Орчиха в свадебной фате (СИ) - Лактысева Лека - Страница 37

― А если никому не подойдет? ― прищурилась я, прикидывая, есть ли шанс оставить новые одежки при себе.

― Тогда плохо. ― Орчонок еще больше опустил и без того склоненную голову. ― Это будет означать, что отец-Ор не хочет видеть больше свадеб в клане, пока не истечет год после твоего замужества, Барбра.

Так. Беру свое желание обратно. И с брачным нарядом расстаться согласна, лишь бы потерявший одного из своих лучших воителей клан не объявлял годовой траур и не отказывал молодежи в праве создавать семьи, плодиться и множиться! И без того этому миру из-за меня досталось…

― Барбра! Что там? ― У магварра закончилось терпение, и он, не дожидаясь моего возвращения, вышел из спальни, но не как я, в одной простынке, а в бронированном килте и с живым клинком в руке.

― Нас ждут, ― сообщила я и рассказала все, о чем сама узнала парой минут раньше от орчонка, который не спешил уходить и даже неведомо как просочился во флигель. Правда, дальше одного шага от порога пройти не посмел, а при появлении Алаира так и вовсе едва не выскочил на улицу.

Все-таки грозный у меня муж!

― Передай, пусть несут нам смену белья тогда, ― глядя поверх моей головы на гонца, принесшего весть об окончании медового отпуска, распорядился магварр. ― У нас тут другой одежды нет, кроме той, в которой мы были во время бракосочетания.

Орчонок слегка посинел, выдавая смущение и прилив крови к зеленоватым щекам, развернулся на пятках и, бросив на ходу “щас-все-будет”, умчался в сторону замка.

Алаир подошел, обнял меня со спины и неожиданно тяжело вздохнул:

― Как же быстро заканчивается все хорошее. Хотел бы я увезти тебя в собственный замок, любовь моя, уединиться там с тобой не на три дня ― на три года! Да и трех лет, боюсь, мне мало было бы, чтобы насладиться тихим семейным счастьем.

Ах, как хотелось мне в этот миг пообещать своему любимому магварру, что вот еще один поход, окончательная победа над хунграми, ― и мы обязательно заживем той самой тихой и мирной жизнью, о которой, как выяснилось, мечтает самый сильный маг-огневержец Фрайсленда!

Только… перед глазами встал образ иномирного духа, его глумливая ухмылочка и жестокие слова: «Не вернешь осколок ― плохо придется твоему магварру и всем твоим друзьям, Барбра!»

― Поверь, я мечтаю о том же, муж мой! ― я извернулась в руках Алаира, провела по его шее ладошками, не пуская в ход коготки, и нежно, но без заигрываний, прижалась поцелуем к его губам.

Магварр, словно и не было у нас за спиной трех дней уединения и почти непрерывных ласк, тут же откликнулся, вжал меня сильнее в свое тело, углубил поцелуй…

И через пару мгновений с тихим разочарованным стоном оторвался от моих губ.

― За нами идут, ― сообщил безрадостно. ― Не могли подождать утра.

― Традиции, ― я чуть пожала плечами. ― Еще неизвестно, какой прием нам с тобой его величество король Эквит устроит.

― Надеюсь, скромный, ― поморщился Алаир. ― Его величество Эквита я люблю, он мне как отец родной, но во дворце ни одного лишнего дня оставаться не желаю!

― Угу, ― согласилась я коротко.

На дальнейшие разговоры времени не осталось, потому что во флигель после короткого, но весьма уверенного стука ввалилась банщица тетушка Хави.

― Кто тут одежки новые красивые заказывал? ― провозгласила она так торжественно, будто намеревалась вручить почетный приз, не меньше. ― Ну-ка, молодые, примерьте наряды, что мы для вас за эти три дня пошили!

В руках у банщицы обнаружился большой деревянный то ли лоток, то ли поднос, на котором стопкой были сложены вещи ― мужские и женские. Новенькие, с иголочки, некоторые ― расшитые бисером и цветным орнаментом, другие ― укрепленные бронепластинами с гравировкой и кольчужной сеткой.

А приз-то и в самом деле ценный! Имела тетушка Хави все основания говорить торжественные речи!

― Это все нам?! ― восхитилась я, разворачивая черные бриджи из буйволовой кожи, сшитые явно на меня. ― Когда ж вы мерки-то снять успели?

― Так пока в бане вас парили, ― усмехнулась пожилая орисса. ― У нас, банщиков, свои секреты. Я вот про тебя, Барбра, теперь побольше иного лекаря знаю! И где у тебя перелом был, и как давно сросся, и в каком возрасте первые клыки прорезались, и когда настанет ночь, удачная для зачатия.

Магварр, услышав слова тетушки, аж новую жилетку из рук выронил.

― Зачатия? ― переспросил, подступая к ориссе. ― А разве прошедшие три дня не подходили для этого дела?

― Нет, магварр, не подходили, ― качнула головой банщица. ― И следующие пять не подойдут. А там уж не теряйся, коли наследников поскорее завести желаешь!

― Какие наследники? Разве до этого сейчас? Алаир, мы ведь с тобой в земли хунгров идти собрались! ― всполошилась я.

Ох, что-то задумал мой муж, не иначе. Вон как напрягся, аж вены на висках вздулись.

― К ворлокам хунгров! ― прорычал магварр. ― Если окажется, что ты носишь дитя, никаких походов. Без тебя есть кому с этими тварями сразиться.

― Никого Барбра пока не носит! ― поспешила вмешаться и остудить вспыльчивого огневержца тетушка Хави.

Вот только просчиталась.

― Значит, будет носить! ― рявкнул Алаир. ― Я уж об этом позабочусь. Как ты и сказала, орисса ― через пять дней.

…прекрасно.

А мне, значит, за эти пять дней следует разведать, есть ли в этом мире способы, как избежать нежеланного зачатия. Не знаю, простит ли меня магварр, если обнаружит, что я пытаюсь избежать того, чего он так желает. Однако другого выбора у меня нет. Не могу я допустить, чтобы мой любимый мужчина не только жену, но еще и будущее дитя потерял, когда осколок проклятой бутылки к духу Нового Года в руки вернется!

― Ты мне лучше скажи, тетушка Хави, ― поспешила я отвлечь и мужа, и банщицу от неудобного разговора. ― Вот вручим мы с магварром свои брачные наряды кому-то из клана, а дальше что? Сюда, во флигель вернемся?

― Нет, милая. Время уединения для вас прошло. ― Орисса глянула на меня сочувственно и понимающе. ― Коли бы вы собирались и дальше в Олифгруфе жить, вам бы или в крепости отдельную спальню выделили, или построили бы дом где-то на землях клана. Но вы ведь не останетесь? И возвращаться насовсем не планируете?

― Не планируем, ― вместо меня отозвался Алаир. ― У меня собственные земли и дом имеются. Там и осядем со временем.

Тетушка Хави снова закивала, забормотала что-то о том, что даже не сомневается: дом у великого магварра наверняка огромен и великолепен, земли ― обширны и плодородны, и вообще повезло простой наемнице-ориссе стать супругой самого королевского воспитанника.

Эх, знали бы вы все…

― Так где нам с мужем переночевать можно будет, тетушка Хави? ― вернулась я к главному, дождавшись окончания пылкой тирады. ― Мы, конечно, можем и ночью в путь отправиться, не дети, не заблудимся.

― Кто ж вас отпустит? ― Пожилая орисса всплеснула руками. ― Раньше утра уйти и не рассчитывайте! К тому же, наши вольные наемники надеются, что великий магварр пожелает кому-то из них службу предложить. Разве не нужны тебе, магварр, крепкие, вооруженные до зубов орки, каждый из которых в одиночку десять врагов победить способен?

Банщица перевела взгляд с меня на моего мужа и сделала просительный вид. Я постаралась сохранить не заинтересованное выражение лица: сама не знала, нужны ли нам боевые орки в предстоящем походе.

Магварр ― знал.

― Десяток хорошо обученных воинов под командованием опытного десятника готов нанять, ― сообщил он.

Ну и славно. Как здорово, когда есть рядом мужчина, который готов взять на себя ответственность, принять решение и позаботиться о том, чтобы все помощники получили достойное вознаграждение!

Послав супругу благодарную улыбку, я сняла с лотка тётушки Хави одну стопку одёжек ― явно женских, и направилась в опочивальню со словами:

― Пойду, примерю обновки.

― И мне поможешь облачиться, ― Алаир подхватил вторую стопку и поспешил следом.

― А я пока ваши свадебные наряды соберу, отряхну и уложу красиво, ― тетушка Хави только теперь заметила, что мой полушубок из хвостов снумария висит, зацепившись одним рукавом, на рогах шлема, а тот, в свою очередь, опасно нависает над головами тех, кто посмеет приблизиться к прибитой к стене широкой полке.