Анатомия убийства - Дорн Л. Р. - Страница 3

Он сказал: «Нет, у нее маленькая квартирка в Энсино».

Я спросил: «Вы знаете, где она сегодня?»

Он сказал: «Высоко в горах».

Титус Олден: Он спросил, знаю ли я, с кем она туда отправилась. Я ответил, что, по-моему, с какой-то девушкой, но не был уверен, с кем именно. Потом я сказал: «Мистер Мейсон, я уже сильно нервничаю, не могли бы вы сообщить мне, в чем дело?»

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: «Мне очень жаль, мистер Олден. Ваша дочь была найдена в озере Серен. Похоже, она утонула… погибла. Мне очень, очень жаль».

Титус Олден: Я не мог, знаете, просто… когда родитель слышит эти слова, когда отец слышит такое о своей маленькой девочке… нет. Нет.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Я сам чуть не расплакался. У меня тоже есть дети, и услышать что-то вроде того, что я говорил мистеру Олдену, худшее, что можно себе представить. Что-то подсказывало мне уже тогда, что я обязан помочь этому человеку и его семье добиться справедливости.

Джейк Кроу, репортер Inyo Register: Был июль, выборы в округе намечались в ноябре. Чтобы так быстро протолкнуть что-то подобное через суд, требуется большое упорство. Мейсон мог догадываться, что это привлечет внимание, но я не думаю, что он имел какое-либо представление о том, насколько масштабной будет лавина.

Я встречался со своим редактором, когда поступил звонок. Честно говоря, утопление одного человека – это трагедия, однако это не такая уж значительная новость. Но когда стало ясно, кто в этом замешан, и что с этими шишками из социальных сетей возможен любовный треугольник, мы поняли, что это может стать сенсацией.

Титус Олден: Мало того, я должен был придумать, как рассказать своей жене. У Грейс проблемы с сердцем, я всерьез опасался, что у нее случится сердечный приступ. Мне показалось, что, возможно, у меня самого приступ, я чувствовал сильное давление в груди.

То было мое сердце. Разваливалось на части.

Затем возник совершенно новый мир – мир боли.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Я продолжил говорить: «Это не все, мистер Олден. Это ужасно, и я глубоко вам сочувствую. Но есть еще кое-что, что вам нужно знать. Сделайте глубокий вдох, хорошо?»

Титус Олден: Потом я услышал: «Мы думаем, что, вероятно, имело место преступление». Моя дочь была мертва, и, возможно, ее убили.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Я сообщил ему, что мы нашли мобильный телефон Ребекки и неотправленное сообщение для матери.

Дункан Макмиллан, интервьюер: Вы знали, что в сообщении содержалась информация, которую Ребекка скрывала от отца?

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Да, знал.

Дункан Макмиллан, интервьюер: И вы все равно ему рассказали?

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Он бы все равно узнал, и достаточно скоро. Его дочь умерла, это стало страшным ударом. То, что это, возможно, было убийство, подняло дело на другой уровень. Я прочитал ему сообщение и сказал, что нам необходима информация, с кем Ребекка отправилась на озеро. И если он не знает, то его жена вполне могла быть в курсе.

Титус Олден: Менее чем за пять минут я узнал, что моя дочь мертва, возможно, убита, да еще и была лесбиянкой. К тому же она планировала заключить брак с человеком, с которым я не был знаком.

Да. Аха-х.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Из сообщения, найденного на телефоне жертвы, было ясно, что миссис Олден, скорее всего, знала, с кем общается дочь. Мистер Олден сказал, что поговорит с ней и перезвонит мне. Тем временем я набрал нашему главному судебно-медицинскому эксперту и предупредил, что вскрытие Ребекки будет иметь первостепенное значение, и я должен узнать о результатах прежде других.

Титус Олден: Я усадил свою жену, взял ее за руку и с трудом выдавил из себя: «Бек больше нет». Она закричала и упала на пол. Я опустился на колени и обнял ее. Мы оба рыдали. После того, как она немного успокоилась, я спросил: «Ты знаешь, с кем Бек поехала на озеро?»

Клео Рэй: Это был идеальный день. Она выглядела прекрасно. И была счастлива. Может быть, я не видела никого счастливее за всю свою жизнь.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Мистер Олден перезвонил мне и сказал, что его жена слишком расстроена, чтобы общаться по телефону. Она никогда не встречалась с девушкой Ребекки, но помнит, как дочь говорила, что та была племянницей человека по имени Самсон Гриффит. Ребекка работала в его компании, делала прически и макияж для видеосъемок. Я попросил мистера Олдена пока ни с кем не говорить о случившемся и как можно скорее приехать в Бишоп, чтобы опознать тело и обсудить дальнейшие действия.

Имя Самсон Гриффит было мне незнакомо, поэтому, пока мы с мистером Олденом разговаривали по телефону, я поискал его в Интернете. И понял, что он был своего рода большой шишкой в этом мире. Его компания представляла актеров, певцов и интернет-знаменитостей, известных как «инфлюэнсеры».

Титус Олден: Моя жена сказала, что Бек сама хотела рассказать мне о… ну, вы знаете, о своих предпочтениях. И вы видели в сообщении, что она собиралась это сделать, вернувшись домой. Время от времени я отпускал грубые комментарии, в основном о мужчинах-гомосексуалистах, но я шутил, как люди шутят или привыкли шутить по этому поводу. Я не гомофоб. И не стал бы ее осуждать. Возможно, просто пожалел бы, потому что считаю, что это тяжелее, чем быть нормальной… простите, я не то имею в виду, я в том смысле, что в мире есть много людей, которые осуждают за это.

Джейк Кроу, репортер Inyo Register: До юридической школы Оуэн Мейсон был бойцом смешанных единоборств. Борцом. Десять профессиональных боев, пять побед, пять поражений. Заметно, что у него сломан нос, и его так и не починили как следует. Думаю, он решил, что так он выглядит в зале суда более грозным. В глубине души он эмоциональный парень, к тому же в нем есть духовность. Это заметно, и это главная причина, по которой он добился успеха.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Только в юридической школе я обнаружил, что у меня есть талант к публичным выступлениям. В остальном я был обычным студентом. Но когда дело доходило до вступительного слова или заключительного аргумента, я чувствовал себя в своей тарелке. Я научился убедительно доказывать свою точку зрения. И это производило впечатление на людей, которые меня нанимали.

Джейк Кроу, репортер Inyo Register: Я бы не сказал, что его действия были полностью политически мотивированы. Парень склонен бороться за людей, которые не могут сами постоять за себя. Хотя нельзя отрицать, что с того момента, как стало ясно, что в Лос-Анджелесе задействованы люди из медиа бизнеса, он увидел в этом деле огромные возможности и для себя.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Я нашел номер офиса Самсона Гриффита на вебсайте его компании и набрал его. Я все еще не знал имени женщины, которая находилась с Ребеккой в каноэ. Но у меня было предчувствие, что оно может быть известно мистеру Гриффиту.

Его помощница ответила, что он на совещании и не сможет говорить в течение пары часов. Я настаивал, что это срочно. Она вежливо поинтересовалась, о чем идет речь. Но вы не захотите рассказывать кому попало о подобных обстоятельствах, поэтому я просто сказал: «Пожалуйста, попросите его позвонить мне».

Самсон Гриффит: Мне часто звонят люди с титулами вроде окружного прокурора. В большинстве случаев это связано с их желанием устроить своему ребенку или родственнику встречу со мной. Когда мистер Мейсон не сообщил, о чем идет речь, я предположил, что это личное дело.

Тогда я еще не знал об инциденте с утоплением. В тот день моя голова была полностью занята важными переговорами для одного из моих клиентов.

Титус Олден: Я помню, как сказал: «Мы должны подъехать туда, чтобы опознать тело», и в ту секунду, когда эти слова слетели с моих губ, я снова сломался. Мы с женой были не в силах совершить эту поездку. Как бы нам ни хотелось отправиться к Бек, сначала нам нужно было успокоить свои нервы.