Комбо-Психо (СИ) - Розин Юрий - Страница 55

Название: Малое касание Асклепия.

Название: Вспышка.

Раньше я экономил страницы своего гримуара, думая о том, чтобы в критической ситуации “вспомнить” наиболее подходящие заклинания. Если сейчас не была критическая ситуация, то когда? И, раз уж я расширял свой арсенал, то сделать это решил с размахом.

Все три моих новых заклинания относились к пятому кругу.

Вспышка C-ранга была довольно простой магией, делавшей ровно то, что заявлялось в названии. Она создавала невероятно яркую вспышку света, и должно было помочь мне справиться с красноглазым, чьи навыки сокрытия, насколько я успел понять, были завязаны на тенях.

Барон пяти морей — заклинание ранга A, примерно схожее с моим Взрывным дыханием, но только манипулировавшее не огнём, а водой. Пламя сейчас мне не слишком-то помогало против ледяных атак пышечки и лошаделицого, я решил пойти от обратного и не сталкивать две противоположных стихии в лоб, а действовать мягче и аккуратнее, подобное останавливая подобным.

Малое касание Асклепия же была целительной магией S-ранга, и должна была помочь мне восстановить все полученные в бою повреждения.

Теперь главное, чтобы у меня на всё это хватило маны.

Первым делом Вспышка. Я не стал активировать эту магию так, как изначально предполагалось — направленным пучком света, призванным ослепить и дезориентировать врага. Цель была не в этом. Призвав сияющую чистейшим белым светом сферу, я подвесил её в полуметре над головой.

И хотя сам я при этом тоже стал хуже видеть окружение, а также превратился, фактически, в ходячую мишень, своей главной цели я добился почти сразу. Сияние Вспышки, только появившись, выхватило из окружающего пространства чуть искажённый человеческий силуэт. Не дав красноглазому времени среагировать, я наставил левый револьвер на грудь силуэта и спустил курок.

Взрыв, прогремевший всего в трёх метрах, откинул меня прочь и даже поставленный щит из Телекинеза слабо помог. Мою руку опалило до локтя, задело также грудь и лицо. Рубаха, и так уже превратившаяся в лохмотья, вспыхнула, кожа тут же начала покрываться волдырями, но это было не важно.

Потому что вторым на очереди было Касание Асклепия. Активировав контур, я почувствовал, как от сердца по всему телу распространяется волна невероятно приятного обволакивающего тепла, возвращающего чувствительность в обмороженные и парализованные ядом участки.

Заклинание S-ранга глотало ману как голодный удав, за одно применение осушив мои оставшиеся запасы процентов на тридцать. Но переставшие кровоточить и почти мгновенно затянувшиеся раны, пропавшие волдыри и чувство жжения на местах ожогов, восстановившаяся чувствительность в обмороженных и пострадавших от яда тканях, наполнившая тело энергия и почти полностью пропавшее чувство холода — всё это определённо того стоило.

При этом красноглазому пришлось куда хуже, чем мне. Применённая мной Вспышка стала для него полной неожиданностью, а потом нормально защититься от выстрела алхимической пули он не успел. И даже ледяные щиты, наспех созданные его марионетками, помогли не до конца.

Его тело, кувыркаясь в воздухе, пролетело больше десятка метров, пару раз отскочив от земли как брошенный по воде блинчик. Меня тут же связали боем маги, так что я не успел повнимательнее рассмотреть его повреждения. Но отлетевшую в другую сторону обугленную ногу я заметил, и значит лёгкими травмы красноглазого быть точно не могли.

Следующим был Барон пяти морей. Эта магия была первой из “комплекта” заклинаний. От Барона пяти морей до Императора десяти морей — соответственно от пятого до десятого круга, шесть заклинаний были созданы одним из учеников Агура, и во времена Бафомета считались лучшими образцами магии воды в мире.

Сейчас, вероятно, люди уже смогли придумать что-нибудь получше. Но это не отменяло того, что эта магия была значительно выше качеством, чем даже ледяные заклинания магов седьмого круга.

Меня окружило несколько водяных колец, сформировавшихся из влаги окружающего воздуха. И, стоило пышечке в очередной раз подскочить вплотную ко мне, чтобы “обнять”, кольца тут же обратились множеством гибких хлыстов, атаковавших её со всех сторон, будто спрут — щупальцами.

Барон пяти морей не был чисто-атакующей магией, как, впрочем, и все заклинания, что я “вспоминал”. Из-за ограниченного количества страниц гримуара я не мог, как другие маги, иметь по десятку заклинаний одной стихии конкретно для атаки, защиты, поддержки и прочего. Я “вспоминал” лишь ту магию, что была достаточно универсальной, чтобы использоваться для всего и сразу.

К сожалению, из-за этого в конкретных направлениях моя магия проигрывала узкопрофильным заклинаниям противника. Но эту разницу я довольно успешно нивелировал высоким рангом своих заклинаний, а также мастерством их контроля.

В результате, хотя водяные хлысты и не нанесли пышечке особого вреда, этого оказалось более чем достаточно, чтобы задержать её и не подпустить ближе. А этого, в свою очередь, хватило для того, чтобы успеть направить на неё левый револьвер и спустить курок, оставаясь на безопасном расстоянии.

Такого же эффекта, как в случае с красноглазым, добиться не получилось. Парочка, хотя и осталась почти без мозгов, всё-таки уже не раз видела эффект от попадания алхимических пуль и, похоже, начала их опасаться.

Так что превратить пышечку в подгоревшую пышечку или, к примеру, в две полупышечки, у меня не получилось. Однако, какие бы щиты она ни выставляла, взрыв не мог пройти для неё без последствий.

И на этот раз к кратеру на животе добавился ещё один — справа в груди, обнажавший обугленные рёбра и превращённую в фарш ткань лёгкого. Права рука тоже пострадала: с предплечья сорвало половину мяса, а кость скорее всего перемололо в труху. Однако своими коротенькими ручками пышечка не атаковала, предпочитая просто переть напролом как камень из “Индианы Джонса”. Так что и смысла в этой ране, кроме самой раны, особого не было.

А вот повреждённые лёгкие, похоже, всё-таки сказались на боевой силе пышечки. Потому что, довольно резво отскочив в сторону в первую секунду после попадания, дальше она почти сразу замедлилась. И хотя атаковать не перестала, мощь её заклинаний значительно упала.

Благодаря тому, что они не ожидали моих новых заклинаний, мне удалось перехватить инициативу и кардинально изменить ход битвы. Красноглазый был, если не мёртв, то очень сильно ранен, раз до сих пор валялся на земле, а один из магов потерял минимум половину своего боевого потенциала.

И успех надо было закреплять.

Моей первой целью стало добить уже раненного врага. Не прекращая отстреливаться правым револьвером от лошадинолицего, я сосредоточил всё своё внимание на пышечке.

Моей главной целью стало ещё раз поймать её с помощью Барона пяти морей, и следующую алхимическую пулю отправить ей уже прямо в лицо. И с учётом того, что безмозглая пышечка, даже получив столь серьёзное ранение, не пыталась убежать или хотя бы уйти в оборону, а продолжила бросаться на меня, несмотря на вываливающийся наружу ливер, это оказалось неожиданно просто.

Окружив себя водяным пузырём, чтобы не так сильно страдать от распространяющегося вокруг пышечки мороза, я воспользовался её же атакой сосульками в качестве проводника для собственной магии. И, потратив полминуты на подготовку масштабного заклинания, в один момент умудрился плотно спеленать всё её тело десятками водных жгутов, привязанных к земле.

Она яростно задёргалась, пытаясь вырваться, и это удалось бы ей уже секунды через три. Всё-таки Барон пяти морей был магией лишь пятого круга, и против седьмого круга это была такая себе мера. Однако давать ей такую возможность я и не собирался. Подлетев к пышечке метров на пять, чтобы не получить ещё раз ожоги от собственной же атаки, я навёл левый револьвер ей на расплывшееся лицо и спустил курок.

Последним, что я увидел в её глазах, помимо безумия и ярости, стало облегчение.

Следующим на очереди был лошадинолицый. Я внимательно следил за красноглазым и бросился бы за ним в погоню, если бы он попытался слинять. Но так как ублюдка я собирался допросить с пристрастием, предварительно нужно было избавиться от его марионетки.