Башня Крови (СИ) - Игнатов Михаил - Страница 59

Ну, хотя бы с этим, в отличие от клятых трёхсоставных техник, у меня проблем нет. Как нет их и с тем, что я сейчас намеревался сделать.

Расщепление ихора — это тоже то, что тень Ирал отложил на потом, потому как это, неожиданно, оказалось тоже более сложным умением, которое осваивал не всякий идар, сумевший его сгустить. Этим трюком пользовались Хвао и Тальма, когда в долгой битве у них заканчивался жар души.

А ещё я, который насмерть замерзал в каморке Академии, которая высасывала из меня жар души.

Правда, расщепить те капли ихора, что были горячими снаружи, у меня так и не вышло. Возможно, именно потому, что снаружи они были целыми и горячими и изъян у них был внутри. В отличие от других, где изъян был снаружи.

А, может быть, я не мог их расщепить только потому, что первые были полноценными каплями ихора созданными из смеси ихора всех Предков, а вторые не содержали ихора Ребела.

Во всяком случае, тени долго спорили, но, в конце концов, решили, что я должен и дальше расщеплять их, чтобы исправить саму основу своей крови — если уж я потомок Оскуридо и в моих жилах течёт ихор всех Предков, то нужно сгущать именно его, совершенный ихор.

Поэтому я даже не пытался вливать жар души в капли ихора, покрытые пеплом и трещинами снаружи. Я собирался расщеплять их, отбирая жар души и переливая его в другие, целые капли.

Оставлю только десять, чтобы точно пережить последнюю чашу «тайного состава» и ночь уединённой тренировки. Конечно, в самом составе будут эти самые капли ихора, но я не собирался рисковать и полагаться только на это.

Ещё, кстати, потому, что тени никогда не слышали, чтобы можно было расщеплять чужой ихор. Впрочем, обряд с кровью применяли только для слабых, для стражников из простолюдинов, сомневаюсь, что идары прошлого занимались такой ерундой со своими детьми. Да и Кровавых в те времена ещё не было.

Так что, кто знает, может быть, я ошибаюсь и расщепляю только свой ихор, а тот, что в составе, мне неподвластен.

Но... Не может же быть так, что в моей крови моего ихора мало, а всё остальное — чужое? Это же полный бред.

Привычно отсчитал десять тусклых, серых капель ихора и вцепился в одиннадцатую. Неуловимый миг или вечность усилия и она рассыпается на куски, выплёскивая из себя жар души. Собрать, сжать его, направить в ближайшую полноценную каплю ихора, заставляя её светиться гораздо ярче, а холодную сердцевину уменьшить.

Подозреваю, что стоит ей исчезнуть, стоит ихору начать пылать полностью, и моя цель будет достигнута. Сгущение ихора, достижение того, что сейчас называют Достигнувшим предела, Клинком или Хвао по-старому. Правда, сделать это нужно для всех капель ихора без исключения. Для всех полноценных капель.

Одна, две, три капли, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять ущербных. Ты — разрушайся!

Глава 25

Нумеро отложил перо и со вздохом бросил взгляд в окно, где опускалась ночь. Через миг повернул голову к двери, услышав шаги жены.

Терсия, как обычно, буквально ворвалась в комнату, разом очутившись едва ли не посредине, следующими двумя шагами добралась до стола и оперлась на него, внимательно глядя на мужа.

— Нумеро, ты ничего не хочешь мне рассказать? Мы ведь договаривались, что больше тайн у тебя не будет.

Он лишь недоумённо пожал плечами:

— Их больше и нет. Я рассказал тебе всё. И о своей службе у владетеля Хонесто, и о шахте, и о союзе. И нет, я всегда ездил на юг по делам и никаких женщин у меня там в пути не было.

— Нумеро! — прикрикнула Терсия. — Я ведь серьёзно.

— Я тоже.

— Хорошо, — она кивнула, прихлопнула ладонью по столу. — Когда ты удвоил стражу после возвращения из Грандора, я восприняла это как должное. Но сегодня она снова стала больше, Нумеро! Наша новая стража, которой ты не нахвалишься, словно перед сном у тебя более важных вещей нет. Поэтому я спрошу ещё раз, Нумеро, ты ничего не хочешь мне рассказать?

Он вздохнул, бросил ещё один взгляд за окно и пожал плечами:

— Рассказать очередную тайну? Нет. У меня её нет. Поделиться опасениями? Могу. Если ты хочешь.

Терсия бесстрашно встретила его взгляд, не отвела глаз и медленно кивнула:

— Конечно хочу, Нумеро. Кто, как не я, должен помогать тебе, следуя бок о бок с тобой? От заключения нашего союза и до смерти.

— Ну, скажешь тоже, — Нумеро перегнулся через стол, ухватил Терсию за руку, скрыв её пальчики в своей мозолистой лапище. — Об этом ещё рано думать, мы ещё молоды, и у нас только Лиал. Я не успокоюсь, пока у нас не будет трое детей самое малое.

Терсия фыркнула:

— Не успокоится он! — через миг стёрла улыбку с лица, уселась прямо на края стола и кивнула. — Рассказывай, Нумеро.

Он ещё раз вздохнул и она не выдержала:

— Да что ты вздыхаешь?!

— Не знаю, Терсия, не знаю. Вроде всё в порядке, но меня что-то тревожит, что-то беспокоит. Вораз расколоты и их земли уже описали как приз для грядущих Игр. Шахта заработала, ушли первые телеги со слёзами и даже владетель Вир выделил людей для охраны груза по пути от шахты и до самого Вествока.

Терсия хмыкнула:

— Охрана или соглядатаи?

— Скорее, второе, — согласился Нумеро. — Пытаются оценить объём добычи и прикинуть, не обманываю ли я их господина. Но это ожидаемо. Вернее, ожидаемы три адепта, а вот два десятка Кровавых — этого я не ожидал. Не знал, что у главы Академии столько власти, а король так ему доверяет, что выделяет Кровавых под его руку.

Терсия выслушала это хмурясь, покачала головой:

— Ничего об этом не знаю. Во времена моей учёбы Кровавых в Академии не было, как и слухов о них. Ты опасаешься, что они нападут на замок? Зачем?

— Нет, — Нумеро скривился. — Не этого я опасаюсь.

— Нумеро, почему мне приходится всё тянуть из тебя? Ты снова хочешь спать в одиночестве?

Он вскинул руки, засмеялся:

— Ты знаешь толк в угрозах, они воистину страшны, — отсмеявшись, повторил. — Нет, их я не опасаюсь. Виру невыгодно сейчас разрушать наш договор. Слишком много глаз приковано к нашему Дому после всех этих событий. Если он и замыслил дурное, то случится это не в этом году, а позже, когда воспоминания о суде, Лиале и шахте потускнеют и перестанут обсуждаться. Может быть, после того как возьмут северную столицу Реола, но с ней всё идет тяжело.

— Ты меня пугаешь.

— Если, я говорю — если, Терсия, и сам в это не очень верю.

— Тогда зачем столько стражи?

— Затем, что мой отец долгие годы выполнял грязную работу для Дома Хонесто. Я принял у него из рук этот долг и тоже выполнял грязную работу для Дома Хонесто. Я был единственным цепным волком Хонесто, я знал, что никого другого у него нет и не боялся ничего.

— Я поняла, — Терсия медленно кивнула. — Теперь же ты порвал цепь и сбежал. Дом Хонесто теперь должен завести нового волка и ты боишься, что этот волк проберётся в наш замок.

Нумеро пожал плечами:

— Если волка два поколения кормить обещаниями и держать впроголодь, то разве удивительно, что он начал мечтать о другой судьбе?

— Не нужно оправдываться передо мной, Нумеро, — теперь Терсия перегнулась через стол и приложила ладонь к щеке Нумеро. — Я принимаю тебя таким, какой ты есть. Со всеми твоими прошлыми тайнами и мертвецами за твоей спиной. Какое мне до них дело? Ты решил основать союз и возвысить наш Дом? Я выйду с тобой на Игры, едва король разрешит это эдиктом. Ты решил разорвать с Хонесто? Я поддержу тебя, встав за твоим плечом, пусть это и могущественный враг, ведь я теперь тоже Денудо.

Нумеро отнял ладонь Терсии от щеки, поцеловал её пальцы:

— Спасибо. Это всё должно было пройти не так, отец заключал договор с Домом Хонесто о другом, но старый владетель умер, а этот... — Нумеро криво усмехнулся. — Этот так и не подтвердил договор на алтаре, а узнав о шахте, не простил мне того, что я не принёс это сокровище ему, его господину.

— Понимаю тебя.

— И снова спасибо, — Нумеро поцеловал ладонь Терсии ещё раз, скосил глаза в окно, где мелькнул отсвет факела стражи на стенах. — Их стало больше, чтобы никто не сумел дойти незамеченным до наших покоев. В открытой схватке я не побоюсь ни Великих паладинов, ни старших Кровавых, но от удара в спину, яда в еду для стражи или нападения во сне никто не застрахован.