Злодейка должна умереть (СИ) - Коновалова Анастасия - Страница 52

Его слова, прерывистый шепот, отзывался болью в сердце. Она смотрела вперед и чувствовала горячее тело за спиной. Хотела верить. Хотела положиться. Очень хотела, правда, но не могла. Эва не могла быть счастливой, пока страдали остальные.

Она ничего не говорила, потому что не доверяла голосу.

Ей правда хотелось верить, но не получалось.

Глава 20. Одиночество

Артур в короне, мундире, расшитом золотой нитью, и тяжелой накидке выглядел великолепно. Я стояла в стороне, потому что не была королевой и не имела право быть рядом с королем. Но даже отсюда все прекрасно видно. Я наслаждалась каждой секундой.

Когда коронация закончилась, Арту сразу подошел ко мне и взял за руки, целуя костяшки.

− Как ты себя чувствуешь? Ты все еще не отошла от отравления.

− Все хорошо, любимый, − успокаивающе говорю я и улыбаюсь. — Ты великолепен сегодня.

− Ты будешь прекраснее на нашей свадьбе, милая. Поэтому тебе стоит отдыхать больше. Я не хочу, чтобы на нашей свадьбе ты упала в обморок.

Сегодня утром письма от Риэль не было. Эва смотрела на пустой поднос и не знала, как к этому относиться. Посмотрела с подозрением на Лукрецию, но быстро отпустила ситуацию. Наверное, Риэль просто надоело присылать письма, которые в тот же момент сгорали в огне догорающей свечи.

Вместе с Исэ они прошли в столовую. Эва посмотрела на наполненные едой тарелки, ощущая тошноту. Однако она медленно села и положила много еды в свою тарелку, прекрасно зная, что не съест и половины. Медленно жевала тонкие куски сыра, видала в рот виноград без косточек, чувствовала на себе пристальный взгляд Исэ и Лукреции. Они волновались. Исэ и вовсе злился, особенно когда видел ее острые колени и выпирающие ребра, тонкую шею, на которой непонятно как держалась голова. Кроме этого Эва чувствовала, какими тонкими стали ногти, а волосы вылезали клочьями.

Незаметно выбросив обратно половину еды и выпив чашку зеленого чая с легким запахом жасмина, Эва промокнула губы салфеткой. Отвернулась, пытаясь игнорировать взгляд исподлобья и недовольную гримасу на лице Исэ. Какой он, к сожалению, внимательный.

− Эва… − начал угрожающе он, но замолчал, стоило в столовую вбежать обеспокоенному и запыхавшемуся дворецкому.

− Госпожа! — выдохнул дворецкий, чем привлек всеобщее внимание. Выдохнул резко и посмотрел на нее шальными глазами. — Прибыла Святая. Она говорит, что не уедет, пока не увидится с вами.

Эва удивленно вскинула брови и поспешно встала. Скривилась, когда ножки стула со скрипом проехались по деревянному полу, и подбежала к окну. Не хотела верить, надеялась, что дворецкий неудачно пошутил, но… Риэль стояла у ворот в легком, белоснежном платье с золотыми украшениями и ободком, который создавал у ее головы ореол.

Скривилась и быстро отошла от окна, кусая ноготь большого пальца. Под напором зубов он сразу криво сломался. Она убрала руку от лица и посмотрела на ноготь, который сразу же оторвала, чувствуя ноющую боль и слизывая соленую кровь. Отвратительная ситуация.

− Эй, Эва, − тихо позвал ее Исэ и осторожно перехватил руку, смотря на кровоточащий ноготь. Улыбнулся вымученно, будто ему действительно больно смотреть на это. — Все хорошо, не волнуйся. Все правда хорошо. Хочешь, я выйду и покусаю ее?

Эва посмотрела сначала непонимающе, потом удивленно и, когда поняла смысл слов, тихо рассмеялась. Аккуратно забрала свою руку и поправила волосы, которые не казались такими роскошными, как раньше.

− В тебе слишком много животным повадок, наглый дракон, − покачала головой она, все еще смеясь. Исэ улыбнулся, будто с его плеч упал тяжелый груз и тряхнул головой.

− Ну я же не совсем человек, − пожал он плечами и вновь посмотрел внимательно. — Если нужно, я ее прогоню. Я не хочу, чтобы тебе было плохо.

Зачем он так говорил? Такие его слова давали ложную надежду. Ей каждый раз становилось больно от того, что Исэ еще ребенок. Несмотря на все слова про совершеннолетие и особенности взросления драконов, на поведение, отличающееся от детского — ему все еще не исполнилось четырнадцати. Эва просто не имела права на такие чувства.

Поджав губы, она покачала головой.

− Не волнуйся, со мной все будет хорошо, − успокоила его Эва и мягко погладила по дрогнувшей руке. Посмотрела на дворецкого с Лукрецией. — Пригласи ее в малую гостиную и скажи, что я приду, как только подготовлюсь.

Она быстро ушла с Лукрецией в комнату, где ей сразу достали платье и косметику. От мельтешения перед глазами кружилась голова, дышать стало сложно, когда ей затянули корсет. Сегодня платье из темной ткани и более свободного кроя, чтобы скрыть излишнюю худобу.

У Лукреции золотые руки, потому что через бесконечные минуты, она выглядела сносно. Даже хорошо, будто не было двух бессонных ночей, нескольких приемов пищи и сожженных нервных клеток. Эва осталась довольна внешним видом. Риэль не следовало знать, как обстояли дела на самом деле.

− Подготовь чай с печеньем и тем, что находиться в шкатулке.

Лукреция посмотрела на нее напугано, но кивнула.

Эва сделала глубокий вдох и направилась в гостиную, где ждала Риэль. Главная героиня романа, с которой они не виделись с бала. Девушка, над которой Эва издевалась, позорила и распространяла отвратительные слухи. Она уже ничего не понимала.

Риэль сидела на диване и смотрела в стену. Вскинулась, когда дверь открылась и встала с неуверенной улыбкой смотря на вошедшую Эву.

− Приветствую Святую, − сухо поздоровалась Эва, присев в реверансе. Несмотря на то, что она от рождения выше по статусу, Святая воспринималась наравне с королевской семьей. К тому же она официальная невеста будущего короля и Эва не хотела портить отношения раньше времени.

Улыбка Риэль дрогнула, а глаза засияли ярче. Выглядело так, будто ее это действительно волновало. Она кивнула и села, смотря на спокойную и даже равнодушную Эву, севшую напротив. Нельзя показывать больше, чем следовало. Будет странно, если главная героиня в последний момент наладит отношение со злодейкой.

− Вы что-то хотели мне сказать? — спросила Эва и посмотрела на Лукрецию, которая поставила чайный сервиз на столик, вместе со сладостями. От чая исходил резкий аромат клюквы. — Угощайтесь. Здесь делают хороший чай.

Эва наблюдала, как Риэль взяла свою чашку и медленно пила, смакуя вкус. Взяла свежую клубнику с тарелки и отправила в рот, скорее всего чтобы заглушить странный вкус.

− Я знаю, что ты не читала ни одно письмо, которое я отправляла. На самом деле, последние были уже пустые, − неловко рассмеялась Риэль, но вновь стала выглядеть грустной. — Я не знаю, что сделала не так, чем обидела тебя, но прошу прощения. Ты мне очень дорога, поэтому прошу дать мне еще один шанс. Как ты уже знаешь, я скоро выйду замуж за принца. Я приглашаю тебя на свадьбу.

На стол рядом с клубникой Риэль положила белоснежный конверт с восковой печатью. Эва смотрела на него, будто на отравленный, потом на нее. Похоже, Риэль совсем сошла с ума. Как можно приглашать на свадьбу человека, который портит тебе жизнь? Эва не понимала, поэтому молча смотрела на конверт. Встала лишь когда Риэль сказала, что ей пора возвращаться.

Они попрощались холодно, хоть Риэль и обняла ее крепко, зарываясь носом в волосы. Неловко. Эва поджала губы и быстро отошла, переплетая пальцы рук, создавая между ними дистанцию.

Вернулась в гостиную лишь когда Риэль уехала. Вылила остатки чая в горшок с цветком. Взяла осторожно конверт в руки и осмотрела его внимательно.

− Что она хотела? — спросил Исэ, подходя к ней и смотря с подозрением на конверт.

− Пригласила на свадьбу, − ответила Эва и скрыла конверт. Впервые за долгое время она видела почерк Риэль, такой же неаккуратный, но в словах не было ошибок. Быстро прочитала несколько строк и убрала письмо обратно. Риэль собственноручно написала приглашение. Наверное, это было даже мило.