Орчиха в свадебной фате (СИ) - Лактысева Лека - Страница 10

— Магварр потратил весь свой резерв? Невероятно! — шепотом прокомментировал второй помощник. — Но зато ничего смертельного! Отогреем, отпоим…

— И научитесь когда-нибудь не шептаться и не мешать мне! — рявкнул на слишком болтливого помощника элай Тейшериэль. — Магварр Виатор до сих пор жив только потому, что орисса догадалась напоить его живой водой, запас которой был у трибуна при себе. Идите к другим раненым. Лечением Алаира я буду заниматься сам.

Помощники неохотно ушли. Им было ужасно интересно понаблюдать за тем, как будет лучший целитель королевства восполнять иссякший резерв самого сильного боевого мага современности, но ослушаться сурового начальника и наставника они не посмели. А если бы и остались, то оказались бы сильно разочарованы, потому что никаких зрелищных эффектов в том, что делал Тей, не было.

Просто поколдовал над накопителями, накладывая заклятия подогрева, целительного сна и регенерации, укрыл тело трибуна вместе с ложем невесомым, но очень теплым пологом, а потом отыскал среди множества ящиков один — с кувшинами с восстанавливающим травяным настоем, распечатал и согрел первый кувшин, напитал его своей целительской магией и принялся отпаивать трибуна, добавляя в каждый глоток капельку своей целительской силы. Таких кувшинов понадобилось штук пять.

Вскоре магварр согрелся, а к вечеру — был избавлен от обезвоживания. Заполнять магический резерв трибуна элай Тейшериэль не спешил: такие вещи быстро не делаются. Магические кристаллы-накопители разрядились полностью, а силы трибуна восстановились едва ли на десятую часть. Впрочем, этого было достаточно, чтобы магическое истощение перестало быть жизненно опасным для магварра.

Заменив накопители, главный лекарь королевской армии устало провел узкой ладонью по белым волосам, словно хотел пригладить и без того гладкую прическу, оставил магварра под присмотром помощников и отправился в соседнюю палатку — ужинать и отправлять донесение о счастливом спасении трибуна королю Джастису Эквиту.

После ужина элай Тейшериэль вернулся в палатку целителей, сделал вечерний обход и устроился дежурить у ложа трибуна. Теперь это был его главный пациент и главная забота.

Вечер и добрая половина ночи прошли спокойно. Трибун спал, погруженный в наведенный магией сон, Тей дремал в кресле рядом. А потом…

— Хрр!.. Арр!.. Спр-р-рава! Подныр-р-ривай! Снизу бей! Слушай ор-р-ружие! — магварр заметался, зарычал и захрипел, страшно вращая выпученными глазами и глядя куда-то в пространство.

Похоже, трибуну снился кошмар, в котором он продолжал сражаться с хунграми и отдавать приказы кому-то из своих легионеров.

Тей от неожиданности подпрыгнул в своем кресле, но тут же опомнился и бросился к пациенту, с которого во мгновение ока слетело сонное заклятие.

— Шерсть не перерубить! Коли! — продолжал кричать боевой маг. Лицо его налилось кровью, покраснело, на висках проступили капли пота.

— Ты бредишь, друг, — откидывая согревающий полог и удерживая рукой за плечо пытающегося сесть трибуна, пробормотал элай. — Сейчас, сейчас я тебе помогу. Ты снова уснешь. С чего бы тебе бредить? Не понимаю… Вроде горячки у тебя нет…

Магварр рывком отбросил руку целителя, сел, не замечая стекающих по его обнаженной коже капель целительного раствора, напитанного магией. Взгляд его стал осмысленным.

— Где я? — потребовал он ответа.

— О! Очнулся? Мы в палатке целителей. Ты был ранен, Виатор. Тебя не сразу нашли, так что ты потерял почти весь свой резерв, переохладился и…

— Кто нашел? Говори!

— Да орисса какая-то, — элай Тейшериэль небрежно пожал плечами: простые наемницы, к тому же, здоровые, его не интересовали совершенно.

— У нее мой клинок! И он ее слушается! — трибуну все же удалось заинтересовать целителя.

Тот, похоже, в живом оружии разбирался весьма неплохо.

— Твой клинок — и слушается какую-то наемницу-ориссу? — теперь настал черед элая Тейшериэля выпучивать глаза. — Как это возможно?

— Хотел бы я знать! Ты понимаешь, что я должен разыскать эту женщину как можно скорее?

— Не раньше, чем я выпущу тебя из своей палатки, Виатор! Ты серьезно пострадал! Твой резерв едва начал восполняться! Ложись обратно и не мешай мне спасать твою жизнь, за которую его величество объявил награду, получив которую, я смогу построить у себя на родине целый госпиталь!

— Если наемница за это время погибнет, я себе этого не прощу! Она бьется с хунграми! Мы что — так и не справились с ордой этих тварей?

— Справились! Я не знаю, с кем она может сражаться, Виатор! Хунгров разогнали еще день назад… — Тей озадаченно покачал головой.

— А я — знаю! Эти твари рассеялись, разбежались с поля боя, а теперь собираются в банды и нападают на наши обозы! Орисса наверняка идет с одним из них!

— Это похоже на правду. Накануне после обеда обоз из нашего лагеря как раз ушел в Эрпорт. Возможно, наемница ушла вместе с ним.

— Это ведь она спасла меня?

— Да, нашла каким-то чудом на поле боя… не понимаю, как тебя раньше просмотрели-то…

— Получив ранение и поняв, что резерв почти пуст, я укрыл себя заклятием невидимости. Это был единственный способ остаться в живых, — разъяснил загадку трибун. — Похоже, заклятие продержалось даже дольше, чем я рассчитывал. Но я обязан отыскать свою спасительницу!

— Потому что у нее твой живой клинок?

— Потому что на мне теперь долг жизни! — О том, что, возможно, не только долг жизни, трибун предпочел умолчать. Сначала он должен все выяснить сам.

Целитель вновь пожал плечами — на этот раз неопределенно:

— Послушай, Виатор, успеешь ты найти и отблагодарить свою спасительницу. Никуда она от тебя не денется. Давай отдыхай и набирайся сил, сейчас это лучшее, что ты можешь сделать.

— Доберется до Эрпорта — уйдет порталами, и поиски сильно осложнятся, — трибун скрипнул зубами.

Силы оставили его и он, как того и желал целитель, опустился обратно в раствор. Глаза его начали закрываться. Пользуясь моментом, элай Тейшериэль взялся накладывать новое заклинание целительного сна.

— Отправь в Эрпорт сообщение. Пусть ее задержат до моего появления, — пробормотал, засыпая, магварр. — Назначь вознаграждение тому, кто ее найдет…

— Сделаю. Спи. — Целитель пообещал бы что угодно, лишь бы любимец короля перестал сопротивляться лечению.

Впрочем, свое обещание элай Тейшериэль выполнил — утром: сходил к каптеру, позаимствовал у него кристалл связи и передал приказ трибуна в Эрпорт.

«Трибун-магварр Алаир Виатор назначает вознаграждение в двадцать пять ауров тому, кто найдет и задержит ориссу Ор-Тьюндер, наемницу из Зеленого легиона» — гласило его послание.

О том, что это послание звучит так, будто наемницу подозревают в каком-то преступлении, главный целитель королевской армии даже не подумал…

Глава 10. Шаг в неизвестность

Наш обоз вошел в Эрпорт, когда уже совсем свечерело. На улицах городка зажглись фонари: не знаю, магические или нет, но похожи они были на существовавшие когда-то на земле газовые рожки.

Полевой госпиталь, в который мы везли раненых, располагался на восточной окраине города и состоял из десятка уже знакомых мне шатров-палаток. Впрочем, разглядывать его в подробностях, как и переносить пациентов, мне не пришлось.

Орис Ор-Сквири собрал весь отряд охраны, выстроил на небольшом плацу в двойную шеренгу и толкнул перед нами речь. Смысл ее состоял в том, что он сожалеет о понесенных отрядом потерях, благодарит оставшихся в живых за храбрость и верную службу и предлагает за прежнее вознаграждение вернуться обратно в лагерь у передовой, чтобы доставить в Эрпорт оставшихся в лагере целителей, раненых и прочий состав.

Все, кроме меня, тут же согласились.

— Подойди, Барбра, — окликнул меня Ор-Сквири, после того как отдал остальным команду разойтись. — Я знаю, что ты не могла принять мое предложение. Тебе предстоит выполнить поручение погибшего центуриона Ор-Тунтури.