Наследие исполинов. Никто, кроме нас - Васильев Владимир Николаевич - Страница 112

Они застряли в самом логове врага и неизвестно было — успели охранники сообщить куда-нибудь о нападении или нет. Предполагать, ясное дело, следовало худшее. Из-за малонаселенности Иншуди десант получил некоторую фору: вряд ли кто мог поспеть в это дикое место раньше локальных двух часов. Однако над резиденцией наверняка соорудят силовой щит, да и парочку военных кораблей на орбиту подвесят. Второй раз трюк с туземным катером не пройдет, это яснее ясного. Что оставалось? Ждать свой бот, который тоже скорее всего не выпустят, даже если бот умудрится прорваться и сесть? Так ведь Мельников уже отсемафорил: операция провалилась. Станет ли бот вообще садиться, подвергать экипаж неоправданному риску? Вряд ли. Значит, десанту остается только «иной способ», о котором издевательски умолчала вводная.

Все взгляды невольно скрестились на «пограничниках».

— И что теперь, а? — спросил Солянка. Вопреки ситуации уныние в его вопросе вовсе не сквозило. Скорее — любопытство школяра-игромана, завершившего очередной уровень квеста и теперь изучающего следующий.

— Первым делом — не паниковать, — ответил Мельников буднично. — Уж извини за банальность. У кого сканер? Давай сюда!

Боевой пловец подал Мельникову кругляш биосканера.

— Так… — Мельников принялся разбираться с приборчиком. — Где тут переход по высоте? Ага, вижу… А позиционирование?

— Снизу, — пробасил пловец.

Мельников перевернул плоский, как коробочка с леденцами, сканер дисплеем вниз.

— Ага, понял… Хм! А нас почему видно, у нас же защита?

— Прибор-то тоже наш, как и защита.

— Однако! Ладно, это мы, это пленные… Трупы как исключить?

— Пока никак, жарища тут, остынут не скоро. Смотри по положению — если продолговатый сигнал, значит, валяется. Если округлый — стоит.

Мельников некоторое время манипулировал с прибором.

— Зараза… Второй подземный уровень не берет.

— А что ты хотел? — пожал плечами пловец. — Это ж портативка.

— Боюсь, что нижний бункер и стационар не взял бы, — мрачно предположил Скотч. — Вы шлюз видали? Такие на пустотные десантовозы ставят, причем снаружи. А что ты, собственно, пытаешься выяснить?

Мельников вернул сканер пловцу и задумчиво поскреб небритый подбородок.

— Видишь ли, Скотче, — смилостивился и объяснил он. — Нижний бункер — это, собственно, жилой модуль на сверхмалом икс-приводе.

«Так вот что это за „иной способ“…» — запоздало догадался Скотч.

— …и оттого, заперся ли там Нути-Нагути со своими прихвостнями или же нам круто подфартило и мы приперлись просто в его отсутствие, зависит наше дальнейшее поведение. Шлюз, я так понимаю, приступом не возьмешь?

— Правильно понимаешь! Хоть из десятка тазеров пали, — заверил Гаваец, оживленно прислушивающийся к разговору.

Пятнадцать десантников собрались в центральном холле резиденции, у лифта на нижние ярусы. Со стороны веранды неспешно втекал горячий сухой воздух Иншуди. Невидимость они отключили — переговоры с пустотой практически всем действовали на нервы.

— Так, братцы! — Мельников быстро справился с ситуацией — это был уже не разочарованный неудачей, хмурый, небритый и невыспавшийся тип, а хищник, идущий по следу, целенаправленно и холодно. — Комплекты отключить вообще, не только камуфляж. Экономим энергию.

— Так поджаримся же! — недовольно заметил Арнольд Суондред.

— Не карамелька, не растаешь, — оскалился Мельников. — Лучше прикинь, что будет, если мы сейчас вместе с этим особнячком скакнем куда-нибудь в открытый космос. Светолет эдак за двести.

Суондред умолк — аргумент был весомее некуда. Десантники гасили комплекты до режима тревожного ожидания — если они все действительно вдруг окажутся в вакууме, комплекты включатся раньше, чем люди погибнут.

— Тамура! Ты у нас вроде диспетчером на космодроме раньше подвизался? — продолжал руководить Мельников.

— Было такое, — подтвердил черноволосый малыш Тамура.

— Аппаратный зал у них во-он в том куполе! Давай туда, осматривайся пока.

Понял!

Тамура с готовностью убежал к лестнице — здешние лифты ходили только под землю.

— Вы, мушкетеры! — Мельников звонко хлопнул в ладоши, глядя на близнецов. — Уж извините, я вас путаю. Бейтесь на две пары и в охрану — двое к подвалу с пленными, двое к шлюзу.

— Есть!

Братья Суондреды оставались военными даже на Тахире. Язык приказов — это был их язык, наиболее понятный и близкий.

— Кто из нас соображает в медицине хоть что-нибудь? Сойдет диплом ветеринара.

Соображающих оказалось достаточно: во-первых, Скотч — еще со времен работы гидом ему приходилось врачевать особо ретивых туристов. Аналогичные навыки имел и Солянка, ибо на Табаске был спасателем. Валти, как третий из «Экзотик-тура», в общем и целом отпадал — сам был ранен и до собственного бедра ему трудновато было добраться, ибо импульс пришелся аккурат под ягодицу. Зато кое-что в излечении ран соображал Костя Цубербюллер, в прошлом бывалый турист. Мистером Литтлом и Валти занялись совместно и безотлагательно, прямо в холле.

— Гаваец, Рагназь… Скотч, отдай аптечку соседу, ты мне нужен. И ты еще. — Мельников указал на пловца. — Давайте наружу, крестиком. Наблюдение — поверхность, небо:

Скотч кивнул, оставил раненых на попечение Солянки с Цубербюллером и подошел к остальным, назначенным во внешнее охранение. Хватило пары быстрых взглядов, чтобы разобрать направления, после чего четверка разошлась в разные стороны. Шаге на пятом Скотч услышал, как Мельников негромко обращается к своему безымянному напарнику:

— Ты в кораблик дуй… И чуть что…

— Знаю, — буркнул напарник. — Мухой…

Многословием он никогда не страдал.

Сам Мельников текучим аллюром хорошо тренированного человека взлетел по лестнице туда, где недавно исчез Тамура. Но любоваться его движениями было уже некому.

Вскоре Скотч с изумлением обнаружил, что растерянность его волшебным образом улетучилась. Чуть позже он догадался почему — когда личный состав при деле, теряться некогда. Первая сержантская заповедь. Даже странно, что он сам сначала растерялся, вроде как по чину не положено.

Но с другой стороны, когда не владеешь информацией в достаточной мере — командовать невозможно. Именно поэтому ситуацию быстро и жестко разрулил Мельников, больше разруливать было некому. А Скотч ощутил, в который уже раз, что просто подчиняться и выполнять приказы куда легче, чем самолично принимать решения.

Впрочем, к принятию решений его и не допускали, умело отсекая от информации.

Может, оно и к лучшему? Многие знания рождают большие печали. А если по-простому, по-солдатски — меньше знаешь, крепче спишь. Проверено временем.

Скотч не успел как следует обдумать все это, устроившись на веранде второго уровня и разглядывая серо-рыжие дюны, безжизненные и прожаренные сумасшедшим солнцем Иншуди. Минут через пятнадцать рысцой прибежал Костя Цубербюллер.

— Скотче! Тебя Мельников в аппаратный зовет. А я тут вместо тебя понаблюдаю.

С готовностью подцепив бласт за ремень, Скотч встал:

— Как там Валти с Литтлом?

Цубербюллер махнул рукой:

— Жить будут. Хотя если Литтл соберется на конкурс красоты — придется пересаживать кожу.

— Ну и ладно, — кивнул Скотч и поспешил к лестнице.

В аппаратном Мельников, Тамура и Валти сообща колдовали над стандартным диспетчерским пультом. Валти сидел на краешке кресла — усесться по-нормальному мешала рана. На штанине виднелись неопрятные потеки лечебной биопены.

— Не, — убежденно сказал Тамура, глядя в развернутый перед пультом видеокуб, — это не наши. Стопудово.

В видеокубе стремительно мелькали столбцы каких-то данных и периодически вспыхивали несложные символы, вроде обозначений на тактических картах.

— А это? — допытывался Мельников.

— А это мусор. Может, остатки спутников, может, наших роботов.

— А тут?

— Это орбитальный лазер, он аж над экватором, не обращай внимания.

— Ага… Вот дьявол! Они что, вообще не финишировали?