Продавец кондитерки 2 (СИ) - Юшкин Вячеслав - Страница 30

От индейцев остались только следы на снегу. Надо было преследовать провинившихся местных краснокожих, в противном случае безнаказанность выльется в ещё большую кровь.

Общеизвестно, что охота способствует тренировке навыков, которые могут пригодиться во время боевых действий — ориентирование на местности, выживание в полевых условиях, выносливость, обращение с оружием и еще много чего. Кроме всего этого, охотник должен знать (и постоянно узнает что-то новое) о повадках дичи. Это не только увеличивает шансы на успешный результат охоты, но и знакомит охотника с тем, какими приемами пользуются дикие животные, главным образом крупные млекопитающие, чтобы уйти от погони или наоборот самим напасть на жертву. И так как человек суть есть тоже самое животное, с теми же самыми основными инстинктами, поэтому то, что годится для выживания зверя, годится и для человека.

Индейцы, колониальные рейнджеры и ополченцы пограничья второй половины XVIII века и начала XIX века использовали, тактику, которая первоначально была почерпнута индейцами северного Вудленда и Великих Озер у американского лося (Alces americanus).

Документально эта тактика впервые была отражена в знаменитых «28 правилах рейнджера», составленных майором Робертом Роджерсом в 1757 году, а если конкретно, то в 21-ом и 23-м пунктах. Этот свод правил был написан в разгар последней Войны с французами и индейцами, и являлся «выжимкой» основных тактических приемов для действий в лесистой, пересеченной местности, а эти приемы, в свою очередь, во многом были почерпнуты из военного опыта индейцев Вудленда.

На лося трудно охотиться, так как это очень острожное животное с великолепным слухом и обонянием, которые компенсируют его довольно плохое зрение. Чтобы избежать внезапного нападения хищников, лоси выработали уникальный защитный маневр. Прежде чем лечь отдохнуть, лось делает круг и останавливается рядом со своей стежкой, которую оставил некоторое время назад. Это позволяет лосю услышать или почувствовать запах любого хищника, идущего по его следу, заранее предупреждая животное и позволяя ему убежать от преследователей.

Эта повадка лосей была хорошо известна индейским охотникам, которые охотились на лосей на протяжении многих веков и выработали собственные приемы, чтобы обмануть и добыть зверя. Различают два способа преследования лося: по ветру и против ветра.

По ветру.

Сначала охотник находит и идет по старому следу, оставленному несколько часов назад. По мере того, как след становиться свежее, охотник начинает делать полукруглые петли в сторону от стежки. Когда охотник пересекает линию ожидаемого маршрута лося и не находит следа, это сигнал, что он обогнал лося, либо лось сделал крюк, чтобы следить за возможным преследователем. Тогда охотник делает череду меньших петель или полукругов против ветра в том направлении, откуда он пришел, пока не найдет лося.

Против ветра

Когда охотник находит свежие следы лося, он делал череду зигзагов, двигаясь против ветра, лишь время от времени возвращаясь к первоначальному следу, и при этом внимательно следя, не покажется ли животное. Цель этого приема состоит в том, чтобы не проскочить место лежки зверя, если лось сделал одну из своих обычных петель и залег, следя за собственным следом. В таком случае есть риск, что охотник окажется с наветренной стороны от лося, тот почувствует его и убежит.

«Лосиные» правила Роджерса

21-ое правило Роджерса гласит:

XXI. Если противник преследует вас с тыла, сделайте круг, пока не выйдете на свои собственные следы, и там устройте засаду, чтобы встретить противника, и откройте по нему внезапный огонь.

Не правда ли, очень напоминает то, как лось делает круг, чтобы обнаружить преследователей и сбежать при первой опасности? Только рейнджеры не бежали, а сами показывали зубы.

На всякое действие есть противодействие, поэтому Рожджерс ожидал, что и ему могут устроить засаду во время преследования. Отсюда родилось 23-тье правило:

XXIII. Когда вы преследуете вражескую партию, которая была возле наших фортов или лагерей, не следует идти вдоль следов противника, чтобы вас не обнаружил его арьергард, ведь в такое время враг особенно бдителен. Постарайтесь пойти обходным путем, чтобы встретить врага в каком-нибудь дефиле, или устроить засаду в таком месте и в такое время, какое они наименьше всего ожидают.

Глава 16

Прибытие на место назначения ознаменовалось сильнейшим снегопадом и следы, которые видели наши разведчики замело и найти эти следы уже было делом безнадежным. Британцы в отличии от французов очень редко использовали собак в военных действиях против индейцев или в охране своих позиций. Для меня это было странно и неправильно — собака друг человека для меня это высказывание было аксиомой, не требующей доказательств. Но Британия -родина парадоксов, поэтому спорить и доказывать ничего не стал и просто купил несколько собак у французских колонистов.

При покупке мастифов мне рассказали несколько историй, которые только укрепили меня во мнении, что собаки просто необходимы для сторожевой службы. Вот одна из тех историй.

Французская колония Виль-Мари (Монреаль), несмотря на свое островное положение, долгое время оставалась объектом постоянных атак ирокезов. Для защиты от индейской угрозы французы привезли с собой несколько мастифов.

Эти собаки каждое утро совершали большой обход вокруг форта, чтобы обнаружить врагов, и делали это под руководством собаки по кличке Пилотт. Ежедневный опыт дал всем понять как превосходный инстинкт, дарованный Богом этим животным, может защитить нас от засад, которые повсюду устраивали ирокезы, и против которых мы были беззащитны, если бы Бог не предусмотрел вышеуказанного средства.

В Монреале была одна собака, которая каждый день шла на разведку, ведя за собой своих щенков, и, если один из них капризничал, она кусала его, чтобы заставить идти дальше. Если один из щенков делал попытку возвратиться в середине ее пути, она бросалась на него, как бы в отместку за мысль о побеге. Если в ходе разведки она обнаруживала ирокезов, то бежала самой короткой дорогой прямо в форт, лаяла и давала понять, что враг у ворот.

14 октября 1652 года мастифы подняли сильный лай, сообщивший хозяевам о присутствии врага, который должен был находится в той стороне, куда смотрели эти умные животные.

Сержант-майор Ламберт Клосс [командир гарнизона], который всегда был начеку, получил от монсеньора де Мюссо [губернатора Виль-Мари] задание пойти и обнаружить ирокезов. Он взял с собой 24 солдата и сразу же отправился в направлении, указанном собаками. Не доходя до предполагаемого места засады, Клосс отправил трех человек на разведку: Ла Лошетьера, Бастона и еще одного солдата с приказом остановиться в указанном им месте.

Ла Лоштьер, любитель щегольнуть собственной храбростью, прошел дальше указанного места и, чтобы легче обнаружить врага, залез на дерево, чтобы сверху посмотреть не находятся ли ирокезы в ближайшей к этому дереву лощине. Как только Ла Лошетьер взобрался наверх, ирокезы издали свой обычный боевой клич, а затем произвели залп по наблюдателю. Одна из пуль смертельно ранила Ла Лошетьера, но не на столько тяжело, чтобы тот не успел подстрелить одного ирокеза из своего мушкета. Двое товарищей Ла Лошетьера, поняв в какую переделку они попали, предпочли ретироваться. Ирокезы обстреливали их из ружей, но оба разведчика остались невредимы.

Вот поэтому французы в Канаде активно использовали собак. Британцы видимо назло французам старались не использовать собак. Логика этих поступков британских командиров мне была недоступна потому собак я закупил сразу по прибытии в Канаду и активно тренировал силами французских охотников. Мои действия сильно раздражали местных британских колонистов, но мне как ирландцу было глубоко наплевать на мнение чистокровных англичан. В немалой степени это обстоятельство способствовало назначению в снабженцы вообще и назначению командиром в этот зимний поход.