Принцесса обмену не подлежит (СИ) - Вознесенская Дарья - Страница 56

Я высматриваю на поле боя Констанса, Менно, которым могла бы принадлежать… Отца этого тела тоже высматриваю. Короля - ястреба. Но слишком все сумбурно и далеко, чтобы разглядеть лица и детали. Картинка выглядит хаотичным калейдоскопом, в котором каждый вздох для каждого участника может быть последним.

Огонь и лес, солнце и трещащие деревья, крики и рев, нападающие и обороняющиеся, стрелы, копья, ржание лошадей, металлический запах, перемешанный с запахом оплавленного металла, привкус пепла, шипение воды, которой поливают вспыхнувшую плоть и камень, брошенные ради устрашения и смертей огненные булавы, звон мечей, веревки и лестницы, катапульты и котлы со смолой…

Никогда не была в центре битвы. Даже когда чужой дракон напал на замок Гайзеров - то был больше бой двух драконов. И то, что вижу сейчас, совсем не похоже на движущиеся картинки в кино. Слуховых, звуковых, зрительных, обонятельных ощущений так много, что я время от времени будто отключаюсь, пресытившись. Но потом, под воздействием очередной волны адреналина, одним махом охватываю всю картину… и снова отключаюсь, оглушенная.

Только одно все время держу в поле внимания.

А потом и вовсе фокусируюсь только на этом. На нем, на моем принце.

Лэдгар и происходящее с ним - итог всего того, что когда-либо было. Не со мной, не с моим попаданием, нет. И не с ним. Это не итог всей его «деятельности» после превращения дракона. Сегодня будет поставлена точка после гораздо более длительного ожидания. Я это ощущаю. И я это начинаю осознавать.

Он понял Песнь. А теперь начинаю понимать и я, укладывая в эти страшные мгновения все то, что удалось узнать, в осмысленный узор.

Если брать хронологически, менестрели появились как волеизъявление этого мира. Прежде всех. Может и наравне с людьми и драконами - кто ж поймет, каким было Древо Жизни, когда только проросло из семечка? Менестрели и те знаки, которыми они записывают Песни, их суть и способность раскрывать, рассказывать о прошлом и предупреждать будущее - та нить, что проходит сквозь ткань этого мира.

Позже - или вместе с ними - родились драконы. Вода, которой питалось древо, породило жизнь «внизу», а солнечный огонь - «жизнь наверху». Наверное не важно, откуда взялись Великий Отец и Великая Мать. И когда. Когда-то. Нот они, по легенде, стали прародителями всех крылатых. Драконы - бесполые, но порождающие таких же крылатых детей - населили некоторые части этого мира. Независимые и чудовищные создания, они не могли не породить легенды и проблемы, когда стали контактировать с миром человеческим.

Красть и копить золото. Уносить скот. "Встречаться" с ведьмами. Лэдгар не успел мне рассказать эту историю, но я и так уже догадалась, что не только к принцессам ящериц тянуло, ой не только. И маленькие драконята не только от принцессиных семечек появлялись прежде.

Это многое, на самом деле, объясняло в поведении Гриды. Она может изначально и не знала причину, но если для их «видов» такое характерно - тянулась. Не потому, что как женщина в принца влюбилась. А как ведьма с драконом хотела быть. Генетическое что-то.

Нет, я не пытаюсь ее больше оправдать. Я никого здесь не оправдываю. Каждый получит то, что заслуживает.

Надеюсь мы с Лэдгаром заслуживаем счастья.

Драконы не могли не породить слухов и драконоборцев, похищение принцесс - а в какой-то момент они переключились, получается - соответствующие традиции рыцарства, а также способы защиты и наживы. О которых менестрели слагали свои Песни. Так одно цеплялось за другое, нанизывалось на третье…

И вот уже Великие Отец и Мать - а может и просто два дракона, легенды ведь могли придать той истории любой смысл, я все больше уверена в этом - улетают «на край мира», чтобы сложить там крылья и сгореть в общем огне. Меня что-то сразу цепляло в этой истории, в той постройке в замке Максимиллиана. Потом только поняла - цепляло непонимание, кто же этот склеп установил? Нанес все знаки, создал тайник? Драконий огонь был прежде Гейзеров, но неужто так потрудились свидетели самосожжения, а? Сомнительно.

Теперь я могу предположить, что произошло на самом деле.

Меня удивляло, что склеп с важными сказаниями так близко от замка, где жили наследники огненного рода, а Песнь про столь важные и древние события оказалась в тайнике, который спрятал отец Лэдгара. Но меня в те дни много чего удивляло, чтобы уделять внимание еще и этому. И сейчас окончательно доходит: все связано. Напрямую. Осыпавшиеся пеплом драконы, Песня, где об этом говорится, склеп, который не склеп, огненный род, потомком которого стал Лэдгар, люди, что создали тайник, открывающийся - вот же удивительно, да? - с помощью множества драконьих чешуек.

Разве стали бы они делать такой "сейф", если бы изначально не обладали этим множеством чешуек?

В Песни действительно говорилось, как соединились два дракона, два сердца. «Начало и конец всему», как «перевел» Лэдгар. И там, где сгорели в Огне драконы и превратились в «мертвые сердца» сразу появились «два теплых ростка», два человека - мужчина и жанщина - давшие начало огненному роду. Роду, который умеет становиться драконами, потому что изначально был им.

И который с каждым поколением все больше забывал об этом, пока Грида не "напомнила".

Песнь описывает не просто легенду. Да, в ней поется и о славном прошлом драконов. Но там переплетено прошлое, настоящее и будущее: история Великих Родителей, история рода Шен. И указание, как дракону становиться человеком.

Надо повторить, по сути, действия предков.

Дракон поднимается, чтобы сражаться

Сливается с пламенем, чтобы остаться

И ищет забвенье развоплощаться.

И Грида здесь не просто так. Лэдгар намеренно подстроил ее появление, умело управляя мстительностью, но ему не ведьма была нужна с ее проклятиями и заклятиями. Конечно, нужна и для этого - с той точки зрения, чтобы мироздание помогло «как началось - так и закончить все. Круг замкнулся». Но большая необходимость была в том, чтобы здесь оказался второй дракон. Равный ему. Они же в целом бесполые, решают, кто есть кто, в момент зачатия будущего потомства: для Огня вполне могут считаться парочкой.

Я понимаю, что все это правда, когда вижу, что делает Лэдгар. Он не борется, он не бьет, не ранит когтями - разве что немного. Не повторяет свой супер-трюк со взрывом второго дракона. Он дразнит. Дразнит для того, чтобы второй выпустил столп огня достаточной силы.

Достаточной ли?

Достаточно ли этого будет, чтобы получилось задуманное?

Что там в Песне? «В огонь превратиться, в огне не пропасть. Костями и пеплом засыпать врагов. Невеста дракона - погибель и кровь. Спасение сердца - отказ и любовь»

С врагами у нас все отлично. Есть кого засыпать - хоть пеплом, хоть камнями. Огонь сделают драконы - обоюдно. Любовь и способность отказываться во имя любви - у нас с моим принцем за глаза. И невестой я себя чувствую… Должна ли я погибнуть?

Самое что интересное… я даже готова.

Но вовремя вспоминаю слова дракона.

«Невеста дракона - задревная кровь». Я пришла на это древо совсем из другого места. Если мы не ошиблись, то Песнь предусмотрела и мое попадание, и всю эту историю.

Меня переполняют чувства. Самые сильные - это отчаяние и надежда. Смеюсь и плачу, глядя на драконище. Кажется второй дракон в бешенстве. И сейчас исполнит, что Лэдгар задумал.

И принц уводит его подальше от борющихся людей…

- Менестрель! - рычу, выхватывая в суетящейся на стене толпе нужного мне человека. Вовремя он приходит, говорят? Что ж… Пусть помогает. Песнь с утра со мной. Благо в платье есть внутренние специальные складки для важных вещей.

- Пой! - всовываю ему пергамент.

Менестрель шарахается, удивленно расширив глаза:

- Но это не мое…

- Не важно! Пой!

- Если она уже звучала, то не поможет это…

- Ее пели… - смотрю глаза в глаза ему - Но она никогда не звучала. Пой, менестрель. Ты ради этой Песни здесь, и ты это знаешь. Она должна исполниться.