала?

-Нет, только фурацилиновую мазь.

-Ладно, Машенька, давай мы с папой твою ручку посмотрим. И на нее порошочек посыплем, а потом завяжем. Хорошо?

-Надо?

-Надо!

-Делай.

Люба осмотрела руку, насыпала на рану смесь антибиотиков и снова забинтовала.

-Валера, принеси, пожалуйста, двойной кофе. Так, скажите мне, - обратилась она к воспитателям, - где были сотрудники и почему у вас дети гуляют по кухне без присмотра?

-Да я уже вашему мужу объясняла. Она непоседа. И поймите, у меня же она не одна.

-Вы знаете, у меня тоже. Я понимаю, когда дети дерутся, толкаются, падают, но никогда никто не попадал на кухню и не получал ожоги. Я оставляю с вами ребенка, потому что вы должны за ней следить и отвечать, а если вы не в состоянии уследить за ней, я найму няню.

-Извините, это не повторится.

Часть 33

Ваня купил орхидею. Настроения не было. В обед он должен встретиться с Валерой и Сергеем, они обещали купить золотую подвеску для его Ани. Ее отец сказал, что на день рождения он должен подарить ей золотую цепочку или кольцо. Он экономил на обедах целых три месяца, но деньги все равно уходили, то на кино, то ей хотелось перекусить в кафе, то еще чего-нибудь. У отца он просить не стал, он вообще старался у отца лишних денег не просить. Нет, ему, конечно, давали, причем сразу на неделю. Но отец попросил расписать, на что и сколько ему денег нужно. Он расписал, потом объяснял, какие расходы более приоритетны, какие менее. Затем они определились в необходимой сумме. Ее ему и давали раз в неделю. И в принципе, ему одному вполне бы хватало, но у него была подруга, а на эти расходы отец не рассчитывал.

Сэкономленных денег хватило только на орхидею. Он поговорил с Валерой, объяснил ситуацию, и они с Сережей решили ему помочь с подарком. Вариант с кольцом Валера исключил сразу. Кольца дарят невестам, а жениться Ваня пока не собирался. На цепочку у них не было, а вот подвеску решили взять. Ване было стыдно. Он поднялся в ординаторскую хирургии и ждал Валеру. Валера делал перевязку пациенту. Сережа поднялся в ординаторскую и тоже ждал.

-Вань, ты чего такой угрюмый?

Тебе девушку поздравлять, а ты как в воду опущенный, - Сережа улыбался.

-Ничего смешного, не ехидничай. Я туда, как на гильотину, иду. Они будут обсуждать подарок, говорить, что я должен был лучше постараться. А как мне стараться? Я хотел работать, отец не разрешил, сказал - со следующего года. Сережа, где ты брал деньги, когда ухаживал за Мариной?

-Я работал, уже врачом.

В кабинет вошел Валера.

-Ну что, готовы? Пойдем что ли?

-Валера, а ты где брал деньги на своих баб?

-Я работал с первого курса. Ваня, я своим «бабам» золотые украшения не дарил. Кольцо я купил Инне к помолвке, понимаешь? Выбирать мне помогали мама и Марина. Они не имеют права тебе указывать, что нужно дарить. Она еще не твоя невеста, и вообще мне ее семья не нравится: то эта история с дракой, то с поступлением. Вот учится она как?

-Ну, у нее четверки, химии все она сдала на тройки. Она не доучивает, ей гулять охота. С подружками поболтать. Ее предки на меня наезжают, говорят, что я должен за нее просить. Я устал от них. В школе было проще. А теперь ей то на косметику не хватает, то на тряпки, и все «Ваня, дай». Я в прошлом месяце к отцу в кошелек залез, но не смог взять деньги. Слава Богу, не смог. Я теперь родителям говорю, что хочу себе что-нибудь купить, беру подешевле, а остальное ей отдаю. Я не такой, понимаешь, Валера, мне противно то, что я делаю.

-Так не делай.

-Я люблю ее.

-А она тебя любит или просто пользуется?

-Не знаю.

-Ваня, только не говори, что это не мое дело, ты с ней спишь?