Майкл Джексон: Заговор (ЛП) - Джонс Афродита - Страница 24

По словам Дэйвеллин, после прибытия назад, в Неверленд, ей и её семье "выдали список добрых слов, которые надо произнести" для фильма-опровержения о Майкле Джексоне. Том Снеддон допрашивал юную девушку долгие часы, и всё это время Дэйвеллин заявляла, что она чувствовала себя и своих близких заложниками, удерживаемыми в Неверленде. Дэйвеллин рассказала, что семья покинула дом при странных обстоятельствах.

– Мы были напуганы всем происходящим, объяснила Дэйвеллин. – Всей ситуацией, всей её секретностью. Всё – реальная агрессия. Я была так напугана. Я не понимала, что происходит и почему всё так.

Прежде чем закончить свои показания, Дэйвеллин заявила, что никогда не пробовала спиртное до того, как сам Майкл лично не дал ей выпить что-то алкогольное. Девушка так же рассказала об отношениях её матери со своим новым ухажёром, майором Джеем Джексоном, у которого семья останавливалась после выхода фильма Башира. Дэйвеллин описала в деталях интервью, которое было снято в доме Джея Джексона в Лос-Анджелесе. Это было интервью, срежиссированное Брэдом Миллером, частным детективом, работающим по заданию знаменитого адвоката Марка Герагоса, который представлял интересы Майкла в тот момент. Интервью было записано Миллером и позже приобщено к уликам. В нём вся семья Арвизо – Гэвин, Стар, Дэйвеллин и Джанет – рисовали светлый портрет Майкла Джексона, рассказывая частному детективу о том, что Майкл был для них, "как отец", что это человек добрый и бескорыстный, проявляющий "абсолютную любовь".

Документ за номером 5000-А в процессе "Народ штата Калифорния против Майкла Джо Джексона" был предоставлен как текст интервью, данное Брэду Миллеру. Запись показывала, что 16 февраля 2003 года семья Арвизо выражала свою признательность Майклу Джексону, и это даже сколько-нибудь не было похоже на то, о чём свидетельствовала Дэйвеллин. На записи было ясно, что вся семья – Джанет и её дети – каждый принимал участие добровольно. Они дали согласие на видеозапись и были весьма бодры и оптимистичны в своих высказываниях. К тому моменту Дэйвеллин было 16, Гэвину 13, и Стару – 12 лет. Брэд Миллер начал с Джанет, попросив её рассказать о том, как семья познакомилась с Майклом, и Джанет с волнением описывала тот год, когда Гэвин перенёс химиотерапию и облучение, которые каким-то образом спасли его жизнь.

В рассказе об экстенсивной онко-терапии в больнице Kaiser Permanente на Сансет-Бульваре, Джанет объясняла, что консилиум из 12 докторов не могли выяснить тип онкологии, которым был поражён организм Гэвина. То, каким образом её сын остался жив, а рак отступил, было полной загадкой. Джанет рассказала на камеру, что в борьбе с раком Гэвин потерял почку, левый надпочечник, часть поджелудочной железы, селезёнку и несколько лимфоузлов. Она рассказала Миллеру, что врачи удалили из организма Гэвина 16-фунтовую опухоль, но болезнь в крайней стадии продолжала прогрессировать в лёгких мальчика. Гэвин перенёс множественные переливания крови, а также переливания, порой одновременные, красных и белых кровяных телец.

Когда частный детектив спросил Гэвина о его дружбе с Майклом, тот рассказал:

– Майкл сказал мне поторопиться закончить химиотерапию и ехать в Неверленд, – на записи Гэвин описывал своё пребывание в больнице в постоянных мыслях о Неверленде, о встрече с настоящим Майклом Джексоном. – И это всякий раз делало меня счастливым, Майкл всегда вызывал улыбку на моём лице.

Бред Миллер хотел узнать, приезжал ли когда-нибудь Майкл в больницу, чтобы навестить Гевина. Гевин ответил, что Майкл всё время был в разъездах, и вместо визитов больницу он звонил по телефону из самых отдалённых уголков земли. Бывало, они говорили часами. Гэвин воспринимал Майкла, как лучшего друга, и сказал Миллеру:

– Я мог позвонить ему в любое время и поговорить с ним.

Что до Джанет, то она настаивала, что ту нишу, которую занял Майкл, можно назвать "фигурой отца" как для Гэвина, так и для Стара с Дэйвеллин. Она говорила, что Майкл "знал, что он нужен всем троим", особенно с того момента, как их настоящий отец, Дэвид Арвизо, оставил семью в нечастье и без гроша денег. Джанет заявила, что роль Дэвида была "в уверенности, что он выглядит хорошим отцом", но фактически, он долгие годы причинял ей и детям только вред.

Джанет поставила частного детектива в известность о том, что они с Дэвидом в официальном разводе, и заявила, что что её муж был арестован в октябре 2001 года по обвинению в домашнем насилии. Джанет заявила, что Дэвид Арвизо был признан виновным в применении домашнего насилия, и, после проведения расследования, сказала что "следователи видели, что со стороны Дэвида было куда БОЛЬШЕ содеянного, не только надо мной, но и над моими троими детьми". Джанет заявила, что было девять пунктов обвинений, выдвинутых Дэвиду Арвизо, включая "угрозы детям" и "террористические угрозы". Она рассказывала, что Дэвид избивал всех троих её детей, и тут Гэвин вскочил и заявил, что отец его бил, и делал это, даже когда мальчик лечился от рака и даже после операций.

Стар Арвизо сказал Миллеру, что Дэвид бил его по голове. А Дэйвеллин утверждала, что Дэвид однажды сломал ей копчик.

Это было печально. Дети Аривзо обвиняли отца, рассказывая о том, как Дэвид швырял их об стены, вырывал у их матери волосы клочьями – им приходилось терпеть много рукоприкладства от отца. Джанет поделилась с Миллером, что ей выдали документ, ограничивающий Дэвида приближаться к ней, её детям и даже к псу Роки (который также пострадал от побоев Дэвида) в течении пяти лет. Джанет сказала, что всё, что было дорого ей и её детям, Дэвид разрушил.

Дэвид Арвизо, подсобный рабочий в супермаркете Vons, принадлежавшем Safeway Company, родился 20 сентября 1966 года. Джанет вышла за него, когда ей было 17 лет, и большую часть времени, проведённом в супружестве, она молила бога об "избавлении из этого кошмара". Джанет сказала частному детективу, что когда в их жизни появился Майкл Джексон, он был столь "добрым, нежным, любящим человеком", что она понимала что "от Дэвида надо избавлять и его". Джанет рассказала, что её "на тот момент вскоре бывший" муж встречался с Майклом несколько раз, и присутствовал во время их первого визита в Неверленд. Согласно Джанет, ранее, когда отношения между ними ещё не были испорчены безнадёжно, Дэвид присутствовал на съёмке "той прекрасной истории о Майкле и Гэвине", что проводилась в парках Неверленда.

Джанет сказала, что это был короткий ролик, где Майкл и Гэвин совершают прогулку по Неверленду. Присяжные позже просмотрели этот клип и увидели маленького, хрупкого Гэвина, столь слабого, что его брат Стар, который вёз его на инвалидном кресле, еле сдерживал слёзы. Камера следовала за ними тремя – Майклом, Гэвином и Старом, Майкл держал зонтик, прячась от солнца, и его песня "I'll be there" играла звуковым фоном.

– Если ты встретишь кого-то другого... И, я надеюсь, он осчастливит тебя... Но если нет, знай: Я буду рядом.

Это было так трогательно, смотреть как втроём они пересекают маленькие мостики у красивого пруда, под ветвистыми дубами, и ангельский голосок Майкла пронзает любое сердце...

– Я буду рядом, Я буду рядом... Только позови, и я буду рядом...

Демонстрация этого ролика вызвала слёзы у всех. Изображение Майкла рядом с этим слабым, маленьким ребёнком в инвалидной коляске, увлажнило глаза всех находящихся в зале суда, и все присутствующие смотрели на это с комом в горле.

Но счастье Гэвина в Неверленде не было столь простым и безусловным, как в душещипательной песне Майкла. Джанет рассказала Миллеру, что у Дэвида Арвизо были свои собственные планы на то, кто будет дружить с Майклом в Неверленде, а кто – нет. Дэвид запретил ей ездить в Неверленд, потому что опасался, что Джанет расскажет Майклу всё, "через что пришлось пройти детям". Джанет сказала, что боялась Дэвида и его "дьявольских планов", и желала чтобы Майкл защитил её от мужа.