Нихилени (СИ) - Ойтен Мирланда - Страница 54

Брат криво улыбнулся. Левая щека нервно дёрнулась.

— Я изменился, — голос у него тоже стал странным. Низкий, дребезжащий, почти взрослый.

— Вижу.

— Ты не сказала, откуда у тебя он, — Ювелир кивнул на лежащего в дверях Кела.

— Умник отдал мне его, — не стала отпираться Ан.

— И ты его убила за это?

Ан пожала плечами.

— Я не хотела. Но так вышло, — она исподлобья посмотрела на брата. Потом вздохнула, взяла горсть засахаренных ягод и бросила их в рот. — Правда, я не хотела. Зачем мне это было делать? Но… Можно было уйти, но там так всё закрутилось. Я испугалась того, что стало с ним… с Келом. Испугалась, когда Умник начал кричать и угрожать мне, расстроилась, когда он рассказал мне про Рем и дядю. И испугалась, когда он начал угрожать.

— А голова на помойке? Тоже испугалась?

— Хотела спрятать голову, чтобы его не сразу хватились. Я думала, там её искать не будут, — Ан посмотрела прямо ему в глаза.

— Что ж, ты выбрала прекрасное место и время. Мы нашли её утром, и… Эх. Как же давно это было. Ну, рассказывай. Задавай свои вопросы!

— Что?

— Что тебе надо? Ты сказала, что хочешь поговорить. Тебе нужна информация. Какая?

— Расскажи, что случилось после того, как вы нашли голову Умника.

Ювелир молча отпил чай.

— Расскажи, как умер Совершенный.

Брат клацнул зубами о край чашки. Он быстро взял себя в руки, но Ан заметила, как у него вздрогнули руки.

— Зачем тебе?

— Интересно. Я хочу понять, что случилось и почему.

— Ты же знаешь, я старался держаться от всех этих дел подальше. Я… Слушай, я делал тогда именно то, что ты от меня ждала, сидел на дядиной шее. Я жил в своём мире и считал, что чтобы не происходило вокруг, меня не касается. Я был охренеь как рад, когда дядя нашел меня в моей норе и предложил кров и безопасность. Ну, я не очень вникал в его дела. Он что-то восстанавливал, пытался спасти остатки прошлого. Или хотя бы память о наших знаниях и образе жизни. Он так говорил, и мне казалось, что это правда. Я жил в тишине и сытости, и…

— Я знаю это. Расскажи, что у вас случилось, что Умник пошел искать убийцу для дяди.

— Он сошел с ума, — не стал вилять брат. — Дядя. Он совершенно сошел с ума. Потом я подумал, что он сошел с ума ещё когда мы были детьми, но когда старый мир закончился, некому стало его сдерживать, ну, и… Он начал убивать. Я не знаю, когда и как это началось, но то, что начиналось красиво и правильно, внезапно стало тиранией. Ещё эти фанатики благодетелей. Ты видела их? Они придумали, что дядя был их богом, придумали, что он чудотворец…

— Я их видела.

— Ну, тогда знаешь, о чём я говорю. Они придумали, что мы были богами, а дядя — лучший из нас. Ему это очень льстило, и в какой-то момент он, похоже, решил, что он и правда бог. Начал принимать это поклонение, начал изображать бога. Это всё было неправильно, но я… я же сказал, я не вмешивался в его дела. Я жил в своей раковине. А потом…

— Дядя начал убивать не только людей, но и членов семьи?

— Ну вот, ты сама всё знаешь. Да, он убил Кела и извратил его душу и сущность. Просто… просто потому что захотел и смог. Сделал вот это чудовище. Один раз чуть было не убил Счетовода, когда ему показалось, что тётя пытается украсть у него деньги. Наша красавица-сестрёнка с трудом уговорила его успокоиться и дать ей всё проверить. Потом убил Механика. Тогда мы и решили, что надо что-то делать.

— Мы — это кто?

— Я, Умник, сестрёнка, Счетовод. Маленький кабал из остатков семьи. Ещё была Жадина, но мы не рискнули посвятить её в планы. Тётя тоже сошла с ума. Она никогда не была нормальной, сама знаешь, а к тому времени она бы продала нас дяде за стекляшку или битый горшок.

— И как вы узнали обо мне?

— Мы не знали. Ну, то есть мы с Умником подозревали, что ты жива. Кел рассказал, что ты была ранена и он оставил тебя в лесу, но твоего тела никто не нашел… Вот поэтому дядя и рассердился на Кела. Он очень хотел, чтобы ты к нему присоединились. Потом Красавица сказала, что твои вещи в вашем доме не нашли. Дядя поручил ей собрать твои вещи, чертежи и все инструменты, но она сказала, что нашла не всё и что часть вещей, о которых говорил Кел, пропала. Дядя счёл, что брат соврал о тебе, и мы ещё неделю искали твоё тело. Дядя выгнал нас с Умником в лес и велел не возвращаться без тебя. Даже этих… любимцев сестрёнки привлекали. Её химер. Они искали тебя по запаху, но ничего толком не нашли. Потом через месяц дядя велел считать, что ты умерла где-то в городе, а твоё тело сожрали.

— Но вы двое подозревали, что я жива.

Ювелир выдержал её взгляд.

— Да. Мы двое. Я и Умник. А Кел сказал, что ты останешься в городе, потому что ждёшь отца.

— Хорошо. Вы двое. А теперь всё-таки расскажи, что случилось после смерти Умника, пожалуйста.

Брат кивнул.

— Утром мы нашли голову Умника в мусоре под стенами, — голос Ювелира затих до шепота. — Мы решили, что это дядя его убил. Ты не представляешь, как мы испугались. Я был готов бежать. Ну… вряд ли я куда-то бы смог убежать, на самом деле. Мои ноги тряслись так, что я не мог стоять. Я уже видел, как дядя улыбается и сносит мне голову. Тебя там не было, Ан, ты его не видела!. Ты не знаешь, во что он превратился. Я не знаю, когда это началось, возможно, ещё до… Забавно, да?

— Да уж, — Ан закинула в рот несколько ягод. Кислые, но ароматные. Отсыпать горсточку в карман?.. — Безмерно. Кел стал вот этим из-за того, что вам было тепло и сыто под властью сумасшедшего.

— Мы не знали.

— Чего сейчас оправдываться? — Ан выглянула в окно. Море было далеко, но на грани слуха Ан даже здесь, внутри дома, ощущала его шум. И правда, что оправдываться. Дядя убил Кела и ещё чёртову кучу их крови. Ан убила Умника — ни за что, просто потому что старая Ан давно умерла, а что выросло на её месте — она сама не знала.

— Верно, — брат повернулся и заглянул в чайник, потом подлил себе заварки. — Ты пришла только за тем, чтобы послушать старые истории?

— Ты остановился на том, что вы нашли голову Умника и испугались, — напомнила Ан.

— Да, нашли. Я перепугался до беспамятства. А сестрёнка… ну, Красавица. Она единственная не испугалась. Сказала, что медлить нельзя.

Ан снова кивнула.

— Так как вы его убили?

Ювелир молчал.

— Брат, как вы его убили? Что вы с ним сделали?

— Сестра. Это сделала наша красавица. Ты ведь знаешь, он её… ну, не то, чтобы сильно любил. Но её он подпускал к себе. Когда мы нашли голову Умника, мы словно обезумели. Не растерялась только она. Сестрёнка забрала голову Умника, бронзовые ножи и ушла к отцу. Через полчаса она позвала нас, и мы увидели, что она выпустила из него кровь и прибила ножами к полу.

— Она его не убила?

— Нет. Мы… не решились. Она не стала, сказала, что он её отец, и она не оборвёт его нить. А мы не решились. Среди нас не было убийц. Или мы были просто слабаками, не знаю.

— Что тогда вы с ним сделали?

— Старый мраморный карьер на северо-запад от города. Помнишь его? — тихо спросил Ювелир. — Мы увезли его туда и заперли в камне. Дядюшка устроил там тюрьму для нам подобных. Собрание членов семьи. Коллекция трофеев или склад на будущее, уж не знаю. До того, как он решился начать нас убивать, он прятал тех, кто не хотел ему помогать, в камне. Красавица заперла его там, а потом мы разошлись в разные стороны. Мы вообще хотели остаться и как-то завершить его дело по-другому, более правильно, но пока мы возились, всё пошло… прахом, короче, пошло. Наш дом, где мы жили с дядей, рухнул, власть захватили какие-то его лейтенанты, повылезали разные бандиты. Мы не были вождями и какими-либо лидерами, так что мы просто разошлись в разные стороны. Я вот здесь осел. Тут тихо и мало людей, меня уважают и не трогают. Можно вообразить, что тут всё по-старому. Что ж, я удовлетворил твоё любопытство, сестра?

— Почти. У меня ещё один вопрос.

Ювелир пожал плечами.

— Задавай.

— Что стало с моим отцом? Что дядя с ним сделала?