Бездыханные ІІІ (СИ) - Айзель Кон - Страница 127

И словно небо просветлело, задул чистый лесной ветер, воздух сам ворвался в легкие, где-то далеко тихо запели молчащие до этого сверчки. А сквозь кроны деревьев на поляну закапал чистый очищающий дождь.

Но вскоре наступивший Земной покой нарушил другой, отчаянный и громкий крик.

— НЕТ! — вскричал Алан, падая близ останков своего Хозяина.

Демон протянул руку к закаменевшим останкам, но они обожгли его кожу, заставив тут же отдернуть конечность. Алан застонал и, не смотря на предупреждающий ожог, взял дымящиеся куски в руки, безуспешно пытаясь соединить их друг с другом. Впервые на его лице можно было увидеть такую растерянность, панику и безысходность. Его руки кровоточили от ожогов, но Алан словно не чувствовал этого, тщетно пытаясь вновь воскресить своего Хозяина.

Другие демоны в растерянности отошли от нас, в ужасе глядя на уничтоженного Блека. На руках Мелори беспокойно заворочалась Роуз и через пару секунд медленно открыла глаза к невероятному облегчению и радости женщины. Мелори тут же обняла ничего не понимающую девочку и в сердцах обцеловала её лицо.

— Ма… мама? Что случилось? — слабым голосом проговорила Роуз, от чего Мелори просияла еще сильнее.

Но её ответ заглушило бешеное рычание Алана. Демон резко поднялся и зверски уставился на Вайлет, что успела вернуться к своим напарникам. Включая девушку, экзорцистов было четверо, они стояли прямо, их тела буквально излучали мощь и силу, а непроницаемые лица бесстрастно глядели на демонов. Но странней всего выглядели их глаза. Зрачки словно закатились за веко, обнажая лишь испещренный красными прожилками белок. А если приглядеться, то можно было уловить слабое мерцание, исходившее от их тел. И энергия, такая чистая, что доставляла дискомфорт моей демонической сущности.

Вытянувшееся лицо Алана и его в ужасе раскрытые глаза, паническая скованность демонов, когда они смотрели на экзорцистов, потрясла нас.

— Нет. Вы…  — проговорил Алан, отступая.

Слепые глаза Вайлет уставились на демона, её рот раскрылся и до наших ушей донесся громогласный голос, который разнесся по всей поляне так, словно ним говорил сам воздух.

— Мы опечалены тобой, порождение Рафаила.

— Замолчи! Не произноси этого имени! — вскричал Алан гортанным демоническим голосом. — Вас не должно здесь быть!

— Небеса все видят. Мы надеялись на ваше благоразумие, как детей единого Создателя, но порождения Бездны изничтожили вашу человечность. В наших силах лишь даровать вам благословенный покой.

Лицо Алана исказилось в бешеной ухмылке.

— Попробуй только, я вырву все твои перья. Вы, ангелы, годны лишь на то, чтобы со своего уютного Рая взирать вниз и бездейственно качать головой. И лишь могущество Владыки наконец-то заставило вас таки спуститься со своего насеста. Но что же я вижу, вы использовали для перемещения тела экзорцистов. И смотри, они кровоточат, они уже непригодны для жизни и боя, поэтому мы изгоним вас так же легко, как и смертных.

Брови на лице Вайлет опечалено опустились.

— Гавриил, Уриил, Варахиил, изгоните порождения наших павших братьев, — произнес тот, кто был в её теле. — Я же столкнусь с порождением Рафаила.

— Да, Михаил, — ответил один из трех экзорцистов, и они тут же ринулись на демонов.

Мне пришлось отскочить вбок, чтобы не попасть под удар одного из ангелов. Я схватила сидящего рядом Рейна и мы быстро отползли на край поляны, на другую сторону переместились Данте с Мелори и Роуз. Ангелы напали на демонов, дерясь так, словно их руки могли ранить как острое лезвие. Тела экзорцистов не переставали кровоточить, но ангелы не предавали этому значения, полностью сосредоточившись на бою.

И все же с явным перевесом побеждали демоны. Луиза орудовала длинным копьем, не давая ангелу приблизиться. Через полминуты битвы он смог проскочить мимо копья и ранить демона, оставив на его руке тяжелый ожог, но поплатился за это. Луиза с полуоборота отшвырнула ангела раненой рукой и вонзила ему в живот весь длинный наконечник копья. Свет, излучаемый телом экзорциста, вспыхнул и унесся в небо, а бездыханное тело мешком упало к земле.

То же случилось и с двумя другими, но перед уходом (смертью это нельзя было назвать, так как ангелы словно вышли из тел экзорцистов за мгновение до их окончательной кончины) ангелы сумели нанести серьезный вред телам демонов, и глубокие ожоги явно не собирались заживать в скором времени. Как оказалось через минуту, раны Беатрис оказались слишком серьезными и она обессилено упала, сохранив последние крупицы жизни.

Лишь бой Алана и Михаила длился долго, а всё потому, что Алан не прибегал к холодному оружию. Демон получал явное наслаждение, раня ангела голыми руками, при этом причиняя себе боль от обжигающих касаний. Ангел сохранял хладнокровие, и его бесстрастное лицо не выражало ничего, кроме решительности с оттенком жалостливой скорби.

Спустя несколько минут противоборства, Алан наконец подхватывает из земли осколок чьего-то ножа и вонзает его в грудь Вайлет. Ангел со все тем же бесстрастием касается ладонью груди демона в области сердца, оставив выжженный отпечаток ладони и покидает тело девушки.

Ангелы ушли, поверженные с подозрительной легкостью. Мне даже казалось, что их бой с демонами был лишь вынужденным последствием, а главной целью созданий Небес было уничтожение Блека. Какими бы ни были их цели, все закончилось.

Но когда закончится эта бесконечно длинная ночь?..

Алан отшвырнул осколок клинка и опустил голову, погрузившись в глубокие размышления. Вихрь его эмоций утих, оставив лишь ледяную сосредоточенность в глазах и решительно сжатые губы.

Неизвестно, сколько бы он простоял так в напряженном молчании, пока поднявшийся ветер кружил по поляне выгоревшую траву и пепел погибших, а дождь соединял их с землей, если бы его не окликнул Лука.

— Нам нужно уходить. Все кончено.

Алан поглядел на него с нескрываемой ненавистью и процедил сквозь зубы:

— Ты не дрался, на тебе нет ожогов.

— Ангелов было меньше, чем нас. Нет чести в том, чтобы нападать вдвоем на одного врага.

— Не говори мне о чести! — гневно прорычал демон. — Ангелы и не смотрели в твою сторону. Ты потерял свою честь демона, назвав себя человеком. В твоих глазах больше не видно силы. Ты предатель, и будешь уничтожен.

Его слова заставили меня внимательно посмотреть на глаза Луки, и я увидела, что их краснота будто потускнела, приобретая коричневый оттенок.

Лука встрепенулся, отступил назад и взглядом коснулся лежащего в двух шагах от себя меча. Но тут между ними встал Грим и обратился к Алану:

— Постой, мы и так потеряли двоих собратьев. Нельзя сейчас идти друг против друга. Неужели всего несколько слов способны разрушить наш вековой союз?

— Мы все еще демоны, — заговорила Луиза и через секунду добавила своим мужским демоническим голосом, — Люцифер.

Именно её слова умерили пыл Алана. Он поднял голову и расслабил плечи. Теперь это был прежний, высокомерный и уверенный демон гордыни. Не человек.

Из его приоткрытого рта должны были сорваться какие-то слова, но что-то заставило его вновь напряженно нахмуриться. Он уставился на Грима, что непонимающе опешил. А после Алан вдруг отвращено скривил губы.

— Луиза, мне нужна твоя Мельпомена.

Луиза тут же без вопросов бросила ему свое копье, которое он схватил на лету. Грим заметно напрягся, когда острие направилось на него.

— Я существую на земле приблизительно два тысячелетия, — заговорил Алан, сжимая древко копья, — и тех демонов, которые нарушили догмы Кодекса чести, могу сосчитать на пальцах. На них ставится невидимое клеймо, которое оскверняет их дух и пятнает честь. Они хуже людей и должны быть наказаны в соответствии с Кодексом.

Плохо скрытый страх тенью скользнул по лицу Грима. Он отвел ногу назад, готовый в любой момент сорваться с места, но что-то в его потускневших красных глазах насторожило меня. Пугающая смиренность.

— Пусть Бездна будет к тебе…  немилосердна, — произнес Алан и вонзил копье в Грима.